Его тайные желания - Тата Кит

Издалека послышались приглушенные басы, которые становились всё ближе. Даже не разворачиваясь, я сразу поняла, что к главному крыльцу подъехала Вилка. Во-первых, только она и преподавательский состав позволяют себе так близко парковаться к главному входу, а, во-вторых, только Вилка слушает музыку на грани крови из ушей.

Машина остановилась. На секунду музыка вырвалась из салона, сотрясая окна здания, и снова оказалась замкнута в маленьком пространстве.

— Предлагаю напиться и положить болт на пары сегодня и на два дня вперед, — раздался за спиной голос, интонация которого не потерпит возражений.

Выпрямилась и выбросила салфетки в урну. Закинула рюкзак на плечо и повернулась к подруге, которая выглядела не сильно радостнее меня.

— Думаю, это отличная идея, — сдержано кивнула ей и обошла стороной, заняв пассажирское место в ее красной машинке.

— Ко мне? — спросила Вилка, заводя двигатель.

На секунду зависла, силясь принять решение, где устроить девичник и поняла, что не стоит упускать отличный шанс слинять из собственной квартиры до маминого возвращения. Даже если Игорь решит вновь ко мне заявиться, то я об этом не узнаю и благополучно сберегу последний клубок нервов.

Убежать, спрятаться — отлично!

— К тебе, — отчеканила я и откинулась на спинку сиденья, пристегнувшись ремнем.

— Отлично. Едем загород. От города уже крыша едет, — подытожила подруга и завела двигатель.

Загород выехали через магазин, потому что в том доме, в который мы едем, Вилка бывает редко и не уверена, что там есть хоть какие-то продукты. Там никто не живет, а её семья бывает лишь наездами.

Закупив тележку продуктов и немного девичьего алкоголя в виде вина для меня и какого-то сладкого пива для Вилки, наконец, добрались до двухэтажного дома ее семьи.

Большой двухэтажный домина встретил нас тишиной и прохладой. Пока подруга настраивала обогрев, я накрывала стол, решив ограничиться нарезками. Вряд ли кто-то из нас хочет есть. Скорее — напиться и выговориться.

— Что у тебя случилось? спросила я, поставив перед ней стакан для пива. — С Тёмой поругались?

— Расстались, — произнесла она хмуро и наполнила стакан, почти сразу осушив его наполовину.

— Ясно, — покрутила в бокал в руке и немного пригубила бордовой жидкости, чувствуя, как внутри растекается приятное тепло. — А причина? Или это секрет?

— Не секрет, — тряхнула она светлыми волосами и запустила в них пальцы, еще больше взъерошив. — Он предложил пожить вместе. В его квартире.

— И ты, видимо, отказалась?

— Конечно. Ты видела его квартиру, которую он снимает? — выпучила Вилка глаза, возмущенно глядя на меня. Словно сейчас расстаемся мы.

— Откуда я ее увижу? Он же тебя водил к себе.

— А я видела! — голубые глаза стали еще шире. — Что бы ты понимала, из мебели у него только стол, стул, кровать и тумбочка. Ну, и кухня небольшая. И всё! Куда я должна переехать жить? Там даже клопам с тараканами места не хватает.

— Предложила бы ему переехать в твою квартиру. У тебя же есть.

— Есть, — кивнула она рвано. — Но Тёма сказал, что не хочет быть обязанным моим родителям. Квартиру же они мне подарили, а он как бедный родственник… Короче! — махнула она рукой. — Пошёл он! Придурок!

— Не знаю, — пожала я плечами и опустила взгляд в столешницу. — Тёма хороший. Мне кажется, что ради тебя он бы свой шалаш превратил во дворец. Его только поддержать нужно и любить. В ответ. Потому что он тебя точно любит.

— И что мне от этой любви? — фыркнула Вилка. — Скакать как в райском саду с голой задницей? Это жизнь не для меня…

— А ты его любишь? — перебила ее, заглянув в светлые глаза.

— Кого?

— Ну, очевидно, что ты любишь свое финансовое благополучие, которое тебе обеспечили родители, — слегка уколола подругу, получив в ответ снисходительную улыбку. — А Тёму ты любишь? Хоть немного?

— Какая разница?! — отмахнулась. — Всё равно у нас ничего не получится. Либо меня сожрут клопы в его квартире, либо его сожрут комплексы в моей квартире. Не судьба, Ди. Ты лучше расскажи, что у тебя случилось? Секси-дед издох?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Живой он! — всполошилась я, желая чем-нибудь в нее кинуть. — У нас тоже не судьба получилась. Долго объяснять…

— Не хочешь рассказать?

— Потом как-нибудь.

— Ну, хорошо, — выдохнула Вилка и подалась немного ко мне, протягивая стакан. — За нас?

— За нас.

Тихий звон стекла разнесся по кухне. За окном шумел ветер и рвал провода. Тяжелое свинцовое небо висело низко над землей, грозясь разорваться на мелкие частицы. Вот-вот начнется, то ли снег, то ли дождь.

— Нам ничего не будет, если твои родители заявятся? — спросила аккуратно, видя, что на подругу уже подействовал алкоголь.

— Не заявятся, — бросила она уверено, слегка заплетающимся языком. — Мама со своим мужем где-то даже не в стране, а папа тут бывает редко. В основном он живет в своей квартире, где трахает наших с тобой сверстниц.

Вспомнила ее отца, который забирал Вилку из женского туалета клуба, когда она наелась таблеток. По его внешнему виду не скажешь, что он не постоянен в своих связях. Налицо — приличный семьянин, но, видимо, не зря говорят, что внешность бывает обманчива.

— Ну, это уже лишнее, — остановила ее. — Мне, да и тебе, в общем-то, не нужно знать подробностей сексуальной жизни твоего отца. У моей мамы тоже нет постоянного мужчины, но я не лезу в то, с кем она спит.

Вернее, не лезла до одного известного нам обеим мужчины…

— Ты святая, Ди, — проговорила подруга фразу, которую любила мне часто повторять. — Надеюсь, что годам к сорока я стану такой же рассудительной, как и ты, но сейчас мне хочется психовать, ненавидеть и проклинать всех, кто меня обидел.

— Ты просто выпила, — усмехнулась и сжала ее руку, потянувшись через стол. — И тебя что-то очень быстро развезло. Не ела сегодня ничего, что ли?

— Последний раз ела вчера в обед, — нахмурилась она, вспоминая. — Тёма приготовил макароны.

— Вкусно?