Босиком по осколкам - Милана Милая

– Отлично! – сказал я, вылезая из машины. – Никуда не уходи!

Сергей Горянский ждал меня, стоя у зарешеченного окна.

– Здравствуйте! – Я хлопнул железной дверью погромче, и отец Таси обернулся, пронизывая меня своими холодными светло-зелеными глазами. Сколько ему лет? Пятьдесят с копейками? Седина была едва заметна в его русых волосах, а лишнего веса не было и в помине. Мне бы так выглядеть в его годы, подумал я с легкой завистью…

– Я поборол свое желание тебя пристрелить, так как это, похоже, безмерно расстроит мою дочь! – Начал он без предисловий. Ого! Не ожидал такой прямоты…

– Я не буду извиняться! – Я бы действительно не смог.

– Не тебе сейчас петушиться, мальчик! Одно мое слово, и Тасю ты больше не увидишь…

– Делу об убийстве не дать задний ход, это невозможно, но оригиналы документов по подтасовке данных по городским тендерам уничтожены. На суде финансовые махинации доказать будет невозможно, арест с вашего имущества будет снят, Петр встанет во главе «НерудСтройИнвеста», а вы сядете в тюрьму.

– Забудем об этом! – Сергей махнул рукой, словно это была несущественная информация. – Мне важно знать, моя дочь для тебя – это средство ударить меня посильнее?

– Изначально да! – Даже врать не буду, тут и дурак бы догадался. – Сейчас нет! И не уничтожал бы доказательства вашей вины, чтобы уменьшить вам срок!

– Я прям сейчас растаял от умиления и благодарности!

– Ваша дочь станет моей женой в ближайшее время и вам придется смириться со мной в качестве зятя. Впрочем, как и мне…

– Послушай меня, щенок! – Горянский подошел ко мне и пронзил взглядом, полным ненависти. – Последние двадцать лет, каждый гребаный день, я боролся за жизнь своей дочери! За каждый ее вздох! Если ты ее любишь и готов защитить даже ценой жизни, с трудом, но мне придется смириться с твоим присутствием в ее жизни. Если же обидишь или бросишь, поверь, мальчик, тюрьма не остановит меня, и отчет твоего последнего вздоха тут же начнется!

– Вы убили моего отца! – Прошипел я в ответ. – Не надо мне напоминать про ненависть и месть! Я ими дышал последние годы…

– Твой отец был… Мммм. – Горянский поднес палец к губам, останавливая себя таким образом. Что он хотел сказать? Что мой отец не был милейшим человеком? Я и так это знал! Но это не повод для убийства. – Ты не дорос и никогда не дорастешь до того, чтобы я перед тобой оправдывался! А ради счастья дочери я готов на все! Даже если для этого придется тебя терпеть!

– Вот и договорились! – Я даже вздохнул с облегчением. – Что-то еще хотели мне сказать?

– Совет да любовь!

Да уж! Даже мурашки пошли по коже от того, каким тоном он это произнес. Вышел на улицу и сделал глубокий вдох, понимая в каком сильнейшем напряжении находился. Тася меня увидела и не смогла усидеть в автомобиле.

– Все в порядке? Вы не подрались? – Еще не видел ее такой взволнованной.

– Не переживай! – Я взял ее лицо в ладони и нежно поцеловал. Для меня это было лучшим лекарством от стресса. – Тася, ты меня прости пожалуйста, но твой отец, когда выйдет из тюрьмы, не будет частым гостем в нашем доме!

– Что он сказал?

– Дал мне свое благословление…

– Ты сейчас серьезно или шутишь? – Тася нахмурилась, а я был невероятно счастлив.

– Скажи, что любишь меня! – Прошептал я ей. Мне, как наркотик наркоману, нужно было слышать эти слова. Постоянно…

– Я тебя люблю.

– А я люблю тебя! – Сказал я серьезно, чтобы даже малейших сомнений у Таси не возникло. – Поехали домой….