Пятьдесят оттенков свободы - Эрика Леонард Джеймс

Кристиан кивает и застенчиво улыбается. Я тоже улыбаюсь и высвобождаюсь из плена.

– Тогда садись.

Он послушно садится на стул спиной к раковине. Я снимаю с него туфли и отодвигаю их в сторону, к лежащей на полу смятой рубашке. Достаю из душевой шампунь, «Шанель». Мы купили его во Франции.

– Вам нравится, сэр? – Я протягиваю бутылочку, держа ее на обеих ладонях, словно продаю по Интернету по QVC[11]. – Доставлено собственноручно с юга Франции. Мне нравится его запах. Он пахнет, – шепчу я голосом телеведущей, – … тобой.

– Пожалуйста. – Кристиан улыбается.

Я беру с полки полотенце. Оно теплое и мягкое – чувствуется внимание миссис Джонс.

– Наклонись, – командую я. Кристиан подчиняется. Накидываю ему на плечи полотенце, включаю краны и наполняю раковину теплой водой.

– Откинься назад.

Ох и люблю же я командовать! Кристиан откидывается, но он слишком высок. Ерзает, подвигает вперед стул, сползает и наконец касается затылком раковины. То, что надо. Он отклоняет назад голову и смотрит на меня. Я улыбаюсь. Беру стакан, зачерпываю воды и выливаю ему на волосы. Потом повторяю.

– Как хорошо от вас пахнет, миссис Грей, – бормочет он и закрывает глаза.

Я лью и лью воду, а сама смотрю на него и не могу насмотреться. Приестся ли мне когда-нибудь это лицо? Длинные темные ресницы, приоткрытые губы сложены сердечком, мягкое дыхание… Вот бы просунуть язык и…

Вода льется ему на лицо. А, черт!

– Извини! Извини!

Он хватает край полотенца и, смеясь, вытирает глаза.

– Эй, осторожнее! Знаю, я задница, но не надо меня топить.

Наклоняюсь и, хихикая, целую его в лоб.

– А ты не соблазняй!

Он подтягивается, обнимает меня одной рукой за шею, поворачивается и целует в губы. Целует коротко, довольно при этом крякая. Звук отдается у меня в животе сексуальным эхом. Кристиан убирает руку, послушно опускает голову на раковину и выжидательно на меня смотрит. Выглядит он при этом таким трогательно-беззащитным, таким по-детски уязвимым, что у меня сердце сжимается от жалости.

Я выдавливаю на ладонь немного шампуня и втираю ритмичными круговыми движениями, начиная от висков. Кристиан закрывает глаза и тихонько что-то мурлычет.

– Хорошо, – говорит он чуть погодя и расслабляется.

– Да, хорошо. – Я снова целую его в лоб.

– Мне нравится, как ты скребешь ноготками. – Глаза закрыты, на лице выражение полного довольства – ни следа недавней уязвимости. Как быстро у него все меняется – настроение, выражение… Приятно сознавать, что это дело моих рук.

– Подними голову, – командую я, и он подчиняется. Хм, так и во вкус войти недолго. Втираю шампунь в затылок, легонько скребу ногтями.

– Назад.

Он отклоняется назад, и я смываю пену. Теперь уже осторожнее, чтобы не облить.

– Еще?

– Да, пожалуйста. – Ресницы вздрагивают, глаза ищут меня. Я улыбаюсь.

– Поднимайтесь, мистер Грей.

Я поворачиваюсь к той раковине, которой обычно пользуется Кристиан, и наполняю ее теплой водой.

– Для полоскания, – отвечаю на его недоуменный взгляд.

Повторяю все сначала, слушая его глубокое, ровное дыхание. Намылив голову, отступаю на секунду в сторону, чтобы еще раз полюбоваться скульптурным лицом мужа. И ничего не могу с собой поделать – нежно поглаживаю по щеке. Он приоткрывает глаза и почти сонно поглядывает на меня из-под ресниц. Я наклоняюсь и мягко, целомудренно целую его в губы. Он улыбается, закрывает глаза и умиротворенно вздыхает. Кто бы мог подумать после нашего сегодняшнего спора, что он сможет вот так расслабиться. И без секса.

– М-м-м, – бормочет Кристиан, когда его лица касаются мои груди. Сдерживаюсь, чтобы не пуститься в пляс. Вытаскиваю затычку, спускаю из раковины воду. Он щупает меня сзади.

– Ласки не помощь, – с притворной суровостью говорю я.

– Не забывай, я глуховат, – отзывается Кристиан и, по-прежнему не открывая глаз, начинает тянуть вверх юбку. Хлопаю по руке – мне нравится изображать парикмахершу. Он ухмыляется, широко и дерзко, как подросток, пойманный за чем-то непозволительным и втайне гордящийся тем, что сделал.

Я снова беру стакан воды и начинаю поливать волосы, смывая шампунь. При этом наклоняюсь все ниже и ниже, а он барабанит пальцами по моей попке, вверх-вниз, влево-вправо… Я выгибаюсь, виляю… Он негромко рычит.

– Ну вот, закончила.

– Хорошо.

Кристиан тискает меня сзади и резко выпрямляется. С мокрых волос капает вода. Он тянет меня к себе, усаживает на колени, гладит по спине, по шее, берет за подбородок. Я успеваю только охнуть от удивления – и вот уже его губы впиваются в мои, язык рвется в мой рот. Я хватаю его за волосы, и капли катятся по моим рукам. Поцелуй затягивает нас все глубже, его пальцы пробираются к верхней пуговице моей блузки.

– Хватит жеманничать. Я хочу трахать тебя по всем семи оттенкам воскресенья, и мы можем сделать это либо здесь, либо в спальне. Решать тебе.

Его взгляд прожигает меня насквозь, и мы оба уже мокрые. У меня пересыхает во рту.

– Так что решила, Анастейша? – спрашивает он, держа меня на коленях.

– Ты мокрый.

Кристиан наклоняет вдруг голову и трется влажными волосами о мою блузку. Я пищу и верчусь, но он не отпускает.

– Нет, нет, детка. – Он поднимает голову и похотливо ухмыляется, и теперь я – Мисс Мокрая Блузка-2011. Просвечивает насквозь. Я мокрая… вся.

– Чудный вид. – Кристиан водит носом вокруг проступающего под тонкой тканью соска. Я уворачиваюсь. – Отвечай, Ана. Здесь или в спальне?

– Здесь, – шепчу я, не видя выхода. К черту стрижку, подождет. Его губы растягиваются в многообещающей улыбке.

– Хороший выбор, миссис Грей. – Он отпускает мой подбородок и переносит руку на колено, скользит ладонью по ноге, задирает юбку… Щекотно. Губы прокладывают дорожку от уха вниз, вдоль скулы.

– И что с тобой делать? – Его пальцы останавливаются у края чулок. – Мне это нравится. – Палец ползет по внутренней стороне бедра, и я ерзаю у него на коленях.

Глухой горловой стон.

– Сиди смирно, чтобы я мог трахнуть тебя во всех семи оттенках воскресенья.

– А ты заставь, – дерзко бросаю я.

Он смотрит на меня из-под опущенных век.

– Что ж, миссис Грей. Вы только попросите. – Пальцы перебираются от чулка к трусикам. – Давайте-ка избавимся от лишнего. – Тянет их вниз, а я в меру сил помогаю.