Ночь с миллионером - Ронни Траумер

Мне нужно что-то сделать.

Взяла из сумочки карандаш для губ и написала на салфетке пару строк. Вышла из туалета ещё не зная, как передать Олегу эту бумажку. Но на моё счастье мимо меня прошла официантка с подносом.

— Извините, — позвала я девушку, сделав шаг к ней и смотря по сторонам.

— Вам плохо? — тут же спросила девушка, осмотрев моё заплаканное лицо.

— В каком-то смысле, — кивнула и встала ещё ближе к ней.

Посмотрела за её спиной и увидела, как Олег идёт к выходу.

— Я очень прошу вас о помощи, — взяла её за руку и сунула помятую салфетку. — Передайте это вон тому мужчине, — головой показала в сторону Олега, и девушка повернула голову. — Мне очень нужно, чтоб он получил моё послание. Пожалуйста, — взмолилась я.

— Хорошо, — девушка мило улыбнулась и, развернувшись, пошла следом за Олегом.

Не успела выдохнуть как возле меня появился Вадим. Он больно вцепился в мой локоть и силой впечатал меня в свою грудь.

— Ты что, сука, разревелась? Ты себя в зеркало видела? Что ты меня позоришь? — зашипел он мне в лицо.

— Я …

— Рот закрой и слушай меня внимательно, — усилил хватку на локте. — Пошла и привела себя в порядок, чтобы мы вышли из здания нормально.

Он подтолкнул к туалету и я, сдерживая очередную порцию слёз, зашла в комнату и вытерла потёкший макияж. Страшно подумать, что меня ждёт сегодня — он явно зол.

Я вышла быстро, не хочется злить его ещё сильнее, мне нужно беречь малыша, а Вадиму плевать на всё.

Он попрощался с некоторыми гостями, извинялся и валил всё на меня.

— Моя невеста беременна, и ей стало плохо. Вынуждены покинуть мероприятие, чтобы не рисковать, — как попугай, повторял он фразу.

— Как узнал? — спросила я, когда мы вышли из особняка.

— Ты думаешь, я совсем идиот?! — открыл дверь машины и помог сесть на переднее сидение.

На нас смотрят люди, и он играет в заботливого жениха. Пока.

— Это, знаешь ли, большая проблема, — продолжил он, когда сел за руль и дал по газам. — Мне и своих отпрысков не надо, а чужих и подавно. Так что это придётся решить.

Меня бросило в холод от услышанных слов. Со мной можно сделать, что угодно, но моего ребёнка трогать не позволю. Даже если он ещё совсем крохотный. Я не могу допустить этого.

— Ты не посмеешь, — дрожащим голосом сказала и посмотрела на него.

— Серьёзно? Включи мозги, тупая ты курица, — усмехнулся он. — Ты ещё не поняла, кто я такой?

Поняла, слишком хорошо.

— Ребёнок ни в чём не виноват, — буркнула я в надежде хоть на что-то человеческое в этом изверге.

— Это ребёнок Фролова, этого достаточно, чтобы я его ненавидел, — бросил короткий гневный взгляд в мою сторону.

Я инстинктивно скрестила руки на животе, защищая своего малыша. Не позволю!

— Уйди с глаз моих, — подтолкнул Вадим, когда мы зашли в дом.

А я была только рада, меня воротит от его присутствия рядом. Пошла в свою комнату и сняла, наконец, эти высокие туфли и тесное платье. Закрыла дверь на ключ и зашла в ванную комнату.

Встала под тёплыми струями воды и расплакалась. Это уже гормоны, столько плакать невозможно. Мне нельзя нервничать и волноваться, а я только это и делаю. И нужно заставить себя, если не нормально, то хотя бы что-то кушать. И так выгляжу как мертвец. Без косметики видно всё: и синие мешки под глазами, и бледную кожу.

Я долго не могла уснуть, ворочалась на кровати, думая, получил ли Олег моё послание. Поверит ли?

А ещё меня не покидала одна мысль: попытаться сбежать или задушить Вадима, пока он спит.

На второе я точно не решусь, вряд ли мне хватит сил на это, да и жить я с этим не смогу, даже если получится. Так что на второй день я следила за перемещением охранников. Смотрела за Вадимом, запомнила, куда он ключи от машины положил. Перетрясла всю аптечку и нашла снотворное, насыпала в бутылку с его любимым алкоголем. Охранникам насыпала в приготовленный экономкой ужин. Оделась в тёплую одежду и стала ждать, когда все заснут.

Когда это всё же произошло, я тихо вышла из дома и села в машину, завела мотор, нажала на пульт и ворота стали открываться. Сердце было не на месте, волнение не отпускало, и доля радости грела душу.

Но когда ворота отворились, по ту сторону стоял Вадим, держа руки в карманах, он смотрел на меня испепеляющим взглядом. Ну всё — он меня убьёт.