Рабыня на продажу - Конни Дженс

Только тогда я внимательно посмотрела на превратившееся в фарш тело Инквизитора и с ужасом от своего морального удовлетворения увидела кровоточащий обрубок.

Судя по лицу Кэла — его рук дело, и он бы с удовольствием продолжил, но утихомирив сиюминутную ярость, хищно улыбнулся, соглашаясь со своим бывшим подчиненным.

У меня на сердце отлегло.

Огромной каменной глыбой отвалилось то самое невыносимо тяжелое чувство страха и предвкушения чего-то мрачного, темного, ужасного. Я выдохнула, глядя на своих мужчин, на дочь, на золовку, которая, кажется, так до сих пор и не поверила в то, что все закончилось.

Если они опять начнут лезть в ее личные отношения, покусаю! Она тоже заслужила свое счастье, пусть даже в лице простого подчиненного мальчишки.

— Ты их любишь? — тихо спросил Атхор, крепко обнимая меня за усталые, но расслабленные плечи.

— Наверное. Они заслужили того, чтобы их любили, и я думаю, мне это действительно по силам, — ответила, продолжая неотрывно, но спокойно следить за тем как компания покидает ангар и возвращается в дом. — Конечно, иногда они сводят меня с ума, но все же. Ревнуешь?

— Немного. Но я должен, или какой из меня любящий мужчина? Немного ревности, и жадности… — теплые губы мягко сомкнулись на коже шее, но правильно угадывая настроение ситуации, он не стал продолжать. — Я просто хочу, чтобы ты помнила: я люблю тебя. Все еще, не смотря ни на что и навсегда. А наше навсегда будет долгое.

— Почему это?

— Я демон, я вечен. И я смогу сделать так, чтобы ты меня не покидала.

— Атхооор…

Просто выдохнуть и доверчиво утонуть в его объятиях было тем самым, что было мне сейчас необходимым. Знать, что впереди только хорошее, все самое страшное и непонятное уже завершилось, и дальше жизнь будет такой, какой мы захотим ее сделать. 

— Мама! — моя девочка уверенно спрыгнула с рук Алекса и побежала ко мне, с нежностью на которую способны дети, обнимая меня своими тонкими ручками. — Паааап!

Посмотрев на дочку, я увидела требовательные нотки в ее взгляде, направленные на демона, но тот только умилительно улыбнулся, опускаясь к нам на пол и обхватывая нас двоих.

— Мои девочки, — прошептал так, что я смогла ощутить ту полную картину его желаний.

Мой демон обрел себя, семью, любовь. Но почему-то я, наверное, была рада даже больше, чем он, не сразу заметив, что в зале не осталось никого, кроме нас и Андора, которые смотрел на все это, чуть нахмурив красные брови.

— Где братья?

— Не имею ни малейшего предположения. Думаю, ушли плакать в свои покои.

— Почему? — Эва, словно почувствовав неладное, отпустила меня и посмотрела так, будто подталкивала к чему-то.

— Они слышали. Слышали ваш разговор с демоном, — я сглотнула слюну. — А потом увидели вас… вашу семью. Лима?

— Да?

— Я хочу стать твоей семьей. Во всех смыслах. Даже мои братья уже не такие бесячие, но я хочу тебя попросить об одолжении.

— Каком?

— Не оставляй их. Выбор, конечно, за тобой, но смотря на то, как Эва обрела в демоне отца, а ты обрела во мне истинного, получается, только братья не у дел.

— Нет, нет! Это не так! — твердила я, и моя малышка привлекла к себе внимание, дергая меня за рукав.

— Мам, Алекс меня собой загородил, — прошептала она. — А Кэл первый бросился на… того…

— Уебка, — закончил Атхор, и я гневно на него зыркнула. — Из песни слов не выкинешь, любимая.

— Они бестолковые, — продолжил Андор, смотря мне прямо в глаза. — Но не безнадежные.

— Вы сейчас все меня к чему подстрекаете? К тому, чтобы я извинилась?

— Нет, — Андор усмехнулся. — Чтобы приняла извинения. Они возвращаясь и судя по унылому настрою — уверены, что ты их бросишь.

Вот еще! Мои гроулы!

— Я сейчас вернусь, — решительно ответила я, и направилась прямиком из зала, понимая, что Эва в безопасности — с папой-демоном попробовать ей навредить прямой путь к самоубийству.

— Я буду ждать, — улыбка моего истинного чуть осветила губы, и уже у порога он поймал меня и мягко притянул к себе, понижая голос до шепота: — Я буду ждать твоего возвращения, моя неземная. А теперь иди, собери свою семью по частям.

— Андор, я думала….

— Что я хочу их грохнуть? Очень. Хотел. Но знаешь, смысл в одной и той же женщине объединяет.

Подтолкнув меня к двери, он быстренько закрыл дверь, не позволяя мне передумать, и я прислушалась к себе. Где мои парни? Ну давай же, чутье, не подводи меня.

— Лима, — открыв глаза, я увидела близнецов, чьи лица были мрачны и серы, будто я сейчас их убью.