Неверная - Анастасия Шерр

— А вот и Максим, — радостно сообщает Клавдия Петровна, и я кисло улыбаюсь. — Присядь, завтрак почти готов, — обращается к нему, а я опускаю взгляд в свою почти опустевшую чашку. — Чай или кофе?

— Кофе. Спасибо, Клав, — он на ходу надевает чёрную футболку, садится рядом, судя по всему, смотрит на меня. Потому что горят теперь не только щёки, но и всё лицо.

Спасибо домработнице, она прерывает эту неловкую ситуацию грохотом тарелок. Ставит перед нами яичницу, овощную нарезку и апельсиновый сок в графине. Я благодарно улыбаюсь, беру вилку, хотя есть вообще не хочется. Всё это странно. Мне неудобно и жутко стыдно. И вроде как ничего такого в этом нет, как сказала бы Карина, но я чувствую себя паршиво, и от этого никак не избавиться. Нужно уходить.

— Спасибо, Клавдия Петровна, — отодвигаю от себя нетронутую еду, поднимаюсь со стула. — У меня сегодня много дел, я лучше поеду. Сейчас такси вызову и… — замолкаю, потому что мои оправдания звучат глупо. Тут никому нет дела ни до меня, ни до моих дел. Просто заткнись и уходи, Минаева.

Утыкаюсь в экран выключенного мобильника и отчаянно жму кнопку включения. Разрядился. Ну, конечно. Разве могло быть по-другому?

— Сядь, я отвезу, — звучит спокойный голос Макса. Слишком спокойный. Правда, чего бы ему нервничать, это моя привилегия. — Сейчас час пик, не лучшее время для поездки на такси.

Я послушно опускаюсь на стул, потому что в его словах есть доля истины. Да и с севшего мобильника вряд ли получится дозвониться диспетчеру. И вроде всё логично и чинно. Мужчина оказался не хамом, а очень даже нормальным. Я бы сказала — джентльменом. Но у меня началась тахикардия. До головокружения.

— Спасибо, — улыбнулась и, наконец, осмелилась посмотреть на него.

Какой же он красавчик… На такого, должно быть, открыта охота, и все его знакомые барышни теряют трусики в погоне за этим идеалом. А мне так несказанно повезло познать с ним оргазм. И чего нервничать? Тут же радоваться надо.

Только радоваться не получалось. Сама ситуация претила.

— Поешь, — он вдруг посмотрел на меня своими серыми с голубым отливом глазами. Странно, я точно помню, что вчера они были насыщенно синими. У него ещё и глаза необычные. Просто прелесть.

— Спасибо, я не голодна.

Домработница, как назло, куда-то отошла, а мне не осталось ничего другого, кроме как сидеть и смиренно ждать, пока Макс поест. А когда он поднялся, я резко вскочила следом. Даже слишком резко. Опрокинула стул, и он с грохотом упал на пол.

Минаева…

Макс бросил на стол смятую салфетку, ловко подхватил стул, отчего мускулы на его руке напряглись, проступили жилы. И я снова залипла. Осторожнее, господин Секс. Однажды тебя кто-нибудь изнасилует.

— Сейчас соберусь, и поедем, — он повернулся ко мне спиной, а я поспешила за ним, усиленно пялясь себе под ноги.

***

В его машине пахло кожей и немного резковатым освежителем воздуха. Таким мужским, дерзким. Кажется, табак с мятой. Вкусно. И немного пьянит.

Всё тело болело от тех акробатических поз, в которые меня вчера сворачивал этот половой гигантище. Между ног сладко ныло, а губы раздражены от грубых поцелуев.

На Макса не смотрю. Упорно делаю вид, что заинтересована пробегающими мимо магазинчиками и кафешками. Мой спутник молчит, за что ему благодарна до глубины души. Одно его слово, и я снова буду сидеть пунцовая, как помидор.

Адрес назвала с ошибкой намеренно. Я ведь вчера наврала, что учусь в МГИМО, а девушка из МГИМО не может жить в такой задрипанной общаге, каковой является моя… И хоть мы вряд ли встретимся с ним ещё раз, но врунишкой в глазах господина Секса выглядеть не хочется. Даже если он забудет меня уже через пять минут после того, как я покину его внедорожник.

Макс подъезжает к новостройке, которую я указала. Останавливается.

— А теперь куда?

— А всё, — улыбаюсь слишком наигранно и неискренне. Внутри вспыхивает сожаление. Будь я, и правда, какой-нибудь мажористой девочкой, был бы шанс продолжить с ним общение, а так… Да и плюсом ко всему прочему, он, скорее всего, уверен, что я какая-нибудь шлюшка. А я не шлюшка. Да только вчера отчаянно доказывала обратное. — Приехали. Я в этом доме живу.

Выходить не тороплюсь, чего-то жду. Ой, дура. Так, всё. Соберись. Хватаюсь за ручку двери.

— Я не люблю, когда мне врут, Кристина, — произносит тихо, вкрадчиво, и замок на двери щёлкает, блокируя мне доступ к кислороду. В машине под его пристальным взглядом я уже начинаю задыхаться. — Говори, где живёшь? — его голос обретает твёрдость.

— Но…

— Не надо мне впаривать, что ты живёшь в доме, где даже месячная аренда квартиры не каждому по карману. Или фрилансеры теперь зашибают миллионы? — смотрит выжидающе, постукивает пальцами по рулю.

— Ты обо мне ничего не знаешь, поэтому не можешь утверждать, на что и как я зарабатываю, — во мне просыпается гордая стерва, потому что признавать свою нищету и несостоятельность не желаю. Думаю, любой девушке на моём месте хотелось бы побыть ещё хоть чуточку принцессой, которую подвозят на классной иномарке к шикарному дому.

— Недостаточно много, если не можешь позволить себе платье, — протягивает руку к моей шее, и я вижу проклятую этикетку, которую, видимо, забыла спрятать. Да чтоб тебе!

— Ой, это я оторвать забыла, — пожимаю плечами, но догадываюсь, что выглядит это фальшиво.

— Окей. Я тебе помогу, — он дёргает этикетку, и я изумлённо ахаю.

— Что ты сделал?! — выкрикиваю прежде, чем успеваю понять, что в тот момент сама себя сдала.

По его скептическому взгляду понимаю, что я спалилась, да и вообще, пора заканчивать эту комедию.

— Общага вон за тем углом, — вздыхаю, повесив голову и в который раз за это утро сгораю со стыда.

Он молча выруливает со двора и подъезжает к обшарпанному зданию, которое я уже давно ненавижу всей душой.

— Вот теперь приехали, — поворачивается ко мне, кладёт руку на подголовник моего сидения. — Ну что, телефон дашь?

Я оторопело моргаю несколько раз, а Макс терпеливо ждёт, пока новая инфа дойдёт до моего мозга.

— Ааа… Ладно, — диктую ему номер и чувствую себя наивной идиоткой. Потому что он не записывает. А значит, никто мне звонить не собирается. Как глупо всё, блин.

Максим нажимает кнопку, и дверь со щелчком открывается.

— Завтра вечером свободна? Съездим в клуб, развлечёмся.

Ну вот к чему это всё? Издевается, да?

— Ну, позвонишь, съездим, — решаю поддержать его враньё, делая вид, что мне всё равно.

— Отлично. Ну, беги тогда. А, стой, — он вдруг берёт свой бумажник, вытаскивает оттуда наличку.

Что?! Он за кого меня принимает?! Наверное, все спектры негодования отражаются на моём лице, потому что он откидывается на подголовник, коротко смеётся.