Бешеный - Виктория Победа

МИША

Настя стерла с моей губы кровь и в очередной раз всхлипнула. А у меня перед глазами непроходимая пелена. Беременна. Ника беременна. По телу прошлась дрожь. Почему она не сказала? Ты дурак, Багиров? Ты ей столько наговорил, а сколько она услышала от других…конечно, она ничего тебе не сказал, придурок! Бедная моя девочка.

Как подонок вел себя, долбанный садист. Ссоры бесконечные, выяснения отношений, ей же нервничать нельзя! Что я за падаль такая?

Я откинул голову на стенку, стискивая кулаки. В висок методично долбалась дрель. Надо вернуть ее, вернуть и падать в ноги, просить прощения. Вот только она имеет полное право меня послать на все четыре стороны. Пошлет, а я никуда не уйду. Найду, украду и заберу. Даже если сопротивляться будет. Пока не выслушает, пока сама не выскажет мне все, не выпущу из объятий.

— Миш, ну как же так? Как…

Сквозь спутанное сознание до меня доносились вопросы от сестры. А вот так. Потому что я не такой оказался хороший, как ты думала, Насть. Не такой правильный, потому что взял и растоптал девочку. В самую грязь макнул, оставил одну, потерянную и расстроенную.

— А вот так, Насть. Подонок я, получается.

— Миш, посмотри на меня, — обхватила мое уже ноющее лицо, всматриваясь внимательным взглядом в глаза. — Ты ведь другой совсем ходил, как эта девочка появилась. Неужели…неужели я ошиблась? — голос затих, сестра прикрыла глаза.

Ходил, конечно, еще бы не ходить, когда я на мир другими глазами смотрел, довольный был и сверкал, как начищенный до блеска самовар. Еще никому ничего не сказал, так меня изначально Каин раскусил, так и потом надломал и сразу безапелляционно выдал:

— Наконец-то достойная, сын, — уж не знаю, как он это понял, учитывая, что вживую Нику не видел и не общался. Но, наверное, из того собранного досье он сам сделал какие-то выводы и даже одобрительно похлопал меня по плечу, будто бы это достижение какое — завести девушку.

— Откуда тебе знать? — не веря особо, переспросил.

— А я вот так примерно чудил, когда Настю встретил, и глаз горел у меня, глядя на нее, так что в тебе я вижу сходные черты. Один в один то, что пережил сам.

Да, Ника достойная. А вот я явно отставал по многим пунктам, и один из них благородство, иначе как я мог быть таким говном на палке? Ну вот как? Ладно, она не сказала, боялась, но почему я сам не догнал, особенно после отказов в сексе и детского костюма. Видел же, что она на нервах, видел, что на взводе, что не спит почти. И все отговорки, что мол сессия. Да плевать на ту сессию, она умная, умнее я просто не встречал, никогда бы не загонялась она так из-за учебы. Изначально было понятно, что тут что-то еще, вот только разговаривать надо РТОМ, как говорит Вельский, а я, очевидно, очень хуево это делал, да и вел себя скорее как неандерталец, который в нору свою добычу тащит, вместо того, чтобы нормально поговорить и не срываться на нее.

Анализируя каждый свой поступок, я понимал, что рядом с ней мне срывало крышу. И подтекала она каждый раз по-новому, не мудрено, что она изначально меня боялась, да и сейчас, по ходу, тоже.

— Не ошиблась, — ответил Насте после затяжной паузы. Она перевела на меня потерянный взгляд, и от этого мне стало еще херовее. Видеть еще и заплаканную сестру было для меня равносильно контрольному в голову.

— Тогда что это?

— Да пьяный базар это был, Насть, — прижал к себе девушку и печально выдохнул.

— Ты же не пьешь.

Вот один раз и палка стреляет, иначе это просто не назвать. Никогда не думал, что так сильно буду жалеть о выпитом алкоголе так, как сейчас. Хотя, тут дело было не только в алкашке, а еще и в том, что Ника вызывала во мне сверх неконтролируемые чувства, от которых в кровь пускался адреналин, и я вел себя как на подрыве. Да, не до конца понимал и осознавала все, вот потому что впервые такая шняга приключилась.

— И не зря. Вот попробовал, смотри, чем все обернулось. Только вот ты не плачь из-за меня, гиблое это дело. Да и не заслужил я.

— Мишутка… — Настя обняла меня двумя руками. — Я хочу, чтобы ты…

— Знаешь же, как я не люблю это прозвище? — перебил, чтобы снова не слушать поучения. Я уже знал, что делать, и понимал тоже в общем-то практически все, дело оставалось за малым. И сидеть сопли на кулак накручивать не было никакого смысла.