Трепет. Годы спустя - Чарли Маар

- Уже измучила эта тревога.

- Все будет хорошо. И с этим мы справимся.

- Во сколько вам с Ами в аэоропорт?

Дочка гостит у нас всю последнюю неделю. Перед госпитализацией Яны мы, разумеется, решаем отправить ее домой. Сейчас Эдие перевели на наблюдение в клинику здесь в Америке, поэтому Ами стало проще летать к нам при желании и возвращаться к матери в любой момент.

- Поедем через полчаса. Ты у меня об этом спрашивала уже миллиард раз.

- Прости. Просто из-за нервов все из головы вылетает.

- Да все в порядке, малыш. Пока мы будем ездить, полежи, отдохни. Я скоро вернусь, - целую жену в губы, затем помогаю устроиться на постели, после чего выхожу из спальни и иду в комнату Ами, чтобы проверить, готова ли дочь.

- Да-да. Все собрала, пап. Не переживай. Скоро буду! - Амилия говорит по телефону с Майклом, когда я стучусь в приоткрытую дверь.

- Маме привет! Давай! Люблю вас! - сбросив вызов, дочка поворачивается ко мне и жестом приглашает войти.

- Готова?

- Ага. Как Яна?

- Нервничает. Но в целом неплохо.

- Понятно... Обещаете, что позовете меня сразу, как можно будет посмотреть на малышей? - она заламывает пальцы и смотрит на меня умоляюще.

- Ну, конечно, позовем. Можешь не сомневаться.

- Хорошо. Я буду ждать. И еще обещай, что позвонишь, как только они родятся?!

- Позвоню, - тепло улыбаюсь, глядя на дочку.

За этот год она сильно повзрослела, стала совсем другой, словно прошлая Амилия и настоящая - это две разные личности. По сути, так оно и есть. Люди могут довольно сильно поменяться, если у них на то есть серьезные причины. К тому же Ами растет. Ей до зрелости еще долгий путь.

- Я пока вернусь к Яне. Через тридцать минут выезжаем.

- ОК, пап.

Через полчаса, как я и сказал, мы с Амилией находимся на пути в аэропорт. Разговаривать с дочерью день ото дня становится все легче. Между нами нет недопонимания и напряжения, которое сохранялось на протяжении нескольких лет нашего общения. Сейчас, слава богу, все хорошо. Еще радует, что у Яны с ней тоже все наладилось. Они довольно часто общаются и спокойно проводят время вместе, когда меня нет.

Мы почти доезжаем до аэропорта, когда звонит Яна.

- Да, малыш, что такое?

- Рустам! У меня воды отошли! Это плохо. Очень плохо! Мне нельзя рожать самой! Нельзя! У меня операция!

Резко сбавляю скорость и выруливаю на обочину.

- Быстро вызывай неотложку. Я сейчас позвоню врачу. И сам скоро приеду.

- Приезжай, пожалуйста, поскорее! Мне страшно!

- Пап, что случилось? - тревожно спрашивает дочь, когда я до хруста костяшек сжимаю руль и пытаюсь хоть немного успокоиться, чтобы доехать до Яны, не попав в аварию.

- Роды начались. Слишком рано. У Яны операция по плану.

Быстро набираю номер врача, наблюдающего беременность жены, и сообщаю, что случилось. Затем снова перезваниваю Яне и спрашиваю, вызвала ли та неотложку. Она говорит, что вызвала и сейчас ждет. Ревет в трубку. Боится, что это плохой знак и с детьми что-то не так.

Блять!

- Я позвоню папе и маме и скажу, что сегодня не прилечу, - быстро тараторит Амилия, когда я разворачиваю машину и еду в обратную сторону.

С Яной всю дорогу на связи, она обрывает вызов только когда скорая приезжает. Уже из машины неотложки звонит и говорит, что на пути в больницу. Я давлю на газ.

Мы долетаем до клиники намного быстрее, чем ехали от дома до аэропорта. Там мне объясняют, что жену увезли на срочную операцию и увидеть я ее смогу только после ее проведения. Остается только ждать. И хоть меня убеждают, что случаи начала родов до назначенной даты операции довольно частое явление, тем более при многоплодной беременности, я все равно, блять, не успокоюсь, пока не увижу, что с женой и с детьми все хорошо.

- Мистер Багримов, у вашей жены доношенная беременность, роды просто начались чуть раньше, но так как один ребенок лежит неправильно, мы не можем рисковать и позволить ей самой рожать, поэтому направили ее на экстренную операцию. Она пройдет довольно быстро. Мы совсем скоро вас позовем.

- Они сказали, что все будет хорошо, пап, я уверена так и будет.

Амилия кладет ладонь мне на плечо и ободряюще сжимает.

Не знаю, что в их понимании значит "скоро", но мне кажется, целая вечность прошла, когда наконец к нам выходит врач с улыбкой на лице. Мы с Ами тут же подлетаем к нему, чтобы узнать, как обстоят дела.

- Поздравляю с рождением сыновей, - говорит врач еще до того, как я успеваю хоть что-то сказать и спросить. - Двое мальчиков. Весом почти три килограмма каждый. Чувствуют себя прекрасно, как и их мама. Можете взглянуть на них. Только наденьте медицинский халат и маску.

У меня родились сыновья... И они здоровы. И с Яной все хорошо...

Не могу поверить. Вроде бы девять месяцев ждал их рождения, но сейчас это, блять, будто не со мной происходит, а в какой-то параллельной реальности. За грудиной щемит, кровь шарахает по вискам, и руки начинают дрожать.

- Пап! Ты чего застыл?! Идем же скорее! Нам разрешили посмотреть! - Амилия дергает меня за плечо, и я только теперь понимаю, что врач уже ушел, а я тупо стою на месте, будто прирос к нему, и не могу пошевелиться.

У нас с Яной теперь есть двое детей. Охренеть какое чувство. Непередаваемое просто.

Кое-как, все еще находясь в абсолютном шоке, я просовываю руки в медицинский халат и надеваю маску. Амилия делает то же самое, после чего мы направляемся к палате, где за большим стеклом в стене лежат новорожденные. У медсестры, что как раз выходит оттуда, я спрашиваю, где дети Багримовых. Она указывает на две медицинские кроватки, стоящие рядом друг с другом. По счастливой случайности они располагаются довольно близко к стеклу. Я могу разглядеть детей, но этого все равно недостаточно. Хочу взять их на руки.

- Они такие мелкие, - шепчет дочка, положив голову мне на плечо. - Просто крошечные.

- Сейчас ваша жена немного отдохнет, и мы принесем их в палату, чтобы приложить к груди. Там сможете взять их на руки, - улыбается медсестра. - Поздравляю вас. Это большое счастье.

Я еще какое-то время стою у стекла и смотрю на своих новорожденных сыновей. Совсем забыл, как обращаться с такими маленькими детьми. В этом плане у меня нет много опыта. Как бы мне не передалась мнительность Яны, что я стану хреновым отцом.

- Пойдем к Яне, - говорю дочке, которая, в свою очередь, тоже не отлипает от стекла, с задумчивым видом рассматривая детей. - Все в порядке, Ами?

- Ага. Кажется, я только что осознала, что теперь у меня есть братья. Вот это мазафака! У меня никого и никогда не было, а тут целых два брата...