Похититель поцелуев - Л. Дж. Шэн

– Отец подталкивал меня к разговору с Анджело. После того как к тебе подошел Бишоп, Анджело предложил поговорить там, где нам не пришлось бы перекрикивать других людей. Когда мы вышли, я сказала ему, что меня все устраивает. Что, полагаю, было правдой до прошлой ночи. Он расстроился и ушел. Я же пошла наверх в свою комнату, и по пути кузина сказала, что Анджело улизнул в гостевую комнату со светловолосой журналисткой, которая пыталась уломать Бишопа на интервью.

Кристен.

Маленькая ведьма подставила меня, а Анджело подыграл. Интересно, подозревали ли они, как далеко я могу зайти. Они заплатят за эту выходку. Хуже всего, что эти два придурка втянули меня и Франческу в свои игры. Идеальная пара.

Франческа пожевала локон своих волос.

– В моей комнате была мама. Я увидела ее из сада, и мы немного поговорили. – Пауза. – Папа ей изменил.

– Мне жаль, – сказал я. Это правда, но мне не жаль ее родителей. Ведь мать позволила увезти ее дочь. Было жаль Франческу, которой через несколько коротких недель придется вытерпеть падение ее семьи.

– Спасибо.

В голосе Франчески не было намека на враждебность. Господи, она милейшее существо на свете, и она моя. Не только телом, но и ее слова и храбрость тоже принадлежат мне.

Я точно знал, что с сегодняшнего дня киска будущей жены будет в ежедневном меню. Поставив стакан на тумбочку, я повернулся к невесте и поцеловал ее в лоб.

– Поешь, Нем.

– Я не голодна. – Она пошевелилась и поморщилась. Франческе было слишком больно, и я мысленно отметил сказать Стерлинг, чтобы в течение следующей недели та приносила ей каждый вечер новую теплую салфетку.

– Тебе нельзя выглядеть на свадьбе истощенной от голода, – парировал я.

Она вздохнула и закатила глаза.

– Что на ужин?

Я сидел рядом с ней голым и не обращал внимания на уязвимость своего положения. Близость, по моему мнению, была слишком непривычной.

– Ростбиф и обжаренная спаржа.

– Думаю, я воздержусь, – сказала она, сморщив носик.

Какой подросток.

– А что бы ты хотела?

– Не знаю. Может, вафли. Я не сладкоежка, но у меня был ужасный день.

Я запыхтел, думая, какой же я говнюк по отношению к ней.

– Недалеко есть закусочная, где подают вафли. Пышные и воздушные. Собирайся. Подышим свежим воздухом.

– Уже одиннадцать. – Франческа скосила взгляд на наручные часы, неуверенно покусывая нижнюю губу.

– Она круглосуточная.

– Хм. Ладно. Вместе.

Я коснулся ее подбородка. Снова.

– Да, вместе.

– Ты не похож на человека, который ест вафли.

– Твоя правда, но я могу съесть на десерт тебя, когда вернемся домой. Уже прошло достаточно времени с последнего раза, и, если честно, твоя киска очень вкусная.

Франческа тут же густо покраснела и отвела взгляд.

– У тебя странные комплименты.

– Я и сам странный.

– Да, – сказала она, кусая губы. – И эта часть в тебе мне не нравится меньше всего.

Я встал, снова надевая одежду. Так намного, намного лучше. Меньше уязвимости. Больше барьеров. Тут я кое-что вспомнил.

– Завтра у тебя первый день в колледже.

Разумеется, Франческа решила начать учебу за неделю до свадьбы. Мы оба выдохнули с облегчением от того, что нам не пришлось планировать липовый медовый месяц. Заключая тогда устный договор, нам едва удавалось притворяться, что мы терпим друг друга.

– Да, я очень рада. – Франческа улыбнулась мне мимоходом и поспешила в гардеробную, где надела одно из своих платьев.

– Кто тебя отвезет?

У нее не было водительского удостоверения, и я возненавидел ее родителей за то, что они не удосужились ее научить. Франческа для них была точно тропическая яркая рыбка в своем дорогущем аквариуме, но они не приложили никаких усилий, чтобы о ней позаботиться.

– Смити, конечно.

Точно. Кровь снова отлила от члена и прилила обратно к мозгу.

– Во сколько?

– В восемь.

– Я тебя отвезу.

– Ладно.

– Ладно, – повторил я.

Понятия не имею, что на меня нашло. И в случае с вафлями, и с поездкой. До этого дня я предлагал ей независимость, только когда она просила о ней, а в ответ что-нибудь требовал. Если она сделает это, тогда может получить то. Когда мы спустились по лестнице, я заметил сидящую за кухонным столом Стерлинг, которая читала книгу и улыбалась. Держу пари, она гордится собой, зная, что я поднялся наверх, чтобы вернуть себе симпатию будущей жены. Я вытер рот, а потом облизнул губы, смакуя остатки своей невесты.

– Ни слова, – предупредил я Стерлинг, когда Франческа пошла за курткой, и она сделала вид, будто застегивает рот на невидимую молнию.

В дверях появилась Франческа. Я повернулся и сплел наши пальцы, после чего мы вышли в беззвездную ночь Чикаго.

– Подлец?

– Да, Немезида?

– Думаешь, Смити сможет научить меня водить машину?

Она хотела вернуть себе крылья. И имела на них полное право. Я знал, потому что хотел защитить ее ото всех. И от себя в том числе.

– К черту Смити, Нем. Я сам тебя научу.