Лютый, властный, любимый - Мила Ваниль

Теона не думала о том, что идет против воли мужа, когда бросилась вслед за ним, едва накинув платье. Она просто вспомнила, что в доме нет ни чародея, ни лекаря, который мог бы помочь Виоле. А у Теоны есть магическая сила, хоть ее и немного.

И ведь правильно сделала, что ослушалась! Собирался ли Альтан послать за ней? Навряд ли. Он не воспринимает жену всерьез. Но она справилась с ядом, и драгоценное время не было утеряно.

Теона не ждала слов благодарности, однако гнев Альтана показался ей неуместным и, чего уж там, обидел всерьез. Рассчитывать на поддержку жены, ничего толком не объяснив — естественно. Метать сердитые взгляды, не сулящие ничего хорошего — несправедливо.

Все же у Альтана тяжелый характер! Да, муж бывает милым и даже нежным, он заботлив и вежлив, но все же чаще не замечает Теону или сердится, потому что она не соответствует его представлению о том, какой должна быть жена. Неужели было бы лучше, если бы она послушно сидела в покоях, когда Виола страдает?

Теона прошлась по комнатам, заглянула в ванную и гардеробную — никого. И неудивительно, потому что слуги судачат о том, что случилось с Виолой, и некому призвать их к порядку. Теона и пытаться не будет: после того случая с поваром она для прислуги пустое место. А Элина, единственная, кто выполнял любую ее просьбу, занималась Виолой.

Придется одеваться самостоятельно.

Это не проблема, Теона и причесываться умела. Конечно, без изысков, но много ли надо сноровки, чтобы заплести косу и завязать ее в узел? Она умылась и выбрала простое платье, с застежкой спереди.

Интересно, чем же вчера закончился разговор с Виолой? Альтан так и не рассказал, и Теона терялась в догадках, пытаясь увязать воедино попытку солгать, отравление и великодушное решение мужа.

Одевшись, Теона поняла, что ей придется выбирать: ждать в покоях, как велено, или отправиться на поиски завтрака. Альтан возвращаться не спешил, привычный распорядок дня давно нарушен. Она проголодалась, однако предпочла ждать, когда о ней вспомнят. Из вредности, не иначе. Села в гостиной, даже шитье перед собой разложила. Правда, сосредоточиться на стежках не получалось: мысли витали далеко. И не только о Виоле.

Теона вспоминала утро, такое волнующее и необычное. Удивлялась собственной смелости, сейчас вгоняющей ее в краску. Если бы не стечение обстоятельств, Альтан легко получил бы то, о чем просил. Она прикрывала глаза и слышала, как наяву, сладкие стоны мужа, чувствовала, как дрожит от ее прикосновений его крепкое сильное тело.

— Теона!

Она вздрогнула и уколола палец иглой. Надо же, Альтан все же вспомнил о ее существовании! Слизнув капельку крови, Теона отложила шитье.

— Да, милорд?

Альтан застыл перед ней скалой. И не понять, в каком настроении: вроде бы голос звучал недовольно, но выражение лица какое-то растерянное. Неужели снова что-то случилось?

— Ты завтракала? — Он качнулся с пятки на носок и обратно.

— Нет, милорд. — Теона не удержалась и воспользовалась удобным поводом уколоть мужа: — Вы же запретили мне покидать покои.

Зря она это сделала. Взгляд Альтана потемнел, по скулам загуляли желваки. Дразнить его — это все равно, что дразнить голодного льва! Прихлопнет лапой в гневе, не задумываясь, а потом сожрет, и косточек не останется.

— О да, — съязвил он. — Ты же послушная жена.

Она промолчала, не желая оправдываться.

— Попросила бы принести завтрак сюда. Теона, ты знаешь, как пользоваться силой. Странно, что не знаешь элементарных правил. Это безответственно. Потерю энергии надо восполнять, желательно…

— Шоколадом? — Она перебила его, разозлившись, что ее несправедливо отчитывают. — Или чем-нибудь сладким, да. Милорд, вы видите здесь кого-нибудь из прислуги? Или, может, повар сварит мне шоколад после того, как вы сказали ему, что он не обязан выполнять мои просьбы?