Наши границы - Джули Дейс

Но ещё ниже я пала тогда, когда позволила какому-то парню в костюме Рембо положить на свои бёдра ладони. Со временем я поймала себя на мысли, что мне стало даже весело. Передо мной охрененно сексуальный парень в чёрной майке, оголяющей грудь и потрясающие мускулы, который строил смешные рожицы и подпевал песням, отдаваясь музыке и мне целиком.

Наши бурные танцы завершились тем, что его язык проник в мой рот, а живот почувствовал готовое к труду и обороне достоинство. К чему я совершенно не была готова, но позволяла ему обвить свою талию и скользить языком по губам. И целовался он также отпдано, как и выглядел. Я отдалась бы ему легко и просто, если бы не одно но, занимающее место на диване с той самой шлюхой, которая касается его там, где касалась я, целует то, что целовала я. Издав рык, я прикусила губу незнакомца лишь раззадорив его нрав. В эту же секунду он потянул меня за собой из толпы убитых алкоголем или наркотиками.

Всё произошло слишком быстро, но я на всю жизнь запомню тот тяжелый взгляд на своей спине, подаренный мне напоследок.

– Извини, мне нужно в туалет, – быстро выдала я, когда парень начал пробираться сквозь студентов, вероятно, к спальне, где решил оприходовать меня.

– Вторая правая дверь прямо по коридору, – остановился он, посмотрев на меня карими глазами, – жду тебя в паре дверей от неё.

Кивнув, я быстро проскользнула в маленькую комнату, которая уже была заблевана десятками человек. Уверена, этому дому поможет только снос и тотальная зачистка для нового, чтобы вытравить все хламидии. Вытерпев небольшое количество времени, я высунула голову в проём и проверила путь на чистоту. Я не собираюсь трахаться с каким-то идиотом на студенческой тусовке.

Даже если этот идиот чертовски сексуальный? – злобно похихикивало бесячее «я».

Я делаю это не из-за Фуэнтеса, – старалась убедить саму себя я, – а только из-за того, что никогда не стану шлюхой, которая раздвинет ноги в студенческом братстве.

Проскользнув вдоль стен братства, я успела зацепить ошарашенный взгляд Оли, который был удивлён не тем, что я пытаюсь от кого-то скрыться, а тем, что скорей всего наблюдал картину с тем незнакомцем. Смотря на меня поверх красного стаканчика, он не двигался, словно отслеживал добычу. Поднеся указательный палец ко рту, я показала знак того, чтобы он молчал, взамен получив слабый кивок.

Как только ноги вынесли меня на улицу, а холодный ветер резко бросился в лицо, поднимая холодом всех мурашек по коже, я сжалась в три погибели и зашла за угол дома, где единственным нарушителем тишины были долбящие колонки в доме. Казалось, что кирпичные стены вот-вот начнут разваливаться по одному из-за напора и силы децибел.

Оперевшись спиной на леденящие стены, я откинула голову к звездному небу и закрыла глаза. Абсолютно плевать, простыну ли я, холодно ли мне, я чувствую себя дерьмом по двум причинам: я позволила случиться поцелую, но в этом моим вспомогателем стал гнев на Диего, на руках которого танцевала та шлюха, которую он, будь он проклят, драл в туалете; вторая причина была проста – я чуть ли не переспала с каким-то идиотом. Да, секс – это всего лишь секс, я никогда не придавала ему большее значение, чем плоские утехи, но не с человеком, имя которого мне даже неизвестно, как и он сам.

– Довольна? – нарушил уединение голос Диего, который уже привык подбираться ко мне незаметно. По этой причине, я даже не дрогнула и не раскрыла глаза.

– Чем?

– Потрахалась с ним?

– Не суди людей по себе, – горько засмеялась я.

– А для чего тогда было это шоу? Для меня? Я оценил.

Сарказм в одночасье сдавил горло, и я начал набирать обороты, пока по щекам не покатились слёзы от смеха, а я не согнулась пополам. В эту минуту, я напоминала истеричку, но было так плевать, что даже не описать словами. Конечно, он подумал, что я кувыркалась с тем парнем, дабы отомстить ему. Но всё пошло не по его плану.

– Господи, ты серьезно думаешь, что я целовалась с ним из-за тебя? – смеялась я, откашливая слова, – очнись, Фуэнтес, я целовалась с ним, потому что он, мать вашу, чертовски сексуальный, – смех быстро перешёл в твёрдость и серьёзность, – и не придавай себе большое значение в моей жизни. Я не трахалась с ним. Я – не ты, пойми уже. Ты можешь завалить всех шлюх мира, но у меня даже глаз не дёрнется. Мне просто плевать. Ты можешь дальше топить себя в алкоголе, одноразовом сексе или в чём-то подобном.

– Хочешь выставить себя шлюхой, то вперёд, – качнул он головой в сторону дома, на волосах которой играли блики тусклых уличных фонарей.

– Я просто веселюсь и отдыхаю, ничего личного, Фуэнтес.

– Ты ополоумела, – процедил Диего.

– С чего ты решил, что я делаю что-то из-за тебя или ради тебя? Очнись, твою мать. Мы не клялись друг другу в любви или верности. Запомни: женщина может быть верна только себе.

В эту же секунду его крепкая рука сомкнулась на моей шее, пригвоздив к стене, а глаза направились глубоко к мои.

– Запомни: женщина должна быть верна только одному мужчине – своему мужчине. Потому что она выходит замуж. Она – за мужем, – прохрипел он, после чего ослабил хватку. У меня не было и капли страха перед ним, я словно играла с огнём, получая прилив адреналина.

– Если твоя жизнь превратилась в геометрическую регрессию из-за того, что твоя суженая когда-то переспала с кем-то, то это только твои проблемы. Я верна только себе. У меня нет мужчины. И я не замужем. Поэтому прибереги свои нравоучения для кого-то другого.

Рука Диего вновь вернула меня к стене, а вторая обвилась вокруг талии, после которой его губы коснулись моей шеи, а плоть впилась в живот. Но я быстро отреагировала, положив ладони на его грудь и оттолкнув с такой силой, что он рыкнул и чуть ли не вписался в кусты. И Господи, как же я была благодарна своему самообладанию сейчас, которое не оставило шанса затуманиться разуму и позволить телу вновь воспользоваться собой.

– Я не стану твоей шлюхой.

Отстранившись от стены, я смахнула волосы с лица и бросила поверхностный взгляд на Диего, гордо зашагав в другую сторону от братства, словно дерьмо он, а не я. Но на самом деле в дерьме мы оба.