Моя невинная девочка - Екатерина Орлова

Подхожу к пассажирской двери, распахиваю ее и жестом приглашаю Соню присесть, пока слушаю проповедь Романа о том, что мне бы не стоило такое заявлять Софии, потому что она наверняка не оценит моей честности. К сожалению, Рома как будто озвучивает титры из Сониных глаз. М—да, такой себе расклад, учитывая, что я охренительно сильно соскучился по этой девочке и жуть как хочу подмять под себя ее тело. А потом слушать рассказ о том, как прошли ее выходные, пока она, как всегда, будет гладить мою спину кончиками пальцев, слегка царапая кожу. А потом уснуть с ней в обнимку и утонуть в ее запахе. Блядь, соскучился до зубовного скрежета.

– Ром, мне надо ехать, – прерываю его речь, занимая водительское место.

– Короче, что мне делать, мужик?

– Жениться, – отрезаю я, бросая быстрый взгляд на Соню. Она отворачивается к окну, делая вид, что не слышала последнего произнесенного мной слова.

– Или съездить в отпуск, – отвечает Роман.

– Ну или так.

– Ладно, закрою дело «Кристалла», и сразу умчусь в теплые страны. Слушай, у тебя есть знакомый туроператор?

– У Илоны спроси, у нее есть контакты.

– Ладно, я понял, ты пытаешься от меня отделаться, – со смешком произносит друг.

В другое время я бы оставил девушку и помчался к другу выслушивать его душевные стенания, но не сегодня. Не тогда, когда Соня мысленно очень старательно рисует жирный крест на наших отношениях.

Прощаюсь с Романом и, забросив телефон в карман пиджака, отъезжаю от прокуратуры.

– Голодная?

– Не очень, – подавленным голосом отвечает Соня.

– Закажем домой или заедем куда—то поужинать?

– Я бы поехала в общежитие, – уныло тянет она. Я сжимаю челюсти практически до хруста зубов. Ну давай, Гордеев, налажал – выруливай.

– Сонь, то, что ты слышала…

– Макар, не надо объясняться, – резковато прерывает она меня. – У нас не было никаких договоренностей. Даже отношения не начались официально. Я не вправе что—то требовать.

– Сейчас про отношения не понял? – меня зацепило, да.

– Не обращай внимания. Слушай, просто отвези меня сегодня в общежитие.

– Сонь, я соскучился. – Она не отвечает, продолжая упорно сверлить глазами пейзаж за окном. – Ну что ты как маленькая? – взрывает меня.

– А я маленькая, Макар! – выкрикивает она. – Маленькая, наивная дура! Высади меня здесь!

– Тебя из—за моих слов так пенит?!

– Нет, – бурчит она, складывая руки на груди.

Я усмехаюсь. Сюр какой—то.

– Соня, мы едем ко мне, там и поговорим. Я устал, пиздец просто. Утром в дороге, потом носился целый день, потом в прокуратуру.

– Мог бы и не приезжать.

– Да блядь! – выкрикиваю я, потому что уже закипаю.

– Отвези меня в общежитие, пожалуйста, – настаивает она. – Или высади на ближайшей остановке.

Прибавляю газу, петляя между машинами. К общежитию, так к общежитию. Она, может, и маленькая, но уже не настолько, чтобы так сходить с ума. Мы добираемся быстрее, чем обычно. Как будто кто—то свыше заинтересован в том, чтобы я высадил свою девушку у потрепанного здания, которое она зовет домом. Останавливаюсь, и Софья тут же отщелкивает ремень безопасности и хватается за ручку, а я – за ее коленку.

– Сонь… – делаю еще одну попытку.

– Спасибо, что подвез, – бросает она холодно. – Хорошего вечера.

И эта засранка покидает машину. Я снова срываюсь. Луплю ладонями по рулю и, как только Соня обходит капот, с визгом шин срываюсь с места. Набираю Романа и, как только звук его голоса заполняет салон авто, я произношу:

– Напьемся?

– Понедельник же, Макар Ильич, – насмешливо тянет он.

– У тебя или у меня?

– Уже еду к тебе. Вискарь? Пиво?

– Вискарь.

– Пожрать закажи, голодный, как волк.

– Ладно, – отключаюсь. Все, больше нет сил бороться. По крайней мере, не сегодня. Вот почему я не хотел связываться с молодой девочкой. У нее завышенные ожидания и мечты, а у меня – устаканившаяся жизнь, в которой я ни черта менять не хочу. Только почему—то неприятно ноет где—то за грудиной, хочется развернуть машину и вернуться к общежитию. Сжимаю руль до скрипа кожаной обшивки и упорно следую по маршруту к своему дому.