Моя чужая. Книга 2 - Ольга Гринвэлл

Наше дыхание смешивалось.

— Почему ты не ушла?

— Потому что ты не хочешь, чтобы я уходила. И я тоже не хочу.

— Тёмка ждёт тебя… не надо… — В этом был весь Никита, думающий о других, о своём друге, который был ему вовсе не другом, обо мне, но совершенно забывающий о себе и своих чувствах. — Оль, — он сжал мои пальцы. — Я очень рад тебя видеть, но…

— Что? — в груди похолодело.

— Тебе вовсе не надо сидеть около меня, — он говорил с трудом, но видно было, что долго думал, прежде чем начать этот разговор. — У тебя муж, работа. Тёмыч наверняка уже сходит с ума.

— Мне всё равно. Я подала на развод.

Никита замолчал, переваривая услышанное.

— Зачем?

— Слишком сложно, Никит. Но если коротко, я его не люблю, — вздохнула.

Мне не хотелось жаловаться на жизнь, оправдываться, что-то объяснять. Я просто сказала правду.

— Бедняга, — он усмехнулся. — А он тебя всю жизнь любил.

— Ты меня тоже когда-то любил, — на глаза набежали слезы.

Стало обидно за упущенный шанс.

— Я по-прежнему тебя люблю, моя хорошая, — молча смотрел, как слёзы стекают по моим щекам. — Почему ты плачешь?

— Я тоже тебя люблю, всегда любила, — не выдержав, закрыла руками. — Если бы ты только остался тогда… — Услышала вздох. — Нет, я не виню тебя, Кит, не думай. Всегда знала, что для тебя образование было очень важно, я рада, что ты воспользовался таким шансом…

— Я бы плюнул на всё, Лёль, если бы ты только попросила остаться. Ну да ладно… Наверное, так и должно было случиться. — Он тихо рассмеялся. — В противном случае у тебя бы не было сейчас своего бизнеса.

— Какого бизнеса? — уставилась на Никиту. Лучше бы я не тревожила его сейчас. Ведь знала, что с черепной травмой не должно быть никаких волнений и тревог. — Подожди, я позову медсестру.

Я хотела встать, но мужчина остановил меня.

— Тсс, лучше расскажи о себе. Как ты жила всё это время?

Пожала плечами. Лучше говорить на нейтральные темы.

— Закончила мед, ординатуру проходила в этой самой больнице, ну а сейчас работаю в травмпункте. Осваиваюсь. Знаешь, там можно быстро набраться опыта, — рассмеялась. — Переломы, ушибы, укусы. И народ там самый разный. Справляюсь, Кит. Времени ни на что больше не хватает.

— А как же твоя клиника?

— О чём ты?

— Я как приехал, пытался разыскать вас с Темкой. Заходил к тебе домой, но безуспешно. Пришлось навестить дядю Ваню с тетей Люсей…

— Тёмкиных родителей?

Он кивнул.

— Кстати, они скучают по тебе. Сетовали, что после того как ты получила в подарок клинику, перестала с ними общаться. Но я не поверил — знаю, что ты не такая, разве нет?

— Но они сами не хотят со мной общаться. Артём сказал… Постой… — Нет, не может быть! Что еще Артём от меня скрывает? — Никита, я ничего не понимаю… Какая клиника?

— Ну что-то там связанное с пластикой. Во всяком случае, мне так сказали.

Улыбнувшись, я покачала головой:

— Эта клиника Артёма, меня он туда и близко не подпускает. Я никакого отношения к ней не имею.

— Странно… — Никита задумался. — А я собирался сразу после Тёмкиных родителей заехать туда, повидаться с тобой. А Тёмыч меня на дачу позвал. Сказал, что будете меня ждать там.

— Погоди, Ник, не волнуйся. Тебе нельзя…

— Да все со мной нормально. Я уже намного лучше себя чувствую. Поспал, поел, поговорил с тобой… Лёль, — окликнул меня, но я уже вышла из палаты.

А вдруг все, что говорит Никита — правда? Ведь неподалёку от дачи Тёмкиных родителей и обнаружили избитого Никиту. И еще — Ник с Артемом, оказывается, даже договорились о встрече… Мне просто необходимо знать где правда, а где ложь.

Никита беспокойно заворочался, следя за тем, как я встала:

— Мне нужно идти, — наклонилась к нему, не выдержала — приникла губами к его губам. — Никит, я люблю тебя.

Видела, как не хотел отпускать, но у меня появилось неотложное дело…

…Доехала до Щелковской, оттуда пешком минут пятнадцать, и вот уже нерешительно переминалась у знакомой квартиры. Досчитав до десяти, нажала кнопку звонка. И только потом подумала, что время позднее — почти десять часов вечера. Послышалось щелканье замков, бряцанье дверной цепочки.

— Оля? — брови Людмилы Ивановны в изумлении поднялись. Она отступила назад. — Что-то случилось?

— Нет, — я помотала головой. — То есть да. Можно войти?

— Конечно, проходи! Ваня! — крикнула она. — Я не ожидала…

— Простите, что так поздно.

Вышедший из своей комнаты Иван Тимофеевич молча наблюдал, как я снимала туфли, вешала в шкаф пальто.

— Ну, здравствуй, Ольга, — строго сказал он, заставив меня поежиться. — Решила-таки навестить стариков.

— Ваня, — шикнула на него жена, — Проходи, Оленька, я сейчас чайник поставлю.

— Только к чаю у нас нет ничего, — добавил мужчина. — Гостей не ждали.

— Вы меня извините, что пришла к вам в такое позднее время, — пробормотала, уныло разглядывая мыски тапочек. — Мне надо кое о чём вас спросить…

Отец Темки хмыкнул:

— Ну хоть какой-то повод нашла, чтобы явиться.

— Не обращай внимания, девочка. Просто он злится, что вы с Темой нас совсем забыли и даже не звоните.

— Не он, а она. Как клинику получила, так сразу…

— Артем сказал, что вы со мной знаться не желаете… — я остановилась.

Артём. Вот подонок!

— Ваня, — тихим голосом попросила Людмила Ивановна, — накапай мне корвалольчика.

Закрыв ладонями лицо, я опустилась на табуретку…

…Уже спустя десять минут все недоразумения разъяснились, мы пили чай, и Иван Тимофеевич рассказывал мне про клинику, которая на самом деле принадлежит мне. И еще много чего рассказал, включая визит Никиты.

Я всё больше и больше ужасалась тому, что человек, за которого вышла замуж и который долгое время был моим другом, оказался самой настоящей мразью.

Ушла от его родителей далеко за полночь. Родители Артема уговаривали остаться, но мне необходимо было побыть одной. Я хотела пройтись по улице, подумать, проанализировать все предшествующие сегодняшнему дню события, решить, что делать дальше.