Свеженькие истории, которые заставят тебя покраснеть - Мари Грей

Ожидание казалось нескончаемым. Опять я опоздала! А ведь такторопилась, чтобы прийти вовремя… Другая особа уже здесь и со спокойным видомпогружена в чтение. Но я-то знаю, что это спокойствие только внешнее:безусловно, она пришла сюда по тому же поводу, что и я, а значит, не может бытьпо-настоящему безмятежной! Впрочем, поднимаясь, она бросила в мою сторонуучастливый, едва ли не сообщнический взгляд… и я тут же почувствовала к нейнеобыкновенное расположение. Уверена, она испытывает сейчас то же самое. Тотфакт, что нам уготована одинаковая участь, меня немного утешал.

Понадобилось долгое ожидание, прежде чем мне разрешиливойти. Вызывавшая дама узнала меня и тепло, почти по-дружески, улыбнулась. Я нетерпеливовскочила и последовала за ней по узкому коридору к тому месту, которое вызывалоу меня столь противоречивые чувства. И воспоминания. Сколько воспоминаний! Больи удовольствие, страх и экстаз, и все это было даровано одним единственнымчеловеком.

Проходя мимо комнаты, в которой находилась моя случайнаясоратница, я удивилась, не услышав ни стонов, ни криков.

«Привыкла!», - подумала я про себя и улыбнулась.

Наконец, мы достигли комнаты, которой предстояло статьсвидетелем моей уязвимости, беспомощности, моего освобождения и желания.

Молодая женщина, по-прежнему улыбаясь, вежливо забрала моюсумочку. Она была довольно красива и обладала хорошей фигурой, что особенноподчеркивало ее маленькое белое платье. Я знала, что она останется здесь снами, и мне это даже нравилось. Она будет находиться рядом, принимать живоеучастие в происходящем, одобрять, комментировать, но, главное, сможет деликатнонаправлять его в выборе «аксессуаров». А он до них ненасытен…

Эти размышления внезапно прервались: он был здесь. Тот, когоя с таким нетерпением желала увидеть вновь, мой очаровательный палач, адресовалмне неотразимую улыбку. Эта улыбка заставляла меня поддерживать нашу связь,несмотря на постоянное, действующее на нервы ожидание, на которое он меня обрекал;эта улыбка затмевала все вокруг, озаряла мои фантазии, преследовала в самыхсмелых снах. Конечно, не одна только улыбка представляла ценность этогомужчины: все остальное в нем не менее привлекательно, обольстительно исовершенно.

Он престал передо мной гладко выбритым, в безупречнойодежде, от него исходил тонкий аромат одеколона. Но главное, он улыбался.Улыбались даже его карие глаза: глаза ангела под длинными ресницами и идеальноочерченными бровями. Эти глаза светились радостью. Он счастлив меня видеть?Предвкушает, что должно произойти? Я не осмелилась спросить. Знает ли он, докакой степени я спешила оказаться здесь, сгорала от нетерпения видеть его, дажезная, что для достижения блаженства мне предстоит мучиться и страдать по егомилости?

Мой взгляд бессознательно упал на маленький столик: на немлежали инструменты пыток, которыми он должен был воспользоваться. Я не в силахбыла унять дрожь. Он пытался меня успокоить, что-то ласково объяснял - всеказалось бесполезным. Но ведь я знала, на что шла, поэтому и находилась здесь,не так ли? Наконец, я вытянулась в кресле и отдалась в его руки.

Беспощадный свет лампы действовал на меня уничтожающе, но онему нравился, он не мог бы даже обойтись без него, поэтому я не протестовала.Талант этого мужчины был достоин того, чтобы я шла на уступки… Мне оставалосьтолько закрыть глаза и, как обычно, предоставить все ему.

Он ласково спросил, как я себя чувствую. В ответ я моглалишь кивнуть головой, но тут вспомнила, что спустя всего несколько мгновений онсовсем лишит меня дара речи, закрыв рот своей рукой в перчатке. Тогда язаставила себя ответить настолько отчетливо, насколько у меня хватило сил:

- Спасибо, очень хорошо… но здесь довольно холодно…

- Это ненадолго, моя дорогая, сами увидите…

Загадочная улыбка. И все началось. Он наклонился, и до менядонеслось его приятное свежее дыхание. Его рука приблизилась к моему лицу, и язакрыла глаза, отдаваясь его ласкам.

От мягких и нежных прикосновений ладоней я совершеннорасслабилась. Пальцы осторожно дотрагивались, ощупывали меня… Я почувствоваласебя, наконец, удивительно спокойно и умиротворенно. Настолько спокойно, чтосмогла проследить движения его руки на моей шее, вырезе блузки, подбюстгальтером. Его ладони бережно, почти боязливо обнажали мою грудь. Я прекраснознала, что эта нежность не продлится долго, мужчина станет более решительным итребовательным. Но вдруг он решил сделать паузу и оставил меня на несколькомгновений одну: мы оба должны быть готовы перейти к более серьезным вещам. Меняохватило благостное оцепенение, на волне которого исчезли все страхи ибеспокойства! Дыхание стало глубоким и размеренным, тело как будто онемело, ноэто онемение было таким сладостным! Я продолжала ощущать на себе нежность,которую он так щедро даровал мне перед своим исчезновением. Эта бесконечнаянежность распространялась по груди, животу; я представляла себе его ладонь вперчатке, почти безличную, нереальную, которая движется все ниже, к моимбрюкам, скользит по бедрам и совсем исчезает в тепле моего тела. Я распахиваюноги, приглашая к более смелым ласкам, но он заставляет меня ждать…

Его голос вывел меня из сладостного сна:

- Вы готовы продолжить?

Я только кивнула в ответ. Затуманенный взор выдавалсостояние неги и слабости, в котором я пребывала. Конечно, я готова, я толькоэтого и жду.

Теперь его руки стали решительными и настойчивыми. Они мялимое тело, царапали кожу - несомненно, на мне останутся следы от этихприкосновений! Воздух в комнате вдруг стал жарким, даже удушающим. Потом яуслышала, как он, не медля больше ни минуты, схватил один из инструментов,разложенных на столе.

Закрыв глаза, я даже не пыталась угадать, что это запредмет. Не имеет значения, каков он на вид: его истинная ценность откроетсятолько в действии. Предмет исчез между моими губами, раздвинув возбужденнуюплоть. Во мне смешивались всевозможные ощущения: инструмент, проникавший в менявсе глубже, мужская рука, широко раскрывающая мою плоть, сначала один, потомдругой палец, проскользнувшие внутрь…