Позови меня… - Вероника Орлова

Триста семьдесят восемь. Последний раз я видела Нейла больше года назад. Ровный штрих на бумаге. Не цифрами, а именно штрихом. Я так привыкла за почти пять лет ежедневного отсчета. Сейчас я могла проставить этот день цифрами, могла прописать, могла вести учет в дневнике, что я и делала, но перед сном… все равно ставила зарубку в изголовье кровати.

Я уже много чего могла. Меня научили. Я больше не была безликой НМ13: в картотеках Резервации РНЕК[1]— я числилась, как Лия Милантэ. У меня была проставлена дата рождения, место рождения и красовалась моя первая фотография.

Глядя в большое квадратное зеркало уборной в центральном корпусе РНЕК, я аккуратно подкрашивала губы бесцветным блеском. Минимум косметики, пару капель духов за ухом, распущенные волосы. Мой личный имиджмейкер сказала, что длинные волосы — это полностью мой стиль и я не должна их трогать. Довольно интересное заявление, так как эта экстравагантная особа всем изменила прически и даже цвет волос. Я же по-прежнему оставалась брюнеткой.

Я привыкла к своему новому облику, более того, я умела его изменять в зависимости от того, что требовали от меня в данный момент. От невинной нимфетки до стервы. От киберпанка до интеллигентной девушки.

Сейчас я должна была выглядеть как выпускница первого и самого основного уровня РНЕК: юная, миловидная, фанатичная и доброжелательная. Точно как на фотографии на моем бейджике, приколотом слева на черном трикотаже строгой кофты с треугольным вырезом.

Поправила за уши шелковистые волнистые пряди волос и улыбнулась своему отражению. Фальшиво, Лия. Улыбайся от души… Хотя тебя учат, что души у Нихила не бывает, что ее вообще не бывает, но все же отыщи ее в себе и улыбнись, если хочешь получить печать об окончании сегодня, а не через две недели. Склонила голову набок и снова улыбнулась. Уже лучше, но можно подумать ты просишь шоколадку в добавку на ужин у повара в академической столовой. И повар — это шестидесятилетняя, грузная женщина, которая должна сжалиться над твоей худосочной фигурой весом в сорок шесть килограммов при росте метр семьдесят.

Я растрепала волосы, взбила их пальцами, устроив на голове «творческий беспорядок», и улыбнулась, слегка прищурившись, провела кончиком языка по губам — вот теперь тебе выгорит три шоколадки и, может быть, даже жвачка, но не от повара, а от официанта.

Я решила, что три шоколадки и жвачка намного лучше, чем одна, поправила декольте обтягивающей кофты и вышла из дамской комнаты. Высокие каблуки громко стучали по блестящему стерильно-белому полу. Бросила взгляд на электронные огромные часы, встроенные над дверью кабинета выпускной комиссии. Они до тошноты пунктуальны, и у меня есть еще десять минут.

Идиотский фарс. Все улыбаются, мечутся по коридорам с папками, кто-то кого-то поздравляет. Лучше бы повесили траурные флаги и написали: «Поздравляем с успешным окончанием уровня, на следующий попадут далеко не все, и даже не половина. У вас будет время попрощаться с врагами (друзей у Нихилов быть не может, как и других привязанностей), написать завещание (если вам есть что и кому завещать), а потом вы перейдете на подуровень — практика. И упс — скорее всего, вы умрете на первом же задании, а если вам повезет — то на втором, а если очень повезет — вы доживете до второго уровня, и мы будем над вами издеваться еще год, а потом вы все равно умрете и на ваше место придут такие же новички, которых мы тоже будем поздравлять».

— Ждешь?

Вскинула голову и посмотрела на Риза, я слышала, как он подошел еще до того, как задал свой вопрос. Я даже знала о том, что он ждал, пока я выйду из уборной, и шел за мной до самого кабинета.