Иванова, на пересдачу! - Татьяна Новикова

Потому что любит…

А я ему так в любви и не призналась. Всё слов не могла правильных подобрать. Не идут у меня признания, всегда хочется отшутиться или испохабить. Он не обижался — или делал вид, — но меня саму тяготило молчание.

За эти несколько месяцев Измайлов стал окончательно родным. Мы даже не ссорились почти, разве что по дурацким мелочам. И, возвращаясь в нашу с Иришкой комнатенку, я всё сильнее скучала по Стасу.

Может быть, пора признаться? Момент подходящий.

— Стас, знаешь, я…

— О, а вот и влюбленная молодежь! — Анастасия Павловна чудесно обломала момент, открыв дверь. — Держи телефон, Даша. Ты выронила его в ванной. — Она лукаво подмигнула мне и добавила: — Тебе тут мама звонила. Ну, ты меня знаешь, я женщина старая, а потому любопытная.

— Бабушка… — застонал Стас.

— А чего бабушка? — Она закатила глаза. — Имею полное право пообщаться с родителями Даши. Хорошие они у тебя, просто закостенелые. Думаю, как-нибудь соберемся с ними, чай с коньячком тяпнем.

Неужели у неё получилось поговорить с моей мамой?..

Это вообще реально?

Я сжимала мобильный онемевшими пальцами и смотрела на довольную Анастасию Павловну так, как обычно смотрят на привидение. Разве что импровизированный крест не выставила перед собой.

— Спасибо вам… за то, что нашли телефон.

— Да не за что, сокровище, — махнула рукой, унизанной кольцами. — Нравишься ты мне. Прошлая девица не нравилась, а ты свойская какая-то. С такой мой мальчик не скиснет. — "Мальчик" на этой фразе поморщился. — Идемте есть торт, дети.

Старушка упорхнула походкой истинной фотомодели, а я долго еще не могла прийти в себя.

Вообще-то на телефоне стоит запись всех разговоров. Я как-то включила, когда ругалась с банком из-за кредита, который никогда не брала. Отключить её так и не удосужилась. Всё лениво было.

Можно послушать разговор мамы и Анастасии Павловны, узнать, о чем они говорили.

Нужно ли?..

Как же поступить?

— Ты чего, Даш? — Стас поводил перед моим носом ладонью.

— Я? А? Да так, задумалась.

Чмокнула его в щеку и потащила в столовую, где уже зажигали свечи. На громадном торте сияло «Каждый раз как пятьдесят», и Анастасия Павловна радостно кромсала его на части.

А я всё рассматривала заблокированный телефон, на котором светилось уведомление об одном непрочитанном сообщении. От мамы.

Так и быть. Давай попробуем пообщаться с твоим Стасом ещё раз

* * *

Второе знакомство прошло без происшествий. Ну, то есть никто не пытался расцеловать друг друга через интернет, но мама была максимально доброжелательна, а папа даже обсудил со Стасом какой-то футбольный клуб.

Напряжение осталось, но мы даже не поссорились — прогресс! — поэтому попытка считалась удачной.

Дальше будет проще.

Я не стала слушать разговор Анастасии Павловны с мамой. Очень хотела, палец несколько раз тянулся к кнопке «Проиграть». Но останавливала себя в последнюю секунду.

Зачем мне это?

Ну, узнаю я, о чем они общались. Может быть, выслушаю про себя что-нибудь новое, если мама где-то высказалась, не особо следя за манерами.

И что это изменит?

Огорчусь только.

Бабушка Стаса совершила невозможное, так пусть оно останется чудом.

В общем, жизнь налаживалась.

И я решила, что настал час «икс». То самое время, чтобы окончательно свести Иришку и Коперника. Тем более, что последний стал всё чаще отлынивать от совместных занятий. Искал любой повод, только бы не видеться (впрочем, я не расстраивалась, а уезжала к Стасу). Придумывал нелепые отговорки. Юлил.

Кажется, Ваню всерьез задевали неудачи с Шевченко. Ему даже не хотелось со мной обсуждать это.

Неудивительно. За это время мы то приближались к отметке «а он ничего так», то возвращались на позицию «ненавижу ботаников».

Это выводило даже меня из равновесия. Представляю, каково ранимому Ванюше. Дальше ходить кругами просто невозможно.

— Ириш, а ты чем сегодня занимаешься? — спросила я подругу как-то вечером.

Редкий случай, кстати, чтобы мы обе сидели в общежитии. Я всё чаще сбегала ночевать к Стасу, а Иришка тусовалась с бесконечными подругами.

Та дернула щекой.

— Да ничем конкретным, а что?

— Я всё думала кое-что предложить, только обещай выслушать. — Она кивнула и даже отложила любимую пилочку для ногтей. — Короче говоря, я хочу устроить тебе свидание. Только не удивляйся, но с Коперником. Посидите, пообщайтесь. Он — классный парень, это я гарантирую. Его просто нужно распробовать.

— Да ладно?! Свидание?! С Коперником?!

Шевченко прыснула, повалившись на кровать. Причем чем дольше она хохотала, тем обиднее мне становилось за Ваню. Чем он заслужил такое отношение, что из-за безобидного предложения Иру сразил адский смех?

У неё даже слезы из глаз текли, так смешно было представлять себя рядом с Ванюшей…

— Знаешь что? — Я вскочила, нацепила кроссовки и перед тем, как открыть дверь, сказала: — Зря ты так. Ваня гораздо лучше всех парней, которые у тебя когда-либо были. Честнее. Добрее. Умнее, опять же. Понимаю, тебе нравятся идиоты типа Кошелева. Куда Копернику до таких…

С этими словами я вылетела в коридор. Разъяренная. Готовая молнии метать и убивать, если понадобится.

Злость на подругу ширилась, заполняя грудную клетку. Какой же надо быть ограниченной дурой, чтобы так отреагировать?!

Не нравится он ей, так сказала бы честно. Но ржать и кататься по кровати… что за недалекий поступок!

Вдруг до меня донеслось шлепанье голых пяток по полу. Иришка нагнала меня посреди коридора — я бы на её месте не ходила босиком в этом рассаднике грязи и тараканов — и опять начала хохотать.

— Да послушай ты! Это очень смешно! Очень! — Она чудом перестала улыбаться. — Не нужно меня зазывать на свидание с Коперником. Это бесполезно, потому что… мы с Ваней уже встречаемся!

— Отвали… — начала я, но услышала последние слова и зависла. — В смысле?..

— Скоро будет месяц, — хихикнула она, таща меня обратно в спальню. — Ты не поверишь. Там такая история приключилась. Прямо как в любовных романах. Мы с Ваней столкнулись в дверях нашей комнаты. Он пришел тебя позвать заниматься спортом, а я выходила на кухню. Налетел на меня, ещё очки уронил. Я чуть на спину не завалилась. Уцепилась ему за футболку… а потом… — она ахнула от переизбытка эмоций. — Он меня как схватит в охапку, как начнет целовать. Это что-то невероятное. Я никогда не думала, что Ваня такой!

