Наши границы - Джули Дейс

Окинув всех взглядом, Диего задержал его на мне на какую-то долю секунды, которая ни о чём не могла мне рассказать. Его взгляд был настолько непроницаем и закрыт, что ни одной эмоции не смог бы распознать лучший психолог на планете. Даже Мария смотрела на него с непониманием, вероятно, тоже пытаясь решить сложный пример. Меня же в эти секунды тревожило только одно: он оборвал всё то, что вот-вот завязалось между нами, или это была маска, чтобы защитить нас. В обоих вариантах, ответ я получу только наедине с ним, и по этой причине сейчас я хочу завершить выставку.

– Ты снов испортила вечер, Бейкер, интересно, сколько ещё наших выходных ты обольёшь своим дерьмом? – выгнула я бровь, – поход, выставка, что дальше в твоих планах?

Лицо Полли перекрасилось, потому что сейчас каждый хмуро смотрел в её сторону. И это доставляло мне неимоверное удовольствие. Она наконец-то почувствовала себя виноватой. Разбивала нагнетающую атмосферу, конечно, Мария, хлопнувшая в ладони:

– Грейс, это просто невероятно! И это платье делает тебя такой сексуальной, что, будь я парнем, безусловно, могла трахнуть тебя где-нибудь за углом.

От столь лестного комментария, я поймала чувство дежавю, начав откашливаться, потому что именно это уже со мной произошло, но с участием её старшего брата. В какой-то момент мне показалось, что глаз Диего дёрнулся, но он быстро взял себя под контроль:

– Мария, мы не в том месте, чтобы так выражаться.

– Но это же правда, ты только посмотри на неё! Она чёртов пожар, поднимающий все члены в округе!

– Боже, – захихикала Сам, – но я с ней согласна. Грейс, это платье просто отпад, можно я надену его на стажировку?

– Конечно, – пожала я плечами.

– Может Гри откроет нам тайны произведений? – кивнул Алан в сторону картин, поддерживая Марию в оттепели сложившейся ситуации.

– С удовольствием, – улыбнулась я, и двинулась в сторону.

Чувствуя тяжелый взгляд Полли, которая не решилась пойти за нами, я рассказывала друзьям направления и то, что хотел объяснить автор своими рисунками. Искоса, мой взгляд останавливался на Полли, которая так и стояла на том самом месте, где её все оставили. В какой-то момент, мне стало её жаль, но я напомнила себе, что она заслужила. Всё могло быть иначе, не будь она сукой, которая не может держать язык за зубами. Даже если она права, Бейкер нужно научиться не плеваться ядом в каждого, кто не сделал ей ничего плохого.

Полли не виновата в том, что влюбилась в Алана, пока мой лучший друг, решил влюбиться в меня.

Я нахожусь в той же дерьмовой ситуации, что и Полли. Мужчина, который вскружил мне голову: груб и жесток. Конечно, таким образом Диего мог лишь пытаться отгородиться от меня, но почему тогда я нехотя верю его словам? Слёзы начали жечь глаза, но я гордо вскинула подбородок, проглотив всякую эмоциональность. Желание отплатить ему той же монетой – очень сильно, но сильнее желание оставаться верной, руша все предрассудки, которые он выстроил перед собой. Я хочу быть той самой Розой, которая будет верно держать его руку наплавку, даже если мы оба сломаны.

– Гри? – послышался голос Алана сквозь пелену, заполнившую мысли и глаза.

Переведя взгляд от картины, я посмотрела на друга, тёплая ладонь которого покоилась на моём плече, а карие глаза выражали обеспокоенность.

– Ты как? – нежно спросил он.

– Всё хорошо, – ответила я не своим голосом.

Но Алан не был бы Аланом, если бы так легко сдался. Когда он притянул меня в объятия, я легко поддалась, ведь они всегда были убаюкивающими. Мне было плевать на жёсткий взгляд Диего, сверлящий дыру в спине, именно его слова заставили болезненно сжиматься сердце. Уже через минуту я поняла, что плечи расслабились, а напряжение спало. Ладонь Алана поглаживала мою спину, а я закрыла глаза и взмолилась о том, чтобы он наконец-то понял, что мы лишь друзья, и эти объятия не более, чем дружеские.

– Спасибо, – немного улыбнулась я, отстранившись от друга, игнорируя пронзительный взгляд Полли и Диего.

– Идём, – с улыбкой, кивнул Алан в сторону кучки народа, к которой постепенно подгребали новые лица.

Согласно кивнув, я заправила волосы за уши и зашагала за друзьями, чувствуя тяжёлый взгляд Диего, который решил не идти с нами.

Всё время я старалась сохранять спокойствие и равнодушие, хотя печаль и боль подступали к горлу. Я уже давно поняла, что его слова легко помогают мне терять равновесие на канате под названием жизнь. Они каждый раз словно порыв сильного ветра, сшибающий с ног, и пока я держусь крепко неся палку, помогающую следовать ровно, но как долго смогу ещё?

Как оказалось, все три мои картины были куплены, принеся в копилку благотворительности в общей сложности десять тысяч долларов. Тепло разливалось по телу только при одной мысли того, что я могла кому-то помочь. Неважно как: медикаменты, операция, курс лечения, всё, что угодно, главное помощь. Сейчас я точно уверена в том, что приняла правильное спонтанное решение.

– Ты молодец, Грейс, – довольно улыбалась Саманта, обняв меня.

– Вот же нахрен! – завопил Оли, – не могу удержаться, смотря на это.

Пошлая улыбка была настолько широкой, что не могла ни заразить своей лучезарностью. Руки Оливера обвились вокруг меня и Сам, и крепко скрепились на наших талиях.

– Убери от меня своего дружка, Блайт, – шутя, поморщилась я, – он упирается мне в ногу.

– Детка, и это он ещё даже в неприподнятом состоянии, – рассмеялся друг, шевеля бровями, – показать в готовом виде?

– Фу, – фыркнула Мария, пока хихикала.

– Меня хватит на вас всех, крошки, – продолжал Оли.

– Ты слишком долго молчал и не пускал пошлые шуточки, я сразу подумала, что тут что-то неладное, теперь ты их накопил, – закатила я глаза, вырываясь из его хватки.

Оливер вновь сверкнул очаровательной улыбкой, которая могла свалить с ног весь женский пол в галерее, кроме, конечно, нас, потому что его подкаты не действуют в нашей компании.

Выйдя на улицу к друзьям, я не желала садиться в машину, в которой для меня уже было заготовлено местечко. Под предлогом того, что хочу остаться и поблагодарить руководителей выставки, я отпустила машину с ребятами и вернулась к дверям, проводив их взглядом. Я до боли желала поговорить с Диего, который тоже исчез вместе с Марией, вероятно домой. Я осталась одна.

Вдыхая свежий вечерний воздух, я смотрела вдаль, пока мимо проходили люди, покидающие галерею. Когда последний человек вышел из дверей и скрылся во тьме, я хмыкнула. Теперь точно осталась только я.

– Галерея закрылась, Грейс, – прозвучал стальной голос Диего с левой стороны, который заставил распахнуться глаза и встретиться с его взглядом, наблюдающим за мной.

– Я хотела поговорить с тобой.

– Мне некогда. Если ты решила обсудить сказанное ночью, то я лишь повторюсь. Ты легко позволяешь мне читать свои эмоции и причинять тебе боль.