Злая принцесса - Трейси Лоррейн

— Когда я когда-нибудь хотел легкого?

Я думаю о большинстве женщин в нашей жизни. Тихих, которые остаются дома, воспитывая детей, в то время как мужчины делают… то дерьмо, которым мы занимаемся ежедневно.

Я всегда знал, что они не для меня. Мне нужен кто-то, кто бросит мне вызов, кто обличит меня в моем дерьме и попытается сделать меня лучше, потому что, черт возьми, мне не помешала бы некоторая помощь в этом отделе.

Меня привлекла опасность, сверкнувшая в ее глазах в ту первую ночь на кладбище. Отсутствие возражений, которые она высказала по поводу того факта, что я сидел там с пистолетом. Она даже глазом не моргнула, и вместо того, чтобы убежать, она подошла ближе.

Должно было быть очевидно, что она была единственной для меня.

Она определенно единственная в своем роде, это уж точно, черт возьми.

Вокруг нас начинают раздаваться звуки выстрелов, и когда мы прорываемся сквозь деревья, скрывающие полигон от любого, у кого хватило бы смелости ступить на эту землю, у меня пересыхает во рту.

— Я надеюсь, ты знаешь, что сейчас все хотят твою девушку, — бормочет Тео. — Черт, чувак. Это чертовски горячо.

Я не отрываю взгляда от ее спины, пока мы приближаемся, и, несмотря на то, что она не оборачивается, я точно знаю момент, когда она осознает мое присутствие.

Ее плечи немного сгибаются, тело на мгновение замирает, прежде чем она начинает отстреливать последние патроны в обойме.

— Я думаю, это наш сигнал уходить, Кэл, — громко говорит она, все еще отказываясь поворачиваться в мою сторону.

Калли нерешительно оглядывается через плечо и морщится.

Подойдя к Стелле сзади, я обхватываю рукой ее горло.

— Не так, блядь, быстро, принцесса, — рычу я ей на ухо, наслаждаясь тем, как она дрожит в моих объятиях.

— Отстань от меня, Себ. — Гнев звучит в ее голосе, но это не вызывает у меня желания отпустить ее. Вместо этого мой член снова твердеет, прижимаясь к ее заднице.

Калли потрясенно ахает, когда Стелла поднимает руку, поднося пистолет, который она держит в руке, к моей голове, приставляя его к моему виску.

— О-он пуст, п-верно? — заикается она, вся кровь отхлынула от ее лица.

— Я не знаю, — говорит Стелла ровным голосом, ничего не выдавая.

Судя по количеству выстрелов, которые я видел, как она выпустила, прежде чем остановилась, я хочу сказать, что это так. Но моя девушка — сумасшедшая сучка, так что я бы не стал отрицать, что она оставила одну пулю в обойме только для меня.

— Мы узнаем? — спрашивает она, выскальзывая из моей хватки и направляя дуло прямо мне между бровей.

Любой нормальный человек, вероятно, запаниковал бы, попытался сказать все, что придет ему в голову, чтобы заставить другого человека опустить оружие. Но мы оба давно смирились с тем фактом, что ни один из нас, черт возьми, не нормальный.

— Тогда продолжай, принцесса. Проверь это. Я, блядь, осмеливаюсь на это, — поддразниваю я, ухмылка растягивается на моих губах.

— Вау, Стелла, тебе, наверное, стоит вернуть мне это сейчас, — говорит Деймон, подходя к ней.

— Нет, я справлюсь, спасибо.

— Стелла, — Калли, черт возьми, почти хнычет.

Взгляды остальных прожигают меня насквозь, но я не отрываю глаз от Стеллы, чтобы увидеть, какие выражения у них на лицах.

Есть хороший шанс, что Тоби, вероятно, подстрекает ее после того дерьма, через которое я заставил ее пройти. С этим мнением тоже не могу поспорить. Мне хотелось бы думать, что, возможно, Тео готов уложить ее на землю, чтобы положить этому конец.

Ее глаза прищуриваются, глядя на меня, и я почти слышу, как мысли проносятся у нее в голове.

— Калли, — говорит она, ее голос мягкий, как будто она не угрожает моей жизни прямо сейчас. — Достань мой сотовый из кармана. Мне нужно, чтобы это было заснято на камеру.

— Я не буду снимать, как ты убиваешь его.

— Кто сказал что-нибудь о его убийстве?

— Т-ты приставила пистолет к его голове, Стел, — шепчет Калли, ее отсутствие опыта в подобных ситуациях бросается в глаза. Может быть, у Стеллы был смысл привести ее сюда для небольшой тренировки.

— Я нажала на спусковой крючок? — спрашивает Стелла, ее голос все еще не дрогнул. Ее уверенность чертовски заводит, и я не могу удержаться, чтобы не наклониться и не перестроиться.

Кто-то весело усмехается, и моя ухмылка становится шире. — Извращенный гребаный ублюдок, — бормочет Тео.

Я пожимаю плечами.

— Так что же это будет, принцесса? Ты собираешься пролить здесь мою кровь или как?

— Калли, — рявкает она, когда ее подруга возится со своим телефоном.

Наконец, Калли поднимает телефон, наводя камеру на меня.

— Улыбнись, детка, — мурлычет Стелла.

Качая на нее головой, я не могу не сделать так, как она говорит, потому что, черт возьми, если я только что не влюбился в нее еще сильнее, блядь.

Я посылаю ей воздушный поцелуй, и ее лицо каменеет от гнева.

— Извинись, — требует она.

Смех моих братьев наполняет воздух вокруг нас.

От меня не ускользнуло, что они могли бы вытащить меня из этой ситуации в мгновение ока, но эти ублюдки слишком наслаждаются этим, чтобы даже пытаться это сделать.

— За что? Заставлял тебя видеть звезды все выходные?

— Нет, — шипит она. — Ты точно знаешь, за что.

Образы нашего совместного времяпрепровождения мелькают в моем сознании, но ни одно из них не помогает ситуации, происходящей к югу от моего пояса.

Ее на кладбище, оба раза. Подвал Нико, ее домашний тренажерный зал, ее спальня.

— Что, если я не сожалею? Что, если я думаю, что тебе все это понравилось так же сильно, как и мне?

Ее губы поджимаются.

— Ты вырезал свои гребаные инициалы на моем бедре, Себ. Это, блядь, не в порядке. Унижаешь меня перед этими придурками? Ни хрена не в порядке.

— Только я знаю, что тебе это понравилось.

— Не в этом, блядь, дело, — шипит она. — Я не сделала ничего, чтобы заслужить что-либо из этого. Единственная причина, по которой ты это сделал, была из-за моего имени, и я не имела к этому никакого отношения. Насколько я могу понять, все мое существование — одна гигантская ошибка, точно так же, как и время, которое я провела с тобой.

— Ты не это имеешь в виду, — заявляю я, моя решимость слегка поколебалась.

— Разве нет? — Она немного поднимает пистолет, понимая, что ее прицел соскользнул.

Вокруг всех нас воцаряется тишина, в воздухе потрескивает предвкушение.

Краем глаза я замечаю, что грудь Стеллы движется быстрее, чем раньше, поскольку она пытается держать свое дерьмо под контролем.