Жена напрокат - Айрин Лакс

Как я мог так сильно налажать?

Можно не отвечать. Это был риторический вопрос. Просто я на время пустил всё на самотёк.

Наверное, Настя права, я — гнусный обманщик.

Что стоило мне сразу позвонить Наде и поговорить с ней? Но нет же! Я радовался штилю и гармонии в приобретённых отношениях и махал рукой, мол, успеется.

Я ни хрена не успел, но сделал только хуже. Настя очень сильно переживала. Это было понятно сразу, заметно было и вечером по припухшим глазам.

Мышка нанесла макияж, гораздо более яркий, чем обычно, но припухших глаз она скрыть не смогла.

Мирон — не дурак. Он тоже понял, что наше общение с его мамой напряжённое и прохладное.

Сынишка сидел притихший, переводя тревожный взгляд со своей мамы на меня и обратно.

Моё сердце стиснуло болью. Я отдал бы всё на свете, чтобы сыну не пришлось разочаровываться во мне и считать негодяем.

— Завтра отведу тебя на хоккей! — пообещал я.

— Отведёшь? — переспросил Мирон с сомнением в голосе.

Я понял, что даже в таком простом вопросе доверие ко мне сдулось, как проколотый воздушный шарик. Не думаю, что Настя успела сказать сыну что-то.

Просто дети — не такие наивные и глупые, как мы думаем. Они тонко всё чувствуют и понимают гораздо больше, чем мы могли бы себе представить.

В присутствии Мирона я не осмелился поднять волнующую тему разговора. Я отвёз Настю к дому её матери. Настя торопливо попрощалась со мной, уводя Мирона в подъезд.

Хоть Настя и просила меня не осаждать двери квартиры её мамы, но я просто не мог заставить себя уехать прочь.

Я сидел за рулём внедорожника, неотрывно глядя на окна квартиры. Внезапно в окошко кто-то постучал. Я вздрогнул от неожиданности, но потом заметил маму Насти.

— Даниил? Ты меня ждёшь? — удивилась мама. — Я уже вернулась от подруги, пойдём, поднимемся в квартиру, чаю выпьем.

— Спасибо, — сквозь силу улыбнулся я. — Но не думаю, что мне там будут рады.

— Настя у меня? Что случилось? Вы поругались? — взволновалась мама Насти.

— Настя поживёт у вас какое-то время…

— Она съехала от тебя? Да что происходит, Даня?

— Я виноват перед Настей. Я оступился, а теперь не знаю, как мне всё исправить. Очень хотел бы, но боюсь, что Настя не хочет меня слышать.

Мама Насти смерила меня взглядом.

— Не знаю, что именно вы, дети, умудрились натворить всего за один несчастный день, но мне это очень не нравится, — после небольшой паузы она добавила. — Ты — хороший парень, Даниил. Но я не могу стоять и беседовать с тобой, зная, что моя любимая доченька страдает.

— Скажите ей, что я люблю её. Настя сейчас обо мне не самого лучшего мнения, но я люблю её и сына. Я хочу быть с ними.

— Сам скажешь. Даже если Настя не станет тебя слушать.

Мама Насти внезапно зачем-то полезла в сумку и достала оттуда почтовую открытку.

— Вот, видишь? — помахала она мне открыткой. — Бывший муж. Двадцать с лишним лет назад оступился, позднее признал свою вину и до сих пор извиняется. А я вот что об этом думаю! — мама Насти порвала открытку и засунула обрывки обратно в сумку.

— Вы не отвечаете ему? — спросил я.

— Нет, конечно! — фыркнула мама Насти. — Но!.. Но это не мешает ему извиняться и просить прощения. Было бы желание!

Возможно, мама Насти хотела поднять у меня боевой дух.

Но если Настя пошла упрямством в свою маму, то дела у меня обстоят в миллионы раз хуже, чем я мог себе представить.

Я посидел под окнами квартиры ещё час, а потом бездумно поехал кататься по городу, пока не стемнело. Раздался телефонный звонок. Звонила домработница.

— К вам пришла девушка…

— Впустите, конечно! — заявил я, не выслушав до конца.

Я решил, что Настя приехала ко мне, чтобы поговорить. Я лелеял эту безумную надежду и сразу же развернулся, поехав к дому.

По пути я заехал в цветочный магазин и выбрал огромную корзину алых роз. Корзина едва поместилась на заднем сиденье внедорожника.

— Где она? — требовательно спросил я у домработницы.

— В вашей спальне.

Я мгновенно поднялся наверх и распахнул дверь.

— Привет, любимый!

Я ошарашено смотрел на Надю, лежащую на моей кровати под тонкой простынёй.

— Какой роскошный букет! — восторженно вскликнула Надя и выскользнула из-под простыни. Абсолютно голая.

— Теперь ничто не помешает нам стать счастливыми… — томно выдохнула бывшая, подходя ко мне.