Французский поцелуй - Сьюзен Джонсон

– А когда Ники придет поработать с моим домиком на дереве, может, она захочет пойти с нами.

– Посмотрим, – ответил Джонни. Он не собирался втягивать Ники в семейные дела. – Сейчас ее менеджер уходит в отпуск. Думаю, Ники будет очень занята.

Господи, он совершенно не подумал о том, что Ники будет приходить к ним каждый день! Как он с этим справится? Хороший вопрос. То, что ему придется ежедневно видеть сверхпылкую Ники Ледо собственной персоной, может стать большой проблемой.

– А можно, я позвоню ей и спрошу? – спросила Джорди.

– Давай подождем. Наверное, Ники завалена работой, как и я.

Пока не придумается чего-нибудь получше, будем ее просто избегать; его либидо не способно на тесное общение с Ники.

– Если бы вы могли остаться еще на несколько дней помимо школьных покупок, Верни, – произнес Джонни, – я был бы вам очень благодарен. Потеряна почти неделя. Наверное, придется запереться в студии, чтобы закончить работу над этим альбомом.

Со своего кресла у окошка Верни величественно махнула рукой.

– Когда угодно. А мы с Джорди будем держать оборону.

– Я бы начал прямо сегодня. – Джонни наклонил голову. – Если вы не против.

– Пожалуйста.

– А ты, дитя? Проживешь без меня денек-другой?

Джорди, окружившая себя в кровати зверинцем из плюшевых игрушек, бросила на отца терпеливо-страдальческий взгляд.

– Можно подумать, ты мне нужен каждую минуту. У меня есть своя жизнь, папа.

Джонни рассмеялся:

– Даже и не знаю, нравится ли мне, что от меня так запросто отмахнулись.

– Если ты должен работать – работай. Знаю я, что такое куча домашних заданий. А мы с Верни все равно пойдем по магазинам. – Джорди посмотрела на няню: – Я хочу те фиолетовые ботинки, ладно? – Девочка бросила на отца скорбный взгляд: – Верни считает, что я еще слишком маленькая, а ведь это не так! У Эбби Престон уже есть такие.

– Купите ей ботинки, Верни. Об уместности поспорим позже.

– Как скажете, босс.

– И ту розовую рубашку с блестками тоже!

– Эй, дитя, не напирай, – усмехнулся Джонни. Судя по тому, как нахмурилась Верни, розовые блестки в картину не вписывались.

Этой ночью Ники в нескольких милях от него не могла уснуть, а Джонни заперся в студии и приступил к делу. Он даже сумел сосредоточиться на первых четырех песнях из альбома, почти не думая о Ники и сексе. Но очень быстро воспоминания о Париже и Ники подточили его оборону, и он начал нервничать. Едва не запоров сложный монтаж звуковых дорожек, потому что рука потянулась не к тому тумблеру, Джонни решил на этом закончить. Еще не хватало на этой стадии испортить альбом!

Он плеснул в стакан виски, открыл дверь в сад, вытащил наружу стул, удобно уселся и глотнул золотистой жидкости. Он искал забвения и утешения в отличном виски, вслушиваясь в тишину. Однако было что-то странное в этих попытках расслабиться. Они срабатывали лишь в том случае, если ты взвинчен как пружина.

А Джонни был слишком напряжен.

Слишком неспокоен и возбужден.

Хотя не желал признаваться себе почему.

Они с Ники расстались всего несколько часов назад, а он уже скучает! Это просто безумие.

Он выпил еще порцию и еще, но это не принесло ему покоя и утешения. В два часа ночи он понял, что страшно голоден. И к несчастью, это был не тот голод, который легко утолить гамбургерами и жареной картошкой.

В два часа ночи и он, и Ники одинаково страдали от голода.

Ники разогревала в микроволновке замороженные чизбургеры.

Джонни заказал еду в одном из немногих ночных ресторанчиков, торгующих навынос. Он ел мексиканскую пищу. И снова ел. И снова.

Возможно, так он пытался компенсировать то, чего ему так недоставало.

В какой-то момент Джонни даже был готов себе в этом признаться. Но не настолько, чтобы поднять телефонную трубку и попросить того, чего так жаждал. Потому что с Ники речь шла не только о сексе, вот в чем проблема, а Джонни ни под каким видом не желал даже думать о переходе на следующую ступеньку. От мысли о постоянных отношениях кровь застывала у него в жилах.

Ники тем более не собиралась ему звонить, хотя уже дважды пустила в дело свой вибратор.