Наслаждения ночи - Сильвия Дэй

Именно выгнутая спина и вздыбившаяся шерсть кота предупредили Эйдана об опасности. По лености натуры Джелли при появлении неугодных гостей ограничивался недовольным урчанием, но, когда он вдруг зашипел с яростной злобой баньши, Эйдан мигом насторожился. И едва дверь распахнулась, он схватил Лиссу за талию и отдернул от входа…

…как раз вовремя, чтобы спасти от обрушившегося сверху меча. Мраморный порог, на который пришелся страшной силы удар клинка, треснул.

— Чэд? — Лисса завизжала, размахивая руками. — Ты что делаешь, черт тебя возьми? Ты чуть меня не убил!

Быстрого взгляда на знакомого мужчину, ринувшегося в дверь, Эйдану хватило, чтобы его кровь похолодела.

Рывком подняв Лиссу на ноги, он подтолкнул ее к лестнице:

— Это не Чэд. Беги!

Сам Эйдан отпрыгнул на несколько шагов, чтобы избежать нацеленного ему в живот меча, и, будучи в ужасе от того, что едва не случилось с Лиссой, рискнул бросить взгляд в ее сторону. Она застыла на месте. Его охватил еще больший ужас.

— Беги, черт тебя дери!

Босой ногой он нанес Чэду страшной силы удар в колено, сбивший его наземь.

— Я звоню в полицию! — заорала она. — Вы оба психи!

— Нет! — Он подпрыгнул, и взмах клинка, рассчитанный на то, чтобы перерубить ему ноги, пришелся по воздуху. — Никуда не звони!

Эйдан был рад тому, что одет лишь в свободные, под стать боевому облачению, не стеснявшие движений, пижамные штаны. Чэд явился в джинсах, и плотная ткань в какой-то мере замедляла его действия, совершавшиеся по воле Старейших. Его пустые глаза и полностью отрешенное лицо не оставляли сомнений в том, что он пребывает в сомнамбулическом состоянии и его сознание находится под чужим контролем.

Заботясь в первую очередь о безопасности Лиссы, Эйдан отвлекал Чэда на себя, подальше от лестницы, в сторону гостиной, где, прислоненный к музыкальному центру, находился его меч. Когда Чэд отвел руку назад, чтобы размахнуться, Эйдан стремительно развернулся и схватился за рукоять меча, вырвал клинок из ножен и блокировал обрушившийся удар.

Лязг металла помог ему сосредоточиться, ведь то был звук почти столь же привычный для него, как собственное дыхание. Хватка за рукоять и привычный вес оружия внушали уверенность и спокойствие, знакомые лишь тому, для кого меч — это жизнь.

Все остальное перестало существовать.

Он наносил и отражал удары, быстро поняв по боевому искусству, что его противником является Мастер. Интересно, кто из них? Кто мог нагрянуть сюда и кто, он или Лисса, является их подлинной целью? Или, может быть, оба?

Сложность заключалась еще и в том, что Эйдан понимал, что не может убить Чэда, а потому вынужден использовать сугубо оборонительную тактику, ему не свойственную, непривычную и малознакомую. Но он понимал и то, что может фехтовать очень долго, просто перебрасывая меч из уставшей руки в другую. Чэд был неплохо развит физически, но столь колоссального запаса жизненных сил и натренированной веками, как у Эйдана, мускулатуры не имел. Несмотря на высочайшее искусство контролировавшего его Мастера, физические возможности Чэда были ограниченны.

Но пока схватка продолжалась. Противники были замкнуты в небольшом пространстве гостиной. Вынужденный маневрировать среди мебели, Эйдан выругался, налетев на книжный шкаф.

— Да проснись ты, черт тебя подери! — крикнул он Чэду.

Однако ни на его слова, ни на выражение лица Чэд не реагировал, поскольку пребывал во сне. Пот заливал его лицо, но он не ощущал даже этого.