Дань для криминального авторитета - Дилноза Набихан

Яна

— Трус! Андрей Поляков, ты — трус! Никогда не прощу! Никогда!

Выйдя из подъезда, увидела такси, и долго не думая, села в него. Мне нужно было уехать отсюда. И чем быстрее, тем лучше. Я по-прежнему ничего не чувствовала. Будто я выгорела изнутри. В голове крутились его слова, когда сказал поставить подпись на тех бумагах.

Я разлюбил тебя.

Кажется, он так сказал. Разлюбил. Всё. Просто разлюбил, устал от меня и задыхается в нашем браке. Как же у него все просто.

Назвав водителю адрес съёмной квартиры, уперлась лбом в стекло двери. С минуту сижу тихо, а потом закрываю рот ладонью и реву. Сначала неслышно, а потом все громче и громче. Я забываю, где я, с кем я. А водитель словно чувствует моё состояние, включил радио и поставил погромче. Я была благодарна ему за это. Потому что не хотелось сейчас ничего: ни сочувствующих взглядов, ни слов поддержки. Ни-че-го!

Я устал и задыхаюсь с тобой.

Несколько раз прокручиваю в голове эти слова, они набатом звучат его же голосом. Жестким и холодным. Я видела его и злым, и милым, он мог говорить резкие слова, мог обидеть ими, но никогда раньше не говорил таким голосом. Его за ночь, нет, за несколько часов переклинило.

Я вспоминаю свои ощущения, когда мы занимались сексом. Кажется, тогда я чувствовала, что такое случится. Я ведь чувствовала это! Чувствовала, как он прощается со мной. Не словами, не глазами. Его ласки, его тело. Всё ведь кричало об этом! А я дура, которая не послушала свою интуицию. Получается, он просто использовал меня и бросил.

— Мы проехали нужный адрес, — спохватилась, когда заметила, что таксист не остановился у нужного дома. — Послушайте! — быстро стерла слезы, повернула голову назад. Потом посмотрела на мужчину, который сделал музыку громче. — Вы меня слышите? Мы проехали! Остановите машину!

Я попыталась открыть дверь, дергала за ручку, но дверь была заблокирована. Мое сердце сжалось от страха, а горло сковало от ужаса. Я заметалась в салоне, не зная, как сбежать. В том, что я попала в беду, не сомневалась. Только бы знать, кому я понадобилась.

— Помогите! На помощь! — кричу, что есть силы. Бью кулаками толстое стекло дверей, пока машина, превысив скорость, несется из города. — Сам напросился! — И с этими словами набрасываюсь на водителя. Сначала тяну его за волосы, потом пытаюсь душить руками. — Останови машину, урод! — кричу ему в лицо, пока он пытается отцепить меня от себя.

— Отцепись, истеричка! Ты мне все лицо расцарапала! — орет мужик, и когда ему удалось избавиться от меня, чем-то побрызгал мне в лицо. Я задыхаюсь, кашляю, а потом мне вдруг захотелось спать. Закрыла глаза, да не заметила, как заснула.

Когда проснулась, обнаружила себя в темной комнате, где не было ни света, ни души. А мои руки и ноги крепко связаны, рот заклеен скотчем. От ужаса мое тело сковало, куда бы я ни смотрела,

везде была темнота. Я не знаю, сколько там просидела. Неожиданно я услышала посторонние звуки, и подобралась. Тяжелая дверь с противным скрипом открылась и в комнату ввели перепуганную Женю. Я задергалась, мычала в скотч, когда подруга упала передо мной на колени.

— Проснулась? — мужчину я узнала. Это был водитель такси. Он мерзко усмехнулся. — Пойду сообщу боссу, что ты пришла в себя.

Я смотрела на мужчину волком. Не дышала, пока он не вышел, захлопнув дверь. Евгения зашевелилась. На ней были только джинсы и свитер, ни пальто, ни шапочки. А в комнате было холодно.

— Яна? — я начала снова мычать в скотч. Подруга села и помогла мне избавиться от скотча.

— Ты что здесь делаешь? Почему ты здесь? Они с тобой что-то сделали? — мое сердце сжималось от страха. Я не понимала, почему моя подруга здесь. Зачем Лаврентию она? Я же здесь! Злость медленно поднималась из глубины моей души, вскоре начала душить меня. — Господи! — сокрушалась я, на глаза навернулись слезы. — Извини меня, Женя, это я виновата! Впутала тебя в свои проблемы, извини.