Ветреный - Адалин Черно

— Через неделю, — спокойно говорит девушка, хотя видно, что она его побаивается.

— Завтра, — рычит Антон. — Мне нужно завтра.

— Простите, но…

— Завтра, — он переходит на крик и мне приходится звать его.

— Антон, прекрати!

— Я хочу знать, что ты носишь моего ребенка, — чеканит каждое слово. — Или ублюдка, который мне не нужен, — я вскидываю руку и впечатываю в его щеку ладонь со звонким шлепком.

— Мы можем… — начинает девушка, — сделать за пять дней, но это крайний срок.

— Делайте! — бросает Антон, не отводя от меня взгляда.

Девушка уходит, и я отхожу от него на несколько шагов, но Антон идет за мной, хватает меня за руку и тянет на выход. После усаживает в машину и говорит водителю адрес.

— Куда я еду?

— Туда, где твой любовник не найдет тебя, — он с силой захлопывает дверь и ждет, пока машина отъедет.

В теплом салоне автомобиля, я расслабляюсь. Меня слегка укачивает, веки тяжелеют и я прихожу в себя только тогда, когда чувствую, как меня трясут за плечо. Открываю веки и вижу водителя, к которому села в машину.

Меня привезли в какой-то загородный дом, потому что позади только трасса, а вокруг лес и несколько одиноко стоящих особняков, в окнах которых даже нет света. Я бы попыталась запомнить место, посмотреть улицу, но что запоминать, если здесь ничего нет.

Водитель проводит меня в дом, помогает снять вещи и говорит, что поможет, если мне что-то будет нужно. Вместо того, чтобы слушать его, я смотрю на парней, выходящих из машины во дворе.

— Мы приехали с охраной?

— Конечно, — мужчина смотрит на меня как на идиотку, а я чертыхаюсь. Обвести одного мужика вокруг пальца проще простого, а вот когда их уже шестеро или того больше, задача предстоит не из простых, но я не хочу сдаваться и попытаюсь сделать все, что можно.

* * *

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я провожу в доме четыре дня и теряюсь в неизвестности. Меня кормят, заботятся обо мне, но я не знаю, что происходит и с замиранием сердца жду момента, когда Антон узнает, что ребенок не его. Я в этом уверена и от этого страшно.

До сих пор он ничего не предпринимает из-за неизвестности, а что будет после того, как он узнает? Что будет со мной и ребенком? Мне не помогает ни убеждение в том, что он ничего не станет делать и отпустит, ведь я ношу внука влиятельного человека, ни то, что Ник точно что-то сделает.

Я обхожу окрестности во время прогулки и понимаю, что бежать некуда. Здесь ни единой живой души и практически полная тишина. Спокойно и умиротворенно, но это еще больше нагнетает. К вечеру я извожусь и ложусь спать на нервах, а то, что сюда прибывает еще человек пять охраны, точно не к добру.

Ночью просыпаюсь от теплых рук, касающихся моего тела. Я вздрагиваю и вскакиваю, но слышу голос Ника и поворачиваюсь, расслабленно садясь на кровати.

— Ник, — шепчу я и бросаюсь ему на шею, — Ник.

Я утопаю в его объятиях и жмусь ближе, не веря, что это не сон. Хватаюсь руками за его широкие плечи и не могу отстраниться. Ник крепко прижимает меня к себе и обнимает за талию, нежно проводит рукой по спине и успокаивает:

— Тише, малыш. Все нормально. Я заберу тебя, ладно?

— Там охрана.

— Там никого нет, — он улыбается и проводит рукой по моей щеке. — Собирайся, малыш.

Я быстро натягиваю брюки, свитер, носки и пуховик, обуваю сапожки и хватаюсь за руку Ника, протянутую мне.

— Как ты обошел охрану? Или… — я замолкаю, не решаясь выдать то, что приходит в голову.

— С ними все нормально. Жить будут, — смеется Ник и тянет меня к себе. — Подлечиться придется только, — он запечатлевает поцелуй на моем виске, берет меня за руку и тянет на выход.

Я действительно не вижу ни следов борьбы, ни разбросанной по полу мебели. И на улице только машина Ника и водитель, который при виде нас тут же открывает двери, а после занимает свое место на водительском кресле.

Внутри салона все так же жмусь к Нику, не в силах выпустить его руку из своей и сесть чуть дальше. Я нервничаю, опасливо оглядываясь и ожидая Антона.

— Ангел, — зовет Ник. — Расслабься.

— Прости, — виновато опускаю глаза в пол и пытаюсь взять себя в руки, но вместо этого меня пробивает крупная дрожь.

— Эй, Ангел, посмотри на меня. Посмотри! — Ник поднимает мое лицо и всматривается в мои глаза. — Тебе что-то сделали здесь? Обидели? — я вижу, как он с силой сжимает челюсти и мотаю головой из стороны в сторону.

— Соскучилась, — улыбаюсь и тянусь к нему, легонько касаясь его губ. — Ты как меня нашел, — шепчу между его жаркими поцелуями.

— Напряг все связи. Антошик хорошо тебя спрятал, но я нашел, Ангел. Тебя и нашего сына, — он прижимает мою голову к себе и гладит ладонью по волосам.

— Ник, — я не сдерживаю слез и сжимаю в руках воротник его куртки, — я переживала за тебя.

Признание дается тяжело, но я должна сказать и говорю, радуясь, что все хорошо, что все закончилось.

— Дурочка, — Ник отстраняется и целует меня по влажным щекам, — переживала за меня. В порядке все со мной. Тошик выбесил, — зло выплевывает он.

— Где Антон? — решаюсь задать вопрос, который волнует меня, едва я увидела Ника в комнате.

— Не знаю, — он пожимает плечами, — его отец отвлекает.

— Вы помирились?

— Пришлось, — нехотя говорит он. — К тому же когда он узнал, что ты беременна от меня, поставил на уши всех своих безопасников.

— Ник, — я вздыхаю. — Ты знаешь, что тест еще не готов?

— Знаю, — он прикрывает глаза. — Знаю и надеюсь, что он мой, Ангел, иначе я не знаю, что будет дальше. Отец не станет отбирать ребенка у Антона. Он, блять, принципиальный, — Ник злится и ударяет кулаком по дверце.

Я замолкаю и смотрю в одну точку, пытаясь предположить, что будет. Снова роспись и штамп о замужестве? Не с Ником, а с Антоном? Меня передергивает от отвращения, но я знаю, что бывший муж не оставит мне ребенка, а я не отдам его как будто ничего не было.