Шрамы нашей любви - Кристина Жиглата

Олег.

С самого утра сижу в своём кабинете, решаю вопросы с документацией казино, прикончив, наверное, уже десятую чашку с кофе. Дел немереное, и так почти всегда, трудно доверить другим то, что требует тщательной проверки и внимания. Но, а ещё, это помогает отвлечься от угнетающих мыслей, и немного забыть о своих проблемах.

Одно только плохо — врач сказал разрабатывать ногу, хотя бы обычной пешей прогулкой, по несколько километров в день, чтобы вернуть ей былую форму, но пока, у меня получалось ходить только от машины к машине. А занятия в спортивном зале, которыми последнее время я себя доводил до десятого пота, само собой не исключены!

Вот тебе и шальная пуля! Минус два года жизни, которые провёл в аду и через которую, мне пришлось отказаться от своей любви…

Казалось бы, простое ранение, но надо же было чёртовой пуле, застрять между нервными окончаниями и главной артерией бедра, что и стало самым большим опасением, для лучших врачей города.

Два года назад, когда произошло нападение Резникова, на нашу группу и его люди расстреляли моих парней, меня тогда спас обычный бронежилет. Пять огнестрельных ранений, из которых два достигли своей цели, и стали для меня самыми трудными.

Сколько лет, среди криминала и пуль! Сколько было ранений, опасности! Сколько было шансов, легко уйти из жизни, но только в тот момент, когда я нашёл смысл своей жизни, судьба решила поиграть со мной!

Я помню как врач, который спасал тогда мне жизнь, дал мне только десять процентов того, что я буду не инвалидом. Потому что, чтобы вытянуть пулю из участка, где она в тот момент застряла, и не лишить при этом ноги чувствительности, было почти не реально.

Узнав эту новость, во мне словно зверь проснулся. Разрушил свою палату, чуть не убил доктора и…уничтожил то самое ценное, ради чего я вновь хотел жить. Моя Анжела…

Да, вспылил! Да, был не прав! Но тогда, уже имея ужасный шрам на лице, и пару десятков на теле, я не мог позволить ей, смирится ещё и с угрозой инвалидности. Хотел сам всё решить, сам разобраться, ведь она бы жалела и была бы со мной, только из-за своей доброты…а я так не хотел!

Мне нужна была любовь в её глазах, счастье и желание. Но в тот момент, когда Анжела в очередной раз призналась мне в любви, а я взял, и приказал ей уйти, в её глазах была пустота, боль и…злость!

Тогда я понял, что она уже не простит! Потому что я окончательно сломил в ней, ту хрупкую веру в меня, и в нашу любовь…

А потом начались самые адские дни моей жизни — нереальная боль в ноге, от пули, которую я не стал доставать, чтобы исключить шанс, быть инвалидом и невыносимая боль в груди. Это было равно самому жуткому наказанию в преисподней: когда с тебя живцом сдирают кожу, режут на кусочки душу, а сердце выжигают огнём.

Я выжил, переборол, перемучил, но так и не смог лишится своей одержимости!

Но, а потом, когда прошло уже больше года, после ранения, и я с трудом мог терпеть боль, которую создавала мне пуля в ноге, я всё же, рискнул на операцию. Тогда Давида предупредили о последствиях изъяна этой проблемы, после чего, он простоял в операционной, всю операцию с пистолетом в руках, дуло которого удерживал возле виска доктора.

Операция прошла успешно!

После чего, было несколько месяцев реабилитации и разработки всех повреждённых участков мышц. Но это уже было, неважно! Ведь я перестал сидеть на обезболивающих, как на наркотиках, и мог спокойно передвигаться собственными ногами без помощи трости. К тому же не хромал и вернул былую силу — устойчиво стоять на ногах.

Плохо, что доктора не лечат другие раны…душевные! Ведь после того как я прогнал Анжелу, так и не смог оставить её в покое. Отслеживал каждый её шаг, пытался как можно больше облегчить жизнь, заботился о ней на расстоянии…только вот, мириться с её свиданиями не смог.

Моя!!!

За последний прошедший год, который она начала принимать приглашения парней на свидания, мне пришлось больше сотни раз менять их мнение, по поводу встреч с моей девочкой. И пока, хватало одного разговора или удара…

Моя!!! И скоро докажу ей это!

Сегодня Анжела празднует завершение третьего курса, со своими друзьями, и мне с трудом удавалось сконцентрироваться, чтобы не сорваться к ней. Вадик — её тайный, личный телохранитель, доложил мне, что она уничтожила уже два коктейля и пошла в пляс. Девочка, наверное, решила «оттянутся», так как до этого, всегда вела себя прилично и спокойно. Это, её необычное состояние и заставило меня напрячься, ведь зачастую так себя ведут отчаявшиеся люди!

Что не так?!

Пока я сидел, и задавался этим вопросом, мой телефон оживает, высвечивая на экране имя Вадика.

Беру, не замедляя трубку, нутром чувствуя, что что-то с моей малышкой:

— Что там? — получается рыком.

— Она танцует…с мужчиной…откровенно, — говорит он, словно боится. И не зря…

— И ты не знаешь что делать? — кричу, а у самого уже пелена перед глазами от злости. — На хер от неё всех!

— Я так и делал, но это уже третий мужчина и моё вмешательство стаёт подозрительным! — предупреждает он.

— Пофиг! Не подпускать к ней никого!!! Я сейчас буду!

— Есть, — говорит Вадик, и я выбиваю вызов.