Наследник для хозяина города - Яна Невинная

Он вывез меня из Италии так быстро, что я и оглянуться не успела. Чувствовала себя мертвой и потерянной, плохо соображала, что происходит. Нужно было бороться, а я впала в забытье и очнулась уже тогда, когда оказалась в этой квартирке с приставленным ко мне охранником.

Если бы у меня не было настенного календаря, в котором я отмечала прошедшие дни, пришлось бы делать зарубки на стене с обшарпанными дешевыми обоями. Интернет и телевизор под запретом. Только небольшая библиотека книг о родах и обращении с младенцами, которые я зачитала до дыр.

Правда, теоретические знания не успокаивали. Я чувствовала себя беспомощной и думала, что не справлюсь с малышом. Не знала, как правильно подготовиться к роли матери. Посоветоваться было не с кем. Андрея разговоры о ребенке раздражали. Он говорил только о нас.

Квартирка была маленькой и грязной, и я потратила несколько недель, чтобы придать ей маломальски приличный вид.

Поначалу пребывала в трансе и совершенно не заботилась об окружающей обстановке. Мне было все равно. Казалось, жизнь кончена. На свет вытянул малыш, однажды толкнувший меня изнутри. Я поняла, что мне есть ради кого жить и бороться.

Андрей не сможет держать меня в заточении вечно. Тем более если окажется, что ребенок не его. Мы жили в ожидании родов, после них сделаем тест ДНК и выясним правду. Андрей кормил меня чушью о нашей будущей счастливой жизни.

А я пообещала себе сбежать от него в любом случае. Ведь он угрожать отдать малыша в детдом. Его слова в тот роковой день подгоняли меня и вели по тому пути, который я избрала. Если тест покажет, что я забеременела от Андрея, то буду жить в одиночестве. Уверена, близкие не оставят меня в беде, помогут первое время. Я так по ним скучала, что порой хотелось выть. Но и родных Андрей меня лишил.

Если же ребенок от Кирилла… Я старательно отгоняла от себя мысли об этом мужчине, который однажды перевернул мою жизнь, был в ней всего лишь несколько дней, но окончательно изменил меня и свое отношение к себе.

Он показал мне, что я могу быть желанной, красивой его глазах. С Андреем я всегда ощущала себя жалкой, просящей милостыню в виде его внимания. Я убивала в себе надежду, что Кирилл жив. Как он мог выжить? Зачем де Луке и Сайдахову оставлять его в живых после получения заветных подписей?

Но надежда снова возродилась, когда Андрей начал старательно прятать от меня любые гаджеты. Не думаю, что он переживал о моем моральном состоянии и беспокоился о том, как на меня повлияют новости о кровавой смерти бывшего хозяина города.

Скорее, он бы со злорадством издевался над смертью моего «любовничка». Но он этого не делал, а, напротив, ходил злой и угрюмый. Что-то происходило за пределами квартиры и медленно просачивалось внутрь.

О том, что у Андрея проблемы с деньгами, я догадалась, когда он стал покупать меньше продуктов, особенно свежих фруктов, которыми заваливал меня поначалу, и по тому, что он постоянно взрывался вспышками злости.

Вот и сейчас по громкому хлопку входной двери я догадалась, что благоверный пришел домой не в лучшем настроении. Хотя все внутри меня и протестовало против того, чтобы называть это убогое жилище домом, надо же было как-то обозначать свою тюрьму.

— Есть что пожрать? — с порога крикнул Андрей, вызвав раздражение этой привычкой орать из комнаты в комнату. Впрочем, кричать можно было сколько угодно: Андрей позаботился, чтобы соседи, живущие через стены от меня, не оказали мне помощи. Хоть обколотись в стены.

Какая-то глухая старушка и вечно отсутствующий мужчина, работающий вахтовым методом. У таких соседей помощи не попросишь. А на улицу прогуляться и на прием к врачу Андрей меня выводил только под личным наблюдением, как собаку на поводке. Охранник давно сгинул. Уверена, Андрей просто был не в состоянии платить ему деньги.

— Сейчас достану из холодильника котлеты и пюре, — вздохнула я с грустной усмешкой, понимая, что невольно участвую в очередном «семейном» ужине. Как только Андрею не надоедал этот фарс?

— Хозяюшка моя, — обхватил он мои предплечья и чуть отодвинул в сторону, протискиваясь мимо меня в свой любимый угол возле стены. Взгромоздился на продавленный стул и стал барабанить пальцами по столешнице в ожидании ужина. Этот привычный звук раздражал. С каждым днем все больше.

Поморщившись от ласкового обращения, я подогрела ужин в микроволновке и поставила дымящуюся тарелку перед Андреем. Знала, что уходить не следовало, поэтому сложила руки на животе и оперлась поясницей на плиту. В тесноте кухни раздавались звуки поглощения пищи и какой-то нудный тихий звон. Наверное, так звучало мое отчаяние.

— Есь, скоро нужно будет отсюда уехать, — с серьезным видом сообщил муж, откидываясь на спинку стула.

— Как уехать? Куда? Мне завтра на прием нужно к врачу, — напомнила я ему, раз он позабыл.

— Врачи есть везде, даже в захолустной деревне.

— Мы поедем в захолустную деревню? Мы долго будем перемещаться и зачем вообще уезжаем? Андрей, ты всегда от меня все скрываешь и опять идешь по этой дорожке. Может, расскажешь, что происходит? — твердо потребовала я ответа, глядя, как он нервно поглядывает в окно.

Этот взгляд был мне знаком. Люди из криминального мира всегда ждали опасности из-за угла. Воспоминание прошлось по мне острой бритвой, душа закровоточила. Кирилл всегда машинальным взглядом проверял периметр. Только его это не спасло…

— А ты дура? — грубо ворвался Андрей в мои мысли. — Не доходит, что я всеми силами пытаюсь нас спасти? Не догадалась, что охрану я не просто так снял, что ты ходишь в обычную женскую консультацию вместо элитного медицинского центра и ешь всякую дрянь не просто так? Какие предположения, Есь?

— Что ты хочешь мне сказать? — похолодела я, догадываясь, что за правду откроет Андрей.

— Денег нет и не предвидится. Я носа не могу высунуть, а то, что было, давно кончилось.

— Почему ты прячешься, Андрей? Я не понимаю, — сказала я как можно более ласково, притворяясь заботливой женой. Именно такой стиль поведения я избрала, чтобы втереться к нему в доверие, усыпить бдительность и, главное, не попасть под тяжелую руку, когда он напивался и орал на меня, обвиняя в измене и беременности от бандита. Я спасала себя и своего малыша. Вот и сейчас обхватила живот руками и во все глаза смотрела на закипающего от злости бывшего мужа.

— Сайдахов мне уже ничем не поможет, кинул меня. Самому приходится крутиться.

— Андрей, ну так давай вернемся домой, будем жить как обычные люди. Я понимаю, что ты высоко взлетел и хотел иметь большие деньги, но иногда можно сделать и шаг назад. Никто от этого не умирает.

— Разумная Есения с мышлением бедного человека, — передразнил он меня, издевательски смеясь. — Я пытаюсь подбить клинья к одному местному авторитету, но он прощупывать начнет, может накопать на меня ненужное. Короче, гиблое это дело. Надо линять.

— Андрей, но я не могу с тобой бегать по стране, как жена декабриста! Мне скоро рожать! И клиника не нужна элитная, пусть будет самая обычная. Поедем домой. Там, наверное, за это время все улеглось. За что и кому тебе мстить? — закинула я удочку, пытаясь понять, что же скрывает благоверный.