Контракт на невинность - Анна Шварц

— Честно говоря, я даже рад, что он скоро сядет за решетку, — медленно произносит Камиль, а я едва не давлюсь от неожиданности, — ты настолько глупенькая, что даже не заметила бы, как из моей постели попала бы в его. Ты потрясающе наивный экземпляр.

— Что? Что за бред?

Камиль вздергивает брови и мотает головой. Я вообще не понимаю, о чем он говорит, и почему он так недоволен мною — на полном серьезе! Может, молча доесть и смыться с глаз его долой, лишь бы не чувствовать себя окончательно идиоткой? Но я правда хочу понять, какого черта тут происходит.

— Ты куда? — я замечаю, как Камиль собирается, похоже, уйти, — можно с тобой поболтать?

— Извини, цыпа. Вряд ли у нас есть общие интересные для разговора темы, — хмыкает Камиль, и, оставив меня недоуменно пялиться ему вслед, уходит.

Это он второй раз меня дурой назвал? Похоже.

Я отбрасываю еду в сторону, чувствуя, что мне перехотелось есть.

Гляньте-ка на него, он, видимо, уже родился с мозгами взрослого мужчины. С Хазаром, между прочим, он общается спокойно. Хотя из нас двоих тупее всего ведет себя именно Хазар. Если бы они были действительно геями — я бы не удивилась. Между ними невероятное взаимопонимание!

Я выбрасываю “полезную” еду в мусорку, открываю холодильник, достаю продукты и начинаю готовить нормальный ужин. Лишь бы отвлечься от этого мерзкого чувства, что меня унизил мужчина, который начал вызывать у меня симпатию. У нас нет общих тем, видите ли! Это не остановило его от того, чтобы предлагать мне за деньги стать его женой и спать с ним.

Обидно.

Еще обиднее, что он собирается со мной разойтись легко и просто, после того, как все закончится. Просто пнуть под зад, как он это делал с Валей. Похоже, у него даже сердце не ёкнет. И все из-за того, что у нас нет общих тем и я не сплю с ним? Но он и сам не стремится со мной сблизиться хоть как-то. Он почти не проводит время дома, а когда проводит — занят какими-то своими вопросами. Он мог бы хотя бы попробовать наладить между нами приятельские отношения.

Наложив в тарелку яичницу с колбасой, я быстро съедаю ее. Почувствовав себя, наконец, совершенно сытой, я мою посуду, а потом возвращаюсь к себе в комнату. Там чищу тщательно зубы, переодеваю белье и натягиваю на себя домашний спортивный костюм.

Я выхожу из комнаты и стучусь в дверь спальни Камиля.

— Камиль, можно к тебе? — тихонько выдыхаю я в щелку между дверью и косяком и получаю приглушенный ответ:

— Цыпа, отвали нахрен.

— Пожалуйста.

За дверью раздаются шаги. Она распахивается и передо мной появляется Камиль в одних спортивных штанах. Я нервно сглатываю, скользнув против воли взглядом по его торсу и отвожу взгляд.

— Что тебе надо? — интересуется Камиль, а я вздыхаю.

— Можно к тебе? Давай поболтаем. У нас пока нет общих тем, но это из-за того, что мы практически не общаемся, — предлагаю я, осторожно бросая взгляд на Камиля, а он закатывает глаза к потолку.

— У нас и не будет общих тем, цыпа. Заходи, — бросает он мне, оставляя дверь открытой и уходит. Я делаю шаг в его комнату и смотрю, как он ложится обратно на кровать, положив под голову руку и закрывает глаза.

— С чего ты взял? — я прикрываю ногой дверь и осторожно приближаюсь, усаживаясь на краешек кровати.

И про себя отмечаю, что Камиль меня снова начал называть “цыпой”, а не Евой. Это что, он типа мысленно обратно возвел между нами стену?

— Потому что между мною и тобой звездец какая пропасть, — медленно отвечает Камиль, открывая глаза и подарив мне не сильно приятный взгляд. Меня от него передергивает. Он точно дистанцировался от меня, — ты пришла только потрепать языком? И всё? Вряд ли нам будет интересно. Можешь сделать мне массаж вместо этого.

— Я пришла именно поговорить, — произношу я, проигнорировав его колкости, — мы можем с тобой обсудить любимую музыку. Книги, которые мы прочитали. Или посмотреть фильмы… — я замолкаю, потому что Камиль начинает тихо смеяться, — слушай, что смешного? Все люди именно так и узнают друг друга поближе. Или ты привык это делать членом? Ну прости, что я не такая сговорчивая, как моя подруга. Зато у меня есть другие хорошие качества. Но ты их не замечаешь. Тебе плевать, — я последние слова выдыхаю с обидой.

— Какие у тебя есть хорошие качества, Ева? — хмыкает Камиль, глядя на то, как я нервно и громко дышу, стараясь сдержать гнев и обиду.

— Например, я забочусь о близких людях, — медленно произношу я, — никогда не предаю друзей и не поступаю так мерзко, как это сделала Валя. Я умею готовить, пусть и не совсем полезную еду, зато от всей души. И лечить людей, если они заболели. Могу даже поставить укол. Я вкладываю всю себя в отношения… даже если они такие же фальшивые, как у нас с тобой. Я не предала тебя, когда тот эльф пытался меня на это подбить, — у меня вырывается усмешка, — это не так ценно, как если бы я раздвигала перед тобой ноги, Камиль? Я думала, именно эти вещи важнее всего.

Мне становится все тяжелее и тяжелее вести этот разговор, потому что я понимаю, что Камилю на все это плевать. Он ждет от меня другое. Я тяжело выдыхаю напряжение, которое сковывает меня изнутри, в воздух, и отвожу взгляд. Смотрю за окно, в темноту, подбирая нужные слова, которые накопились у меня за все это время.

— Когда ты мне предложил брак за деньги, я правда думала, что смогу тебя получше узнать со временем и смогу тебя понять. Я очень надеялась, что ты окажешься не таким чудовищем, каким тебя рисуют журналисты, и мы сможем, хотя бы, стать друзьями, если не выйдет стать хорошими мужем и женой, — продолжаю я медленно, — но ты, вместо того, чтобы идти мне навстречу, ты все время обрываешь меня. Насмехаешься и считаешь глупой. Если тебе нужна была действительно просто постельная грелка — зачем ты выбрал меня? Ясно ведь, что я плохо подхожу на эту роль. Но в других-то вещах я стараюсь. Почему ты ко мне так относишься?

— Хватит, Ева, — Камиль обрывает меня. Его голос становится ниже, и кажется более усталым, чем обычно, — в тебе есть много хорошего, но еще есть вещи, которые только мешают… мне не нужна дружба. Мне нужен неплохой человек, с которым я провел бы какое-то время. С которым мы бы однажды расстались, не задавая друг другу лишних вопросов.

— Ясно, — выдыхаю я, — жаль, что ты ошибся. Валя тебе подошла бы больше.

— Нет. Было бы бестолково дать много денег наркоманке и шлюхе. Ты хоть правильно ими распорядишься.

— О, ну хоть где-то я поступлю правильно, — бормочу я с сарказмом и собираюсь встать и уйти, поняв, что стоит заканчивать этот разговор. Ни к чему он не приведет. Я не смогу быть, как Валя — безучастно исполнять роль молчаливой подстилки и тратить деньги, не залезая в душу человеку и спокойно относиться к тому, что ему на тебя плевать.

Камиль внезапно перехватывает мою руку за запястье и рывком опрокидывает на постель. Он переворачивается, оказывается надо мной и внимательно рассматривает мое обиженное лицо.