Нас больше нет - Арина Вильде

—Лер, машину уже подали,— стучит в мою дверь Юлия.

Ее голос звучит взволнованно. Она о делах отца знает больше меня и поход всей семьей на этот благотворительный вечер не поддерживает.

—Иду.

Я в последний раз оглядываю себя в зеркале. Стилист хорошо надо мной поработала. Из отражения на меня смотрит шикарная женщина. Никто и не заподозрил бы, что творится внутри меня и как сильно комплексую по поводу своих ног.

Я спускаюсь на первый этаж. Вся семья Смоленских в сборе. Настя в коротком платье, я бы на месте отца заставила ее выбрать что-то другое. Слишком уж откровенно смотрится. Но это их дело. Брат же смотрится возмужавшим. Еще лет пять — и он превратится в настоящего мужчину. Правда, могу поспорить на все свои картины, что так и останется стеснительным ботаником.

—Прекрасно выглядишь, дочь,— говорит отец, я в ответ лишь сдержанно киваю, сжимая в руках черный клатч. Прохожусь взглядом по гостиной, замечая парней из охраны.

Их четверо. Они в темных костюмах, в начищенных до блеска туфлях. Они должны слиться с гостями на приеме и следить за нашей безопасностью. Среди них присутствует и Давид.

Я лишь на мгновенье ловлю его взгляд, а потом сразу же отворачиваюсь. Коленки начинают подгибаться. Как хорошо, что мне не нужно надевать обувь на высоких шпильках. Иначе точно свалилась бы от той похоти, что я прочла в его глазах.

Он хочет меня. От этого знания внутри меня одновременно поднимается гнев и расходится жар по телу. Но я старательно держу лицо, выражая полное безразличие ко всему.

Мы садимся в лимузин, охрана же следует за нами на двух автомобилях. К Банкет-холлу съезжаются множество бизнесменов и высокопоставленных лиц. То тут, то там мигают вспышки камер. С отцом здороваются, отцу кивают, отцу пожимают руку. Ничто не намекает на то, что у него какие-то проблемы.

Мы все следуем за ним с натянутыми улыбками. Юля хоть и пытается сделать беззаботный вид, все равно в ней присутствует напряжение. Я же мечтаю поскорее отсюда убраться. Юра со скукой во взгляде пялится перед собой. И единственный из нас, кто действительно упивается вниманием к нам и всему происходящему,— сестра.

Настя уже запостила множество фото и видео в соцсетях. А еще не переставала вилять задницей перед Давидом, который следовал на расстоянии в несколько шагов от нас молчаливой тенью. И меня это бесило.

Спустя какое-то время, когда мы уже заняли свои места за столиком и началась основная программа, я позволила себе осмотреть зал, пройтись взглядом по присутствующим здесь.

И сразу наткнулась на Леонова. Словно чувствовала, где он стоит. С первого раза нашла его у стены неподалеку от нас, рядом с колонной. Он в ту же секунду поворачивает ко мне голову. На лице ни один мускул не дрогнул. С виду полное безразличие. И это отчего-то задевает. Потому что я вспоминаю, как позавчера смотрел на меня, как ласкал и целовал.

Отворачиваюсь, злясь на себя за слабость. И тут же рядом с нашим столиком возникает мужская фигура, заставляя забыть обо всем.

—Вячеслав Владимирович, добрый вечер! Кажется, нас с вашей семьей за один стол посадили,— знакомый голос вырывает меня из раздумий. Мои брови взлетают вверх от удивления. Потому что голос принадлежит Дамиру.

Я поднимаю голову, натыкаюсь взглядом на его искреннюю улыбку и не могу удержаться — уголки губ поднимаются, улыбаюсь в ответ.

—Дамир Георгиевич, рад приятной встрече. Это моя жена Юлия, а это мои дочери Анастасия, Валерия и сын Юрий,— протягивает ему руку отец.

Я удивленно смотрю, как они пожимают друг другу руки. Их знакомство для меня неожиданность. Значит, Дамир знал, кто я, с самого начала.

—Приятно,— кивает нам Дамир, мне почему-то кажется, что он наше знакомство будет держать в секрете, но нет. Дамир удивляет: — А с талантливой Валерией мы уже знакомы.

И уже тише, нагнувшись ко мне:

—Привет.

Дамир целует меня в щеку, демонстрируя всем присутствующим степень наших отношений. В глазах отца заметно удивление.

—Отлично выглядишь.— Он отстраняется от меня и отодвигает свободный стул для женщины, с которой пришел.— Это моя бабушка — Антонина Степановна,— представляет ее нам, помогает устроиться за столом, сам же присаживается рядом со мной.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Мои смотрят на нас с Дамиром с интересом. У Юли прямо-таки глаза зажглись, словно она только что о помолвке узнала, а не о том, что мы с Дамиром просто знакомы.

—Значит, ты знал, кто я,— склоняюсь к нему. Со стороны мы, наверное, и в самом деле напоминаем парочку.

—Я знал, что ты художница Валерия Смола.— Его губы растягиваются в искренней улыбке.

Валерия Смола — мой творческий псевдоним.

—Иначе почему бы я обратился к тебе за портретом? Так что да, я знал, кто ты.

—Ну хоть о бабушке не соврал,— фыркаю я и подношу к губам бокал. Взгляд скользит по залу, непроизвольно задерживается на застывшей неподалеку фигуре Леонова.

По выражению лица мало что можно сказать. Но смотрит он на нас так, словно я его котенка переехала. Потом отворачивается от нашего столика, приставляет палец к уху, что-то говорит в наушник.

Мне нравится дразнить его. Нравится видеть эту беспомощность. Он не может подойти к нам на равных, не может заявить на меня свои права, не может указывать. Сейчас он просто бестелесная охрана моего отца. Не более. Я же могу играть на его нервах. Ведь ему определенно не нравится моя связь с Дамиром.

—И чем же ты занимаешься, что тебя посадили за один столик с самим Вячеславом Смоленским?— спрашиваю игриво, намекая на должность отца.

Бабушка Дамира сейчас занята разговором с Юлей, но краем глаза следит за нами. Ей определенно любопытна наша с Дамиром связь.

—Семейный бизнес,— пожимает он плечами и наполняет мой бокал.

—А поконкретней? На самом деле не очень-то и честно получается. Ты знаешь обо мне все, я же… хм-м-м… дай-ка подумать.— Я прикусываю нижнюю губу и ловлю на себе взгляд Дамира, который далек от целомудренного. Это заводит. Особенно учитывая тот факт, что на нас смотрит Леонов. А в том, что он смотрит, я даже не сомневаюсь.

У меня аллергия на его взгляды. Сразу спину начинает пощипывать и щеки горят.