Нелюбимая - Екатерина Орлова

Тамила

Я бегу на место происшествия, глядя на Лену, лежащую на дороге. Понимаю ведь, что она все это подстроила и вряд ли бы позволила себе, драгоценной, умереть вот так нелепо. Но чувство ужаса от происходящего никак не покидает меня. Она ведь не могла знать, с какой скоростью будет ехать машина, вряд ли рассчитала траекторию столкновения. Лена, конечно, дама коварная и дурная, но даже ей не под силу повлиять на некоторые факторы. У меня снова начинает тянуть живот, но я стараюсь не обращать на это внимания, потому что испуг сейчас перекрывает любые другие чувства.

Рома подбегает к Лене одновременно со мной. Падает перед ней на колени и легонько трясет за плечи.

– Лена! – зовет он срывающимся голосом. – Леночка, ну же, детка, открой глаза. – В его голосе паника и ужас, я слышу каждую интонацию, от которой меня колотит еще сильнее. – Вызови скорую! – рявкает он мне в лицо таким тоном, словно это я ее сбила. И не просто сбила, а как будто намеренно переехала любовь всей его жизни просто чтобы отомстить за что-то. – Тами, не тупи! Вызывай скорую!

Дрожащей рукой я достаю телефон и набираю скорую. Пытаюсь объяснить, что произошло, но у меня плохо выходит, я мямлю, язык словно деревянный. Рома выхватывает у меня из рук трубку и сам заканчивает беседу с ними. Возвращает телефон, склоняется к Лене и трясущимися пальцами убирает волосы с ее лица, а я с ужасом наблюдаю за его действиями. И этот ужас порожден вовсе не тем, что произошло, а тем, как Ромино лицо перекосило от боли. Какими наполненными испугом глазами он смотрит на нее. Как ласково стирает грязь с ее лица. И в этот момент я понимаю, что лишняя во всей этой истории. Что бы Рома ни говорил, как бы ни отталкивал свою Лену, он все еще любит ее. Боится ее потерять, и я его понимаю, правда. Одно дело – расстаться, но знать, что где-то в одном городе с тобой живет и здравствует твоя бывшая. И совсем другое – осознавать, что она может умереть, и ты больше никогда ее не увидишь. Внутри все сжимается от адской боли, я агонизирую вместе с Ромой. И самое ужасное во всей этой ситуации то, что я абсолютно бессильна. Просто не могу ничего сделать ни для них, ни для нас.

Я встаю с корточек и отступаю назад. Шаг, еще один, и еще. Рома поднимает голову и смотрит на меня расфокусированным взглядом. Он как будто в прострации, в глазах застыл ужас. Роман легонько качает головой, и впервые я не могу распознать смысл этого жеста, не понимаю, что он пытается сказать, а потому делаю еще один шаг назад. Он дергает головой на звук сирены скорой помощи, теряя меня из вида. Я разворачиваюсь и ухожу. Сначала медленно, потому что ноги словно ватные, того и гляди подкосятся, и я упаду. А потом, почувствовав, что могу идти быстрее, ускоряюсь. Я слышу, как за моей спиной тормозит скорая, хлопают дверцы, но даже не оборачиваюсь. Набираю Асю. Как только слышу ее протяжное «алло», всхлипываю:

– Можно я приеду к тебе?

– Господи, конечно. Бери такси, я дома. Ты только скажи: с малышом все хорошо?

– Мгм. Аська, мне так плохо, – вою я.

– Бегом ко мне, дома поговорим.

Я лежу на диване в гостиной Аси, завернутая в пушистый плед. Моя голова покоится на коленях Марины. Конечно, Аська сразу вызвала подкрепление в виде опытной подруги. Марина гладит меня по волосам, а Ася сидит в позе лотоса на полу и сверлит меня гневным взглядом. Слезы уже высохли и первая истерика прошла, сменившись апатией.

– Мне кажется, ей надо спрятаться от него на недельку, – говорит Ася, хмурясь.

– Я тоже так думаю.

– А смысл? – хрипло шепчу я.

– Не для него, дура, для тебя, – злится Ася. – Тебе надо не видеть его и подумать.

– Я уже так делала, не помогло.

– Ну и подонок, – выплевывает она.

– Ася, – журит ее Марина.

– А что «Ася»?! Сколько можно над Милкой издеваться, а? То любит, то не любит. Задрал играть в «горячо-холодно»! Собака на сене! Да какая собака?! Шакал позорный! Разорвала бы!

– Ася, угомонись! – строже произносит Марина, а потом нежным голосом обращается ко мне: – Милочка, давай с нами на дачу. Мы собрались выехать на неделю.

– У меня работа.

– Больничный тебе сделаем. Я сейчас знакомой позвоню, все оформим.

Я задумываюсь. Наверное, это хорошая идея, но у меня нет сил куда-нибудь ехать.

– Соглашайся, – говорит Ася все еще воинственным голосом. – Я отвезу, в Маринкином дурдоме ты не доедешь.

– Да, так будет даже лучше. Моя ребятня в дороге шумная. Поехали, Милочка.

Я прикрываю глаза.

– Поехали.

– Ась, подай мой телефон, – командует Марина.

Я слышу, как она звонит мужу, дает распоряжения насчет поездки, потом звонит врачу, диктуя мои данные. В какой-то момент я начинаю дремать и просыпаюсь от суеты вокруг меня. За окном уже темно, Ася вроде передвигается на цыпочках, но то сумку в прихожей поставит, то книгу какую-то переложит, бесшумно все равно не получается.