Поверишь в любовь? - Наталия Романова

Дни шли за днями, чаще Настя сидела дома, выходить из квартиры было не для чего — Лена постоянно в разъездах, в планах на новую жизнь, а с другими бывшими одноклассниками быстро потерялось общение. Если встречались случайно, радовались, обнимались, интересовались новостями, в другое же время игнорировали друг друга даже в социальных сетях и группах.

Ночами Настя спала плохо, приходили мысли о Нике, воспоминания, тянущее желание, которое невозможно было унять. Настино молчание было глупым, она понимала это, но и в общении с Ником ничего хорошего не видела. Зачем? Разве оно что-нибудь изменит? Исчезнет разница в возрасте, испарится Аллочка? Появится возможность видеться каждый день? На все вопросы ответ — нет.

Несколько раз звонил Влад. В первый раз осторожно попросил прощения, явно не зная, что стоит говорить после неловкой ситуации, в которую попали брат с сестрой. А позже, по возвращению в Москву, лишь кинул сообщение, что дома и появится позднее. Настя отчего-то была уверена: ему не до младшей сестры. Что-то происходила в жизни Влада, а что — она узнать не могла, не хотела нарушать личное пространство.

В этот день она тоже никуда не спешила и ничем не занималась, представляя, что идут обычные летние каникулы, а первого сентября её ждёт школа. Позвонила Вилена, попросила сходить за продуктами, отцу она дозвониться не смогла, «как всегда». Настя скрипнула зубами, в очередной раз пожалев о собственном сговоре с папой…

Ей не стоило лезть в отношения взрослых людей, самое верное — выждать, отдать им на откуп собственную жизнь. Выбросить из головы «Эдика-Санчасть». Поверить в эффект бумеранга, ведь когда-то Вилена была такой же любовницей, судьба всего лишь возвращает ей заслуженное. Настя же не могла избавиться от чувства вины, будто это она имела молоденькую любовницу при наличии вечно занятой жены с проблемами на работе и со здоровьем.

В супермаркете рядом с домом встретилась Ленка с родителями, они всей семьёй собирались на природу. Местное озерцо в жаркую погоду становилось Меккой для горожан. Настя в который раз удивилась обнимающимся как подростки родителям Лены. Смогла бы она так же, как мама Лены, простить и выглядеть счастливой?

— Пойдём, мне в аптеку надо, — Лена дёрнула за руку Настю за кассой, после расчёта, оглядываясь на родителей, в задумчивости бредущих вдоль полок с консервами.

— Пошли, — Настя кивнула, Лена тем временем подхватила один из пакетов Насти.

— Всё хозяйничаешь, — хихикнула Ленка. — Тебя хоть замуж отдавай, всё умеешь.

— Не всё, — отмахнулась Настя.

По мнению Ленки, хозяйственные навыки Анастасии заслуживали отдельной награды, сама она не могла зажечь газовую плиту, если не работал авторозжиг.

— Как там твой врач-реаниматолог?

— Не знаю, — Настя пожала плечами.

— Всё, пропал?

— Пишет и звонит, — пробурчала Настя, разглядывая витрину аптеки.

— Не отвечаешь? Вот ты зараза! Я бы не смогла… — Ленка посмотрела на подругу восхищённо, как на выигравшую золотую олимпийскую медаль. — Мне Котекс Тин и тест на беременность, — быстро проговорила Лена фармацевту, а получив товар, быстро засунула тест на дно сумочки.

— Странный набор, — Настя прыснула. — Тебе не кажется, что прокладки сами по себе указывают на отсутствие беременности?

— Не кажется, — Лена пожала плечами, подхватила сумку Насти и вышла из аптеки, смотря выразительно на подругу.

— Там эти же прокладки по акции, в два раза дешевле, — Настя показала глазами на зону супермаркета, от которой их отделял длинный ряд касс.

— Ты прямо как моя матушка, — оскалилась Ленка. — Интересно, я тоже буду такой же занудной через год? — она окинула взглядом Настю. — Надо же мне как-то объяснить, зачем я в аптеку пошла, — горячо начала шептать Лена. — Вот, — она ткнула пальцем в пакет с покупкой. — Дескать, забыла, память девичья.

— Ты беременная? — Настя уставилась на Лену, вдруг сообразив, что прокладки куплены для отвода глаз.

— Не знаю, — Ленка спокойно пожала плечами. — Месячные есть. Прямо сейчас.

— А тест тогда зачем? — опешила Настя.

— На всякий случай. Мало ли. У нас в семье у всех женщин через детей месячные идут, иногда до пятого месяца. Так у бабушки было, у мамы, уверена, и у меня будет.

— Это антинаучно, — Настя улыбнулась. — Такого не бывает, спроси у любого врача.

— Врачи вечно ерунду говорят, соседке нашей сказали: «Климакс начался», а она беременная оказалась, только на седьмом месяце узнала. Маме говорили «бесплодная», у неё даже месячные сквозь меня были, а вот она я, родилась!

— Метроррагия — это не месячные, — Настя в удивлении посмотрела на подругу. — Как ты в меде собралась учиться, если врачи ерунду говорят?

— Вот и буду первым врачом, который нормально лечит, — фыркнула Лена. — А пока лучше перестраховаться. Закончатся эти дни, и сразу сделаю тест. Я всегда так делаю, особенно если парня бросаю, чтобы быть уверенной, понимаешь?

— Понимаю, — кивнула Настя.

Не очень-то она понимала Лену, но вмешиваться в сомнительные мыслительные процессы совсем не хотелось. Неизвестно, как бы вела себя сама Настя, если бы Вилена время от времени не объясняла ей самых простых вещей о собственном здоровье.

Распрощавшись с довольной Леной и её родителями, Настя поплелась домой. На детской площадке села на скамейку под раскидистым деревом. Малышей было мало, обеденное время, те, кто в городе, спали, а дети постарше убежали в парк. Погода стояла отличная, совсем не хотелось торчать дома, Настя мимоходом успела пожалеть, что не напросилась с Леной и её родителями. Они бы точно не отказали, а она бы накупалась в озере всласть.

— Да, — Настя ответила на телефонный звонок, готовая отказаться от социологического опроса или инновационных косметических процедур. Номер высветился московский, незнакомый.

— Ну слава богу! — услышала голос Ника и обмерла. — Так и знал, с другого номера ты ответишь!

— Ник… Никодим Игнатьевич?

— Он самый, вредная ты девчонка. Пришлось покупать новую симку, как только приземлился в Москве, — Настя слышала шум на заднем фоне.

— Ты в аэропорту?

— Да, догадливая ты моя, — Настя была уверена, Ник улыбается.

— Я думала, ты давно дома…

— У меня была немножечко, самую малость, повреждена голова, если ты помнишь, — промурчал голос в трубке.

— Ты был в коме? — зачем-то ляпнула Настя, понимая всю абсурдность вопроса.