Сладкое лето - Ашира Хаан

НО НЕ ТАК!

Все новостные ленты были в моих фотографиях.

Из клуба. В той красной блузке — кое-где грудь была стыдливо заблурена, а кое-где были видны даже зажимы на сосках. Я с бокалом, я на коленях у Макса, я напротив Андрея — его лица не видно, кстати! — и я у стены с закрытыми глазами и закушенной губой, а рука Макса у меня под юбкой. И то, как он меня ведет в ошейнике и на цепи, — тоже есть.

А я красивая, кстати…

Но это так, машинальная мысль.

Заголовки жгут:

«Девочка созрела! Настя Снегова и ее первый бал»

«Так вот они какие — Настины сласти!»

«Кто этот загадочный «хозяин» наследницы бизнесмена Дмитрия Снегова?»

«Вся подноготная «шоколадного принца»: золотая молодежь умеет веселиться»

«Максим Михалев — темная лошадка и будущий муж наследницы сладкой империи, полное досье».

— Откуда у них фото?.. — только и смогла спросить я. — Если мобильники отбирают?

— Там же есть видеонаблюдение, и владельцы делают снимки для рекламы. — Макс сидел на краю кровати и в том же шоке, что и я, листал фотографии, читал сообщения. — Но они слишком дорожат репутацией, не представляю, кто бы мог вынудить их…

Я просмотрела еще несколько отличных фотографий, напряженно думая над тем, кто мог это сделать. И зачем?

И вдруг расхохоталась.

Макс посмотрел на меня как на сумасшедшую.

— Верейский просто самоубийца! — пояснила я ему. — Больной!

— Думаешь, он?

— Кто ж еще мог это сделать? Адрес-то он узнал оттуда. Вполне в его духе. Или друзья в руководстве, или шантажировал чем-нибудь. Понятия не имею, на что он рассчитывал.

— Ну как на что… — Макс отбросил телефон в сторону и закрыл лицо руками. — На то, что твой отчим это увидит и взбесится. Уничтожит меня. И твоему Вику можно будет даже самому ничего не делать. Откажется от тебя. А когда ты останешься без защиты и репутации, когда тебя начнут травить и преследовать — он явится, как и сказал, принцем на белом коне и спасет тебя. А может, даже подождет, пока сама приползешь.

— Серьезно? — Я распахнула глаза, изумленно глядя на Макса.

— Слушай, ну, других вариантов я просто не могу вообразить.

— Ну… Логично, конечно. Но все равно странно. — Я покачала головой, вновь перелистывая новостную ленту.

Подписи я старалась не читать, а вот несколько самых удачных снимков сохранила себе на память. Интересно, меня теперь пригласят сниматься в «Playboy» или «Максим»?

Счетчик непрочитанных продолжал расти. Даже любопытно будет посмотреть, кто и что написал. За последние годы я отдалилась от всех школьных и институтских друзей, не заводила новых. А теперь вся, вся моя жизнь всколыхнулась — неудивительно, журналисты, небось, найдут даже тех мальчиков, которым я в детском саду бинтовала воображаемые раны после игры в войнушку. И спросят, как им нравилась моя грудь. Впрочем, с тех пор она не сильно изменилась.

Макс вдруг дернулся, потянулся к своему телефону и начал там что-то лихорадочно искать:

— Так, слушай, билеты адово дорогие, но сейчас найду горящий тур, выкуплю чартер, чтобы прямо сегодня улететь, — он опустился на пол рядом со мной, положил ладонь мне на щеку: — Полетели отсюда к черту? В Китай? В Таиланд? А осенью сразу в Испанию, без заезда домой. Там ведь тебя не найдут?

— Зачем? — не поняла я.

— Подальше от этой истерики. Вернемся через год, все забудут, отчим твой остынет к тому времени.

— Ма-а-а-акс! — теперь моя очередь чмокать его в носик. Я засмеялась: — Ты просто не знаешь моего папу!

О, а вот и он!

Мой телефон завибрировал, на экране была свадебная фотка Димы с мамой.

Я ткнула «Ответить».

— Привет, Ась.

— Привет. — Я прижала трубку к плечу и запустила сразу обе руки в максову шевелюру.

— Ты ведь сегодня не занята? — поинтересовался Дима аккуратно.

— Нет, совершенно. Только новости надо прочитать.

— Я так и думал. Ждем вас с Максом в гости. На новости забей. Самое интересное перескажу, если захочешь. — Хорошо, — я улыбнулась и повернулась к Максу: — Ну что, едем знакомиться с родителями?