Дочь моей жены - Ольга Волкова

В «Готике» нас уже ждали. После нашего секса с признаниями друг другу, Виктория была в изумлении продолжить наше примирение. Так она обозначила наш союз в данный момент. С матерью она пока не решилась связаться, а вот с Мирославой назначила встречу на завтра у себя на работе. Владленов больше не брал трубку, хотя я названивал ему, как минимум пять раз. Забеспокоившись о наследстве, велел Геннадию прислать несколько парней и разведать обстановку, а также держать на контроле каждый шаг нотариуса. Не нравился мне бывший друг Игоря. И, кажется, Евгения Сергеевна с ним уже лихо отработала. Как только мы прибыли в клуб, мой друг попросил отложить наш разговор на несколько часов, а пока предложил поразвлечься. В соседнем партнерском клубе-БДСМ «666» произошло убийство, и некая красотка-адвокат прибыла к нему по личному вопросу. Конечно, он не глупец, и сперва предпочел общество этой дамы. А, что касалось нас, то Эдуард сдержал слово — подготовил комнату, оборудование и игрушки. Неоновый красный свет мелькал повсюду, как и классическая музыка в современной обработке. Запах дорогого табака витал всюду, и обвивал каждого сидящего за столиками. Чиновники, бизнесмены, девушки легкого поведения и просто новички, ничего не ведающие в «теме», и даже Вячеслав, который теперь исчез с радаров. Как только мой конкурент завидел нас у входа, побагровел от злости, и я знал — мужчина крепко вбил себе в голову, что Виктория все еще его саба. Музыка ускорилась, и в зале погасли софиты, затем очень медленно усиливали освещение, показывая нам на сцене актеров-исполнителей. Танцовщицы исполняли секс-постановку, и их коллектив разбавлял один мужчина, одетый во все черное, кожаное. Обе девушки кружили ему голову, дарили ласку, касались интимных мест, поглаживая при этом член парня по очереди. Зрители, сидевшие у сцены, аплодировали и смаковали каждое движение рукоблудниц, не забывая о своих партнерах. У всех на виду вторили обстановке, которая, словно наркотик подбивала на раскованные действия.

— Константин, — из-за спины послышался грубый мужской голос, который я сначала не узнал, но все-таки обернулся. Молодой мужчина не более двадцати пяти лет, гладко выбритый и довольно-таки серьезный. Взгляд его обеспокоенный, и я сразу же понял, что речь пойдет о моей Виктории.

— В чем дело? — нахмурившись, я отставил от себя стакан с водой, который мне предложил бармен несколькими минутами ранее. Смотритель неуверенно обвел зал взглядом, а потом вновь посмотрел на меня. Я терпелив, но вопрос, насколько мое терпение резиновое, когда им так беспощадно пользуются. — Ты пришел помолчать? — обрывисто кидаю со злостью, и парень просто кивает в ответ, принимая суровый вид.

— Дело в том, что ваша саба уже ожидает в комнате, — хрипло проговаривает, и я начинаю улыбаться, довольный послушанием Вики, но вот вид парня возвращает меня с небес на землю. Здесь явно что-то не так. Метнул взгляд в зал, именно туда, где сидел Вячеслав — но место все еще пустовало, а на соседнем стуле восседала одинокая блондинка, явно не ожидавшая, что так скоро кавалер покинет ее.

— И? — подгоняю парня, а сам смотрю на бейдж смотрителя, и снова продолжаю: — Артём, ты можешь уже сказать в чем дело? — и как только я задал вопрос, не стал ждать ответа, впопыхах оттолкнул плечом смотрителя и мигом рванул к коридору, где располагались двери в комнаты для игр. Артём помчался следом, тараторя что-то по переговорному устройству. Из-за углов сразу появились еще пару смотрителей, и шли навстречу к нам двоим. Мигающий неон начал раздражать, как и музыка. Каждый член клуба обратил на меня внимание, ибо было сложно не заметить фигуру, рванувшую и обезумевшую.

— Константин, не поднимайте панику, — учтиво просит Артём, как только я оказываюсь у заветных дверей. Что за ними, твою мать? Почему на ручке висит, что комната уже задействована?

— Какого хера? — уставился на смотрителей; трое мужчин переминались, сложив руки по швам. — Блядь, — я похолодел, затем сразу сорвал карточку и ворвался внутрь. Замер, охренев от увиденного.

— Я сказал, никого не впускать, — зарычал Вячеслав, но взгляд не сводит с моей Вики. Девушка лежит без сознания — это факт. Кляп во рту, руки и ноги связаны, попа оголена.

— Ублюдок! — заорал я, и накинулся на Вячеслава. Мужчина, опешив, обернулся. Глаза светятся нездоровым блеском, и сразу ясно, что идиот накачался наркотиками, а, увидев нас, решил воплотить то, о чем думал давно. Завладеть моей женщиной, которая никогда не станет его.

Все случилось так стремительно, что даже смотрители не успели за моей реакцией, а сволочь уже лежала подо мной с окровавленным носом. Я бил его, не жалея сил. Затем послышался характерный хруст переломленной кости. Переносица Вячеслава не вынесла ударов, и теперь он глотает собственную кровь. Мне тяжело дышать. Кажется, перед глазами все плывет. Перенапряжение и беспокойство пульсируют в висках, от страха за Вику, готов эту мразь разорвать на части. Я последний раз наношу ему удар, отправляя урода в мир грёз. Затем перевожу взгляд на Вику. Она до сих пор не пришла в себя. Смотрители стояли в дверях — и правильно сделали, потому что я не мог контролировать своего зверя, что теперь вырвался на волю.