Виновник завтрашнего дня - Арина Александер

Он и сам это прекрасно понимал.

Ненадолго повисло молчание. Лёшка пытался выяснить, на каком этапе перешел черту допустимого, начав уделять Владке далеко не дружеское внимание. Дело ведь не в Скибинском и не в его установленных запретах, а в нем самом. В его правилах и взглядах на жизнь. Для него женщина — это прежде всего секс. О каких чувствах вообще может идти речь?

Робкий стук в дверь прервал поток далеко не радужных мыслей. Думал, Инка, медсестра, но та без комплексов, прет напролом и не Вика, та тоже заходит, как к себе домой.

— Да! — отозвался вместо него Седых, повернувшись к двери, а у Лёшки ёкнуло сердце.

Владка… Скорее почувствовал её присутствие, нежели увидел, и когда её мордашка протиснулась в приоткрытую щель, успел нацепить на лицо привычную маску отстраненности.

— Привет! Не помешаю? — прикрыла за собой дверь, переминаясь с ноги на ногу.

Завис, поднявшись по ним взглядом. Такие ноги дают не многим. А в облачении коротких шорт — так вообще удар под дых, не говоря уже о прочих «деталях».

— Проходи, раз пришла, — кивнул на ещё одно кресло, усаживаясь поудобней.

Да, грубо, но отголоски недавних мыслей ещё звенели в ушах, напоминая о благоразумии и жёстком контроле эмоций.

Влада замерла на полпути, заметив Ваньку, и смущенно спрятала за спину принесенный пакет. Детский сад, блдь.

— Какие люди, — повысил Седых театрально голос, галантно раскланявшись. — Владислава Сергеевна, вот так встреча.

— Привет, Вань. Не знала, что ты здесь, — растерялась, но потом быстро совладала с собой, беспечно рухнув в предложенное кресло.

Лёшка с жадностью, как можно незаметней прошелся по красивом личику, отмечая не присущую раньше бледность. То ли давно не виделись, то ли и правда исхудала.

— Работа у меня такая — везде поспевать. Ладно, — ударил себя по коленям, — пора мне.

— Звони, если что, — попросил Лёшка, пожимая протянутую руку. В глаза не смотрел. И так знал, что полны предупреждения.

— Само собой. Пока, — кивнул Владе и оставил их одних.

Честно, лучше бы не уходил. Лучше бы и она не приходила. Только настроился и на тебе: один взгляд на чувственные, слегка полноватые губы — и все напутствия коту под хвост.

Влада открыто смотрела на него, ничуть не смущаясь. Провокаторша херова. Ещё и губу прикусила, задумчиво скользя по нему взглядом. А он, как тот прыщавый молокосос, сразу и отреагировал, дернувшись окаменевшим в паху органом. Интересно, она со всеми так ведет себя или только ему так несказанно повезло?

— Злишься? — нарушила затянувшееся разглядывания друг друга, по-своему истолковав его злостное выражение лица.

— На тебя бессмысленно злиться, — вздохнул, меняя позу. Не нужно ей знать о силе своего влияния на то, что у него ниже пояса.

Влада вмиг повеселела, сверкнув глазками.

— Правда?

— Кривда! — огрызнулся. — Знаешь, врач на больных не обижается. Вот и я уяснил этот момент. Что с тебя взять, кроме головняка?

Она тут же изменилась в лице. Вовремя внес поправку, а то что-то понесло её не в те дали.

Задел?

По глазам потухшим увидел, что да. Ничего, привыкнет. То ли ещё будет. Ему лишние проблемы с Павлом Олеговичем и Варлановым ни к чему.

— Что принесла? — перевел тему, кивнув на нервно скомканный пакет, и довольно улыбнулся, упиваясь её растерянностью. Не ожидала, бедняжка. Навнушала себе, походу, разной розовой ереси. Спасение жизни и всё такое. Только ничего это не значит. Абсолютно.

— Да так… — сглотнула, протянув ему гостинцы, — с Семёновной пирог испекли и немного фруктов.

— Правда? И ты тоже помогала? — не поверил, если честно. — Я не отравлюсь? А то, знаешь ли, застрять тут ещё на пару недель не особо хочется.

— Дай сюда! — вспыхнула, пытаясь забрать пакет, но Лёха ловко выхватил его из рук и переложил на соседнюю тумбочку от греха подальше. — Неблагодарный!

— Я-то как раз и умею быть благодарным, а вот кто-то даже не позвонил.

Да ё-моё… И это называется здравый ум? Дебил, блдь.

Влада мгновенно ухватилась за возможность оправдаться, позабыв о недавней обиде.

— Я хотела прийти, но, — серо-зелёные глаза скрылись под сенью длинных ресниц, — в общем, Лёш, я…

Договорить не получилось. Не дали. В палату, без стука, по-хозяйски, словно это её больница, вломилась Инка. В руках — эмалированный поднос с бинтами и разными примочками, а на лице — то же самое выражение неожиданности, которое ещё недавно было и у Некрасовой.

— Ой, я позже зайду, — притормозила, от чего едва прикрытые белоснежным халатом буфера призывно всколыхнулись. Надо быть наглухо зашторенным, чтобы не воспользоваться столь откровенным приглашением.

— Стой, стой, Инусь! — бодро приподнялся, зная, что пора делать перевязку, — ты как раз вовремя. Мне такой пирог принесли, ммм, пальчики оближешь. Будешь?

— Ой, Лёша, — отмахнулась кокетливо, рушив с места, — если только с чаем.

— Ну-у-у, это уже за тобой, — подмигнул подыгрывая.

— Хорошо, я не против, — задрала на нем футболку, рассматривая предыдущую повязку. — Меняем сейчас или мне позже подойти? — стрельнула на покрасневшую Владку недовольным взглядом.

— Сейчас, Инусь, позже у нас чай, — и столько обещания вложил в это самое «позже», что только тупой не поймет, что там за чаепитие намечается.

Выглянул из-за Инкиного плеча, прослеживая за реакцией девушки. Ожидал, что не выдержит, психанет, хлопнет дверью, но она сидела, не шевелясь, и во все глаза смотрела на него, вернее, на ещё хранившую следы воспаления рану. По испуганным глазам видел — слишком близко к сердцу приняла произошедшее в клубе. На лице отобразился такой спектр эмоций, что самому стало мерзко от проявленного скотства.

«Ну же, давай, включи обиду, сверкни слезами».

Он такой. Мудак и долб**б. Это тебе не Сёня. А с ним даже дружить нельзя, не то, что пироги таскать.

Инка неугомонно заливала, поняв, что Владка не угроза и под прикрытием перевязки вовсю лапала его бицепсы. Что она там говорила? А, пофиг. По-идиотски лыбился, выжидая развязки, и не сводил с Некрасовой пристального взгляда.

Зацепил.

На дне живых, выразительных глаз заплескалась долгожданная боль. Значит, Седых оказался прав. Выходит, Викины нападки небеспочвенны. Получается, всё намного хуже, чем он думал. Взаимно? С кем? С пустоголовой второкурсницей?

— Спасибо, Инна, — сам поправил футболку, заметив, как Влада сцепила на коленках пальцы.

— Ну, тогда я позже загляну, — попятилась к двери медсестра, он улыбнулся, но уже без особого энтузиазма.

— Угу, буду ждать, — пообещал пылко.