Ты будешь просить еще - Екатерина Аверина

От малышки потрясающе пахнет. Я с огромным удовольствием веду носом по ее шее, останавливаюсь возле ушка, втягиваю в рот мочку.

— Дейв, — Софи мурлычет мое имя, как разомлевшая от ласк кошка.

— Шшш, — прикладываю палец к зацелованным губам и киваю на спящего Лекса. Таблетки ему не особо помогли, и друг вырубился, отдав все силы в нашу первую близость с Соней.

С удивлением смотрю, сколько же в нашем надутом еже нежности. Обычно колючая Софи невесомо очерчивает его скулы, тянется, касается губ. Лекс морщится, улыбается во сне.

— Вы ненормальные, ты знаешь? — заявляет шепотом наша девочка.

— Кто бы говорил, — расталкиваю коленом ее ножки. — Идеальное выйдет трио, не находишь?

Она задыхается от неожиданности. Зрачки наших зеленых глаз сталкиваются в момент удовольствия от единения горячих тел. Ногти девушки царапают мою спину, я целую ее губы, ловлю своими острый язычок, прикусываю кончик и ритмично двигаю бедрами в такт ее дыхания.  Мне безумно хорошо с ней. София знает это. Она видит в моим глазах, ведь мы практически не прерываем этого безумно интимного контакта.

Смелая девочка закидывает ножки мне на поясницу позволяя входить в себя глубже. Она обнимает за шею и часто дышит мне в губы почти не касаясь их. Сама ведет бедрами мне на встречу не желая опустошения.

Малышка кусает губы чтобы не стонать слишком громко. Меня это заводит еще сильнее, ведь я помню их на своем члене и это... Ммм… Восхитительно!

— Так хорошо, — мурлычет мне в шею щекоча своим дыханием.  — Ах…

— Тише, — напоминаю, кайфуя от ее оргазма. В этой необходимости сдерживаться, чтобы не закричать, есть свое удовольствие, какая-то сверхинтимность. Софи непроизвольно напрягает внутренние мышцы, чтобы продлить свое удовольствие. С шипением кусаю ее за сосок и перекатываюсь на бок.

— Маленькая зараза, — обнимаю дрожащую малышку. — Тебе хорошо? — дебильный вопрос, я и так все видел. — Нигде не болит? — вот, теперь правильно.

— Нет, — она устраивает голову у меня на груди, водит пальцем по прессу. — Мне липко, — смущенно заявляет Соня, сдвигая ножки.

— Сейчас отдышусь и принесу салфетки. Потерпишь? — кивает. Вот и славно, мне ведь просто не хочется вставать, отпускать ее от себя.

— Ну вы и гады, — ворчит Лекс, двигается к нам и прижимается к Соне.

— Сходили за салфетками, — смеется наша девочка.

— Я тебя придушу, Дейв. Но утром, — усмехается Феликс. — Спи, моя девочка, к черту салфетки.

Кажется, что за последние несколько недель я впервые спал спокойно. Никогда бы не подумал, что смогу вот так поделить любимую с кем-то на постоянной основе. Немного эгоизма и ревности все еще свербят назойливыми мухами в сердце, но я привыкну к этим нестандартным отношениям, я уже точно это понял. Да и надо быть честным перед собой, один я бы ее не удержал. Этот ненормальный, вспыльчивый, безбашенный сгусток энергии требует постоянного внимания и контроля, иначе взрывом накроет добрую половину города и ищи потом виновницу на руинах.

Проснулся от ерзания и копошения у себя сбоку, а еще одна белобрысая особа надавила мне коленом прямо на мочевой пузырь. Тяжело вздохнув, открыл глаза.

— Вот чего тебе не спится? — перекладываю ее ножку чуть выше.

— И не говори, — отзывается откуда-то сверху Лекс. — Вставайте уже. Старший Дрейк звонил, вставил мне моральных люлей за то, что дочку не вернули домой ночевать.

— Да я как бы и не планировал, — жму плечами.

— Совсем? — В разговор включается Соня.

— Конечно, — кивком подтверждаю свои слова. — Мы уже чуть не потеряли тебя пару раз. Я больше не хочу. Гораздо проще тебя охранять, когда ты все время рядом, — глушу зарождающееся возмущение поцелуем. — Ты влипла, детка! — смеясь, поднимаюсь с кровати. Соня следует моему примеру.

Девушка, совершенно не стесняясь своей наготы, подходит к Феликсу, осторожно складывает ладошки на его груди, трясет головой, чтобы скинуть светлые прядки с лица.

— Как ты? —  с искренним волнением всматривается в его ледяные глаза, а я любуюсь этой сценой. В ней нереальная доза нежности и настоящей Софии.