Алиса в стране насильников - Лили Рокс

Вечером следующего дня Сем бросил мне короткое красное облегающее платье с поясом, отделанным стразами из горного хрусталя, и пару светлых туфель.

– Жаль, что у нас нет хрустальных башмачков, в них ты была бы еще больше похожа на Золушку, – сказал Сем и пояснил, что я должна буду встретиться с очень богатым и важным для него человеком.

Муж отвез меня к дому клиента. Здание действительно олицетворяло богатство. Особняк Сема на его фоне выглядел скромным.

Окна, обращенные на укромную бухту Тихого океана, говорили о наличии трех этажей, пристроенных к скалам. Внутри здания панели стен из затененного стекла проходили через все три этажа, они были выполнены в трех цветах, отдельно для каждого этажа, – красном, белом и синем. Интерьер всех этажей был оформлен в бежево-белых цветах и украшен деталями из золота и хрусталя. Огромная люстра свисала с потолка третьего этажа, освещая лестницу.

Хозяин встретил нас у входа словами:

– Добро пожаловать в мой замок!

Его низкий голос показался мне неприятным. Но Сем ответил:

– У вас прекрасное жилище! – муж достал из кармана завернутый в бумагу шарик героина. – В знак признательности, господин Браун, кое-что для вашего личного пользования. Лучший мексиканский героин. Наслаждайтесь. И моя женщина к вашим услугам.

– Я возьму это и оценю, – сказал Браун, – если понравится, закажу большую партию.

– Нисколько не сомневаюсь, что понравится, – любезно ответил Сем.

– Красивая у тебя женщина, – сказал Браун, – я видел ее в порно.

– А теперь можете воспользоваться ее услугами вживую, – предложил Сем. – У нее есть несколько сексуальных режимов.

Браун, похоже, не знал, что меня уже не в первый раз предоставляют в качестве проститутки. Он сказал:

– Я ценю твое предложение. Только нужно блокировать героином ее память о нашем сексуальном свидании.

Сем не возражал. Браун ввел иглу шприца в вену на моей руке. Не знаю, но моя память не нарушилась сразу. Я помню, как Браун сказал Сему:

– Я хотел бы остаться с ней один.

После ухода мужа Браун взял меня за руку и повел в спальню на первом этаже. Там он выложил на черное зеркало несколько дорожек белого наркотика, втянул одну из них носом, указал рукой на видеокамеры и, вспомнив мои съемки в порнографии, спросил:

– Ты любишь камеры? Давай дадим им понаблюдать за нами.

Браун втянул в себя еще две дорожки наркотика, разделся и сказал:

– Я общался еще с несколькими прекрасными дамами, "моделями", обработанными и натренированными на секс так же, как и ты.

Под воздействием наркотика я ничего не соображала, не проявляла никаких эмоций.

Браун внимательно осмотрел мою татуировку, погладил ее, затем достал электрошокер и ударил меня сильным разрядом тока.

Я отключилась. Ничего не помню, что было дальше. Очнулась только в машине Сема, муж отвез меня в отель, где мы снимали номер, и дал отдохнуть пару дней. Фестиваль джаза закончился, наша поездка в Калифорнию подходила к концу. Но Сем сказал, что предстоит еще плавание на яхте. Я обрадовалась, думая, что поплывем с Норманном, однако муж привез меня к совсем другой яхте, она оказалась белой и большой.

Хозяин яхты встретил нас у трапа. Он был одет в цветной халат и светлую бейсболку с большим козырьком. Его хищный развратный взгляд из-под козырька вызывал отвращение, что-то в облике уже немолодого мужчины было садистское, от страха я даже сделала шаг назад. Сем представил владельца яхты: