Опасное влечение - Полина Лоранс

Мне всё было интересно. Казалось, я иду по волшебному саду, срываю безумно красивые цветы, вдыхаю их аромат, ахаю от восторга. Матвей превратился в моего секс-наставника. Он с рвением занялся «обучением» гостьи.

У меня голова шла кругом, я себя не узнавала. От бесконечных занятий любовью мы оба находились в возбуждённом, взвинченном состоянии. Истерзанные губы, грудь… Соски горели, я вся была зацелована, измята. На мне не осталось ни миллиметра, где бы не побывал язык Матвея. Любовником он был опытным, искусным и самоотверженным, каждый раз он прежде всего думал о моём удовольствии…

На следующий день мы снова гуляли в лесу, ели вкусную еду, приготовленную Матвеем. Я снова немного поработала на предоставленном мне ноутбуке и дождалась похвалы от Вадима. Пообщалась с Мариной. Подруга всё ещё полагала, что я зависла у мамы. Пусть и дальше так считает.

— Слушай, Оксанка удивляется, что вы с Бонни исчезли. Что мы ей скажем, когда ты вернёшься одна? Давай скажем, что Бонни решила немного пожить у твоей мамы?

— Да, хорошо. Не будем травмировать ребёнка.

— Тогда смотри, не начни рыдать прямо с порога, когда вернёшься. Держись! Эх, грустно. Мы с Оксанкой очень любили Бонни… Ты там как вообще?

— Нормально.

— Молодец! Ждём твоего возвращения, соскучились уже.

— Ты так говоришь, будто я уже неделю отсутствую. Всего-то — две ночи дома не переночевала.

— А знаешь, как пусто без тебя и псюхи? Мы тут с Оксанкой совсем потерялись. Кстати, доели твой суп. Валера уж так хвалил, так хвалил.

— Я ещё сварю.

…Как первобытная женщина, смастерила себе набедренную повязку. Кое-кто бессовестно разорвал моё кружевное бельё. Иголки с ниткой в доме не обнаружила. Зато в гардеробной у Матвея нашла несколько новых джемперов, этикетки к которым крепились ленточками с крошечными булавками. Использовала эти булавки, чтобы соединить порванное кружево.

А Матвей хотел напялить на меня свои боксёры «Calvin Klein»! Какой заботливый мужчина! А ничего что они 52-го размера, а я вообще-то ношу 44-й?

Я снова завернулась в чёрный халат, он доходил мне до пят. За окном сгущались сумерки, шумели сосны. Уже двое суток я провела в лесном коттедже. Матвей сидел на диване с макбуком, просматривал какие-то сводки. Ему постоянно звонили.

Я привалилась сбоку, листала ленту на смартфоне, лазила по сайтам, отвечала на сообщения. Тело Матвея излучало жар, время от времени я гладила его руку, сплошь татуированную. Мне нравилось обводить пальцем замысловатые рисунки или дотрагиваться до набухших вен. Так было приятно сидеть рядом с ним на диване. Казалось, Матвей распространяет вокруг себя ауру спокойствия и умиротворения, попадая в которую, я забываю о моей потере и всех проблемах. А ведь раньше боялась его!

— Сейчас кое-что доделаю и поедем уже в город. Заберём Ваську и поужинаем втроём в каком-нибудь ресторане. Хороший план?

— Да, мне нравится.

Главное, чтобы булавки не расстегнулись в самый неподходящий момент и не впились в меня.

— Матвей, а ты нашёл гопников, которые отобрали портфель и айфон у Васи?

— Нашёл. Там, конечно, не гопники, а пацаны четырнадцатилетние. С ними серьёзно побеседовали. Думаю, теперь они долго не будут приставать на улице к мелким. Подожди-ка, я должен ответить.

Разговаривая по телефону, он сгрёб меня одной рукой, полез под халат, начал хозяйничать: трогал грудь, сжимал пальцами соски, гладил живот, лез ладонью между ног.

Вывернулась и отползла на край дивана. Принялась подсчитывать, сколько раз за двое суток мы занимались любовью.

Много!

— Уши заткни, — вдруг сказал Матвей шёпотом, прикрыв ладонью мобильник.

— Что? — не поняла я.

— Ушки свои заткни! Надо одному товарищу мозги промыть.

Я послушно вставила указательные пальцы в ушные раковины, но это мало помогло, так как Матвей разразился жуткой тирадой. Закончив, виновато улыбнулся.

— Прости, маленькая. Некоторые на обычном языке не понимают. Им всё нужно объяснять в более изысканных терминах. Надеюсь, ты ничего не слышала.

— Абсолютно, — поклялась я, хотя щёки у меня горели. — Ни одного изысканного термина. Ни одного!

— Обманываешь! Вижу по глазам, что совсем не зажимала уши… Плохо! Во-первых, не выполнила мой приказ, во-вторых, обманула. Придётся тебя наказать.

— Наказать? — Я испугалась, по спине пробежал холодок. Он же шутит? Вдруг сейчас выяснится, что я угодила в руки к приверженцу БДСМ? Ох, нет, не хочу. Мне очень понравился наш обычный секс. — Пожалуйста, не надо, Матвей…

— А что делать? С непослушными девчонками это постоянно происходит. Их наказывают. Иногда — жёстко, — прищурился мужчина и сжал челюсть.

Чёрт…

— Матвей!

— Ну что — Матвей? — Его глаза опасно сверкнули, брови сошлись к переносице.

У меня оборвалось сердце.

Кошмар. Всё ужасно.

Двое суток он был нежным, старался. Но вот теперь натура взяла своё, ему хочется жести. Но я-то этого совсем не хочу!

Он убрал макбук на журнальный стол, поднялся. Я испуганно сжалась в уголке дивана.

— Маленькая, ну что ты! — вдруг улыбнулся Матвей и сокрушённо вздохнул. — Это же игра. Я пошутил, не принимай всерьёз.

— Пошутил?

— Ну, конечно! Господи, ну вот, идиот, напугал ребёнка… Дашенька, милая… Послушай… Я уже однажды поступил с тобой плохо, взял тебя силой… Клянусь, я до сих пор горю в аду, когда думаю об этом. Но… ты можешь полностью мне доверять. Больше никогда не сделаю ничего такого, чего бы ты сама не захотела.

Уфффф, от сердца отлегло!

Я расслабилась и заулыбалась. Действительно, напугал!

Матвей стянул с себя футболку, и я уже привычно задохнулась от красоты его торса. Погладила твёрдый пресс, провела ладонями по плечам, когда мой милый нагнулся, чтобы снять спортивные штаны и боксёры. Эрекция была зверской, его член, как обычно, уже воинственно торчал, готовый бою. За два дня я поняла: когда я рядом, у Матвея постоянно стоит.

Я не спускала глаза с этого великолепного орудия, в душе восхищаясь его красотой и идеальной формой. Матвей взял меня за подбородок, погладил губы большим пальцем, мягко надавил и просунул палец мне в рот. Я выдохнула, глаза невольно закрылись. Ощущала себя безумно развратной, пошлой, как будто играла незнакомую роль. Никогда я такой не была, но сейчас это почему-то ужасно нравилось, заводило.

Ждала, что будет дальше. А Матвей ласковым движением собрал мои волосы сзади, сжал хвост в кулаке, заставив запрокинуть голову. Так как я сидела на диване, когда милый выпрямился, его мужское достоинство оказалось на уровне моего лица.

Внезапно меня снова охватил страх, по спине побежали мурашки. Я поняла, что Матвей хочет заняться оральным сексом. Сам он уже довёл меня до оргазма, целуя там, внизу. Значит, теперь моя очередь доставить ему удовольствие. Но я чувствовала, что совершенно к этому не готова. Не до такой уж степени я успела раскрепоститься.