В твоей власти - Эми Мун

* * *

Если бы не сидела, точно бы рухнула. Свидание?! А вон тот куст, что оборотень приволок, это вроде предлога?!

Дарк мгновенно подобрался. Ссадил ее с колен и метнулся к несчастному цветку, очень и очень знакомому. Сгреб его в охапку и снова очутился около постели, да так быстро, будто она могла испариться из комнаты. Не раньше чем узнает, откуда вазон.

— Это…

— Я захватил этот презент для тебя, — подтвердил мужчина, присаживаясь рядом. — Идея начать с бутылки была, к-хм, дурацкой. Нет. Совершенно идиотской. Вообще-то, да, я хотел тебя споить и…

Николь очень внимательно слушала внезапные откровения. Так мило… По сосредоточенно схмуреным бровям и треску бедного горшка в мужских пальцах было понятно, что Дарк нервничает.

— … и рад, что не получилось. Но и романтик из меня никакой. Вообще. Решил начать с банальностей. Вот.

Ей сунули горшочек с розой. Николь аккуратно перехватила нежное растение, пока смущенный оборотень не измял его в зеленую кашу. Тихонько расправила листики, погладила нежные бутоны.

— Знаешь, он, — ох, до чего же хорошо не думать об Оржевски как о родителе, — не любил «простые» цветочки. Вот если бы «идиотка-секретарша» выбрала не розу, а что-нибудь ядовитое или экзотическое… Но это — подарок очередной важной шишки. Нельзя просто так выкинуть. Да и кабинет надо оформлять согласно указке именитых дизайнеров. А рядом, я помню, он таки воткнул дифенбахию. Ее второе название — «немые розги». Рабов заставляли жевать стебель, и яд раздражал слизистую, вызывая отек. Несчастные задыхались.

Дарк нервно взлохматил волосы.

— Знал бы, затолкал ему в глотку весь вазон.

А она не смогла удержаться от тихого вздоха. Облегчение напополам с усталостью.

— Наверное, нельзя так…

— Можно. И если бы у меня оставалось время, растянул бы агонию в несколько часов. То, что творили ловцы с пленными оборотнями — нечеловеческая гнусность.

— Не только с ними.

Она до смерти будет помнить полные муки и ужаса глаза той девушки, которую истязали по приказу Оржевски, и темные давящие коридоры нижних строений, куда загнали оборотней.

— Не только, — Дарк осторожно накрыл ее ладонь своей лапищей. И Николь не стала отстраняться. — Надеюсь, его смерть потянет за собой другие. Таких же ублюдков, как он. Клэрис наверняка раздует грандиозный скандал из тех материалов, что удалось добыть.

Да уж. Не то слово. Уже страшно в Сеть лезть — там наверняка Армагеддон творится.

— Боюсь представить, что она придумала, — проворчала Николь, — в школе ее часто к директору таскали за шалости над засранцами, у которых от родительских денег мозги отказывали.

Дарк опять взлохматил волосы. Сжал ее руку чуть крепче и зачем-то накрыл второй.

— Так… а что на счет свидания, Карамелька? Знаю, вообще-то с него и надо было начинать, но… К-хм, может, ты хотя бы подумаешь?

Николь посмотрела на кустик в своих руках. Самый настоящий боевой трофей! Потом на оборотня, но для этого пришлось хорошо задрать голову. Дарк не отвел взгляд. И скрывать свое напряжение тоже не стал. Впервые за долгое время  ей предлагали выбор. Трудный для них обоих.

— Да, с этого надо было бы начать… — протянула, наблюдая, как густеет от волнения золото его глаз.  — Но подумать можно. И да, я беспокоилась. За волка.

По идеальным губам мазнула тень усмешки. Нервной и облегчённой.

— Он весьма польщен, Карамелька. А теперь пойдем. Думаю, Клэрис оснастила палату твоей мамы камерами. Повидаешься с ней.