Первобытный инстинкт - Дина Аллен

Джеральд с самого начала подозревал, что Вайолетт сводничала. Как ни странно, его это не беспокоило. По крайней мере, не так беспокоило, как должно бы.

– Ты ни в чем не виноват, – успокоил он Ника. – И тревожиться не о чем. Не знаю, что там, на уме у Вайолетт, но Сью не хочет серьезных отношений. И я тоже.

Сью не хочет – в этом Джеральд не сомневался. Что же до него самого… Черт побери, если ему в голову и закрадываются дикие мыслишки о свадьбе, это его проблема. Как только их роман закончится, мозги встанут на место.

Ник посмотрел на Джеральда так, словно хотел что-то сказать, но не решался. Затем, словно передумав, перевел взгляд на окно.

– Кажется, тучи собираются. Джеральд, радуясь, что приятель оставил опасную тему, подхватил:

– Да, наверное, опять снег пойдет. – Красивый у тебя вид из окна.

– Да. Все думаю, может быть, развернуть стол, чтобы, почаще любоваться пейзажем?

Он почти слышал, как скрипят шестеренки у друга в мозгах. Говорить или не говорить? – думает Ник. И если сказать, то, в каких выражениях? Уж лучше молчи, дружище! – мысленно взмолился Джеральд.

– Ладно, думаю, пора за работу. Рынок не ждет, – изрек он, напустив на себя озабоченный вид.

– Я только хотел тебе кое-что сказать. Джеральд мысленно застонал.

– А может, не стоит?

– Ты ведешь себя не так, как обычно.

– Это тебе кажется.

– Не думаю, друг. Мне неприятно это говорить, но…

– Вот и не говори. У меня все в порядке. Сью – классная девчонка, нам с ней хорошо вместе. – «Хорошо»! Это пресное словцо ни в малой мере не отражало того, что Джеральд чувствовал с ней рядом. – Рано или поздно мы расстанемся, каждый пойдет своим путем.

Ник озабоченно нахмурился.

– Дело в том, что твое поведение мне кажется очень знакомым. Если Сью будет действовать так, как собирается, тебе грозят большие неприятности. Потому что, дружище, ты ведешь себя точь-в-точь как я, когда встретил Вайолетт.

У Джеральда засосало под ложечкой, но он выдавил недоверчивый смешок.

– Ну, нет! Я неуязвим.

– Я тоже раньше так думал, но в последние дни у тебя такой взгляд…

– Не трать, нервы попусту. В тебе, должно быть, отцовские чувства играют – так дождись, пока малыш появится на свет, и оберегай его. – Джеральд сделал отчаянную попытку отвлечься от опасной темы. – Кстати, о сексуальных приключениях: вы уже нанимали лимузин?

– Забавно, что ты спросил. – Ник расплылся в улыбке. – Собираемся сегодня вечером. По вечерам в будни лимузин можно нанять со скидкой.

– Что ж, желаю хорошо повеселиться.

– Непременно. Так ты уверен, что у тебя все в порядке?

– Абсолютно. Все под контролем.

– Ну ладно. – Ник помахал ему рукой и исчез за дверью.

Оставшись один, Джеральд твердо сказал себе, что Ник поднимает шум из-за пустяков. Сам он, когда ухаживал за Вайолетт, вел себя совсем по-другому. Ник тогда совершенно свихнулся: вечерами где-то пропадал, днем витал в облаках, перестал интересоваться истинно мужскими занятиями…

Например, воскресными партиями в теннис.

Нет, это не считается! – поспешил оправдаться сам перед собой Джеральд. Я пропустил игру не потому, что хотел побыть со Сью, а потому что не хотел расспросов. Но может быть, и Ник избегал меня по той же причине? Ведь ему тоже было, над чем поразмыслить…

И все же, рассудил Джеральд, я в совсем ином положении. Ник всегда знал, что рано или поздно женится, а я еще в десятом классе решил, что семейная жизнь – не для меня.

Однако сейчас Джеральд чувствовал, что в гранитном основании его убеждений образовалась трещина. Пока маленькая… но она расширяется.

Стук в дверь прервал его смятенные мысли. На пороге показалась секретарша Джойс, хорошенькая кудрявая блондинка.

– На проводе леди Барринг, – объявила она. – Я вызвала вас по интеркому, но вы не отвечали, и я попросила ее оставить сообщение. Однако она настаивает на том, чтобы переговорить с вами лично и немедленно. Вы возьмете трубку?

Джеральд поправил галстук, словно это могло вернуть ему самообладание. Ничего себе! Так погрузился в размышления, что не слышал сигнала интеркома!

– Конечно. Спасибо, Джойс. Извините, что вынудил вас ходить туда-сюда.

– Не за что, Джеральд. – Она улыбнулась и скрылась за дверью.

Джойс поступила на службу недавно, и ни для кого из служащих не было секретом, что она влюблена в босса. Месяц или два назад, – еще до знакомства со Сью – Джеральд подумывал о том, чтобы куда-нибудь ее пригласить. А вот сейчас эта мысль его совсем не привлекала. Странно. Странно… и нехорошо. Даже опасно.

Что ж, может быть, разговор с матерью поможет ему прийти в чувство и вернуться к реальности. Джеральд снял трубку телефона.

– Здравствуй, мама.

– Я уж начала думать, может, ты стал такой важной персоной, что с матерью и разговаривать не хочешь?

– Извини. Сама знаешь, как бывает. Джеральд удивился хорошей слышимости – словно мать не из Рима звонит, а из соседнего дома.

– Конечно, знаю. Когда твой отец на работе, его тоже не выловишь. Ладно, перейду к делу. Я прилетела на несколько дней, и хочу пригласить вас с отцом поужинать. Сегодня вечером. Знаешь, ежегодная встреча семьи.

Джеральд поморщился. Мать вечно назначала свои «ежегодные встречи» в последнюю минуту, но куда сильнее его раздражало то, что она по-прежнему именует их троих «семьей».

Он не отказывался от приглашений, полагая, что один вечер в году может притвориться любящим сыном, как отец и мать притворяются любящими супругами. Может быть, где-то в глубине души он цеплялся за надежду, что между ними каким-то чудом все наладится. Если так, глупую надежду пора придушить. Мать живет в Риме уже десять лет, и возвращаться в поместье Баррингов явно не собирается.

– Давай встретимся около восьми. – Мать заговорила, не дожидаясь, пока Джеральд скажет «да», поскольку он никогда не отказывался от этих встреч. – Я совсем забыла, что сегодня понедельник и все закрыто, но в конце концов, нашла новый французский ресторан в Челси. Ты, наверное, знаешь это место.

Да, это место Джеральд знал. Где еще ужинать его родителям, как не в ресторане, битком набитом знаменитостями? Но сегодня у него свидание со Сью. Джеральд не хотел его отменять и не хотел ехать к Сью после ужина, ибо знал по опыту, что встреча «семьи» может затянуться надолго.

– Что, если я приду не один? – услышал он вдруг собственный голос.

Господи, неужели я действительно это сказал?! Что за безумный порыв?!

Секунду длилось изумленное молчание, затем мать пришла в себя.