Девушка из службы доставки - Лили Кэйт

Энди

Они жили в доме из сказки.

Миссис Пирс, невероятно красивая мама, повела меня по коридору, увешанному фотографиями ее сыновей на разных этапах хоккейной карьеры. Она все рассказывала и рассказывала о том, через сколько сложностей им пришлось пройти за все эти годы, но я могла думать лишь о том, что это место — настоящий дом.

Признаю, здесь быть не так-то просто — не из-за Лоуренса, который ворвался в комнату, пока Райан делал невероятные вещи своими пальцами, и не из-за того, что его мать практически застукала нас за непристойными вещами, а потому что она здесь. Миссис Пирс, мама, самая материнская мама, какую я только видела на свете, за исключением лишь своей собственной.

Я скучала по своей маме. Тосковала по ее запаху корицы и ванили. Пока папа занимался раскруткой бизнеса, мама пекла все на свете. Может быть, все дело было в нежном аромате шоколадных чипсов, доносившемся с кухни, или в ее нежном, слегка затянувшемся объятии, в которое она заключила меня прежде, чем узнала мое имя; да, собственно, что бы это ни было, она напомнила мне о том, какая была моя жизнь до смерти мамы.

Вдобавок ко всему, у них солнечный дом, солнце светило из больших панорамных окон, заливая пол, стены и потолок. Часть обстановки в доме напоминала Викторианский стиль, в то время как другая его часть обставлена в современном стиле. Создавалось впечатление, что они делали перепланировку всякий раз, когда в доме появлялся новый член семьи.

Хотя Райан и мельком показал мне дом, я не упустила огромное количество картин, которые висели повсюду, или вазочки с конфетами и печеньем, которые стояли на каждом столике. Если мой нос меня не обманул, то запах кофе доносился оттуда же, откуда и запах выпечки. Все вместе — набор тепла и уюта.

— Очень здорово, что ты приехала, — сказала миссис Пирс, закатывая рукава. — Райан без конца о тебе говорит с самого момента возвращения.

— Правда?

Она подмигнула мне:

— Знаю, он может слегка... не знаю, сопротивляться идее свиданий, но, милая, кажется, ты его завлекла.

— О, ну, я не могу этого знать. Мы еще слишком мало друг друга знаем.

— Милая, я знаю, что права, — она рассмеялась и похлопала меня по руке. — И мне понятно, почему.

— О, — снова повторила я, не найдя более подходящих слов. Я вовсе не ожидала такого теплого приема от мамы Райана, в особенности после того, как она практически застукала нас в постели, и это после пяти минут моего пребывания в их доме. — Спасибо. Спасибо вам большое еще раз, что позволили мне остановиться в вашем доме. Я могла бы снять номер в гостинице или…

— Любая девушка Райана — семья, — сказала она, не дав мне договорить. — Чувствуй себя как дома. Можешь подать мне ложки?

Должно быть, я слишком долго стояла в смятении, потому как она указала мне на ящик с приборами и повторила просьбу. Я подала ей ложки, она бодро их перехватила и положила на полотенце.

— Если хочешь, можешь пойти к Райану наверх, — сказала миссис Пирс мягко. — Я вовсе не хотела силком тащить тебя на кухню, я лишь подумала... У меня никогда не было дочери, а Лилия слишком занята, чтобы мне помогать, это и понятно, ведь у нее же свадьба.

— Я с удовольствием помогу. Правда.

— Может быть, ты хочешь научиться делать лефсе? Было бы здорово научить тебя. Мальчишки всякий раз бросают готовку, не доведя до конца, и начинают бороться друг с другом и бросаться ингредиентами.

Внезапно меня охватил океан эмоций, и я едва сдержала слезы; я не пекла с самой смерти мамы. Хотя, технически, делать лефсе — не значит печь, но все же это довольно близко.

— Здорово, мне бы хотелось научиться, — сказала я. — Моя мама была пекарем.

— О? — она так нежно это произнесла, как будто не хотела ранить мои чувства. — А она…

— Умерла, — я прочистила горло. — Она умерла несколько лет назад.

— Энди… — Женщина покачала головой, ее глаза наполнились состраданием, разбивая мое сердце напополам. — Нам вовсе не обязательно делать это сейчас. Почему бы тебе не найти Райана?

— Нет, — пробормотала я. — Я действительно очень хочу научиться.

Внезапно она обняла меня, и объятие затянулось, это меня удивило. Как только миссис Пирс разжала объятия, она тут же перешла к делу и попросила меня достать сахар, муку, кастрюли и сковородки.

Время прошло очень быстро, и это было потрясающе. Не могу сказать, что в конце я стала мастером по приготовлению лефсе — но я же итальянка, без норвежских примесей — ко времени подачи ужина мое лицо горело от жара плиты, пальцы были сплошь усеяны сахаром с мукой, а сердце полно радости.

К лефсе я помогла приготовить пюре с маслом, хрустящую спаржу и нежные зерна сладкой кукурузы. Процесс готовки оказался намного приятнее, чем я ожидала.

За время готовки Райан несколько раз приходил меня проверить. Вначале часто, как будто волновался, что его мама насильно держала меня на кухне. Но когда я убедила его, что помогаю добровольно и с удовольствием наслаждаюсь моментом, он взял пиво из холодильника и пошел к Лоуренсу в гараж, где по телику показывали легкую атлетику.

— Я не хотела так надолго тебя занимать, чтобы ты готовила со мной весь репетиционный обед, — сказала миссис Пирс. — Надеюсь, я не слишком наглым образом украла тебя у Райана. Знаю, как только ты убежишь в душ, он тут же прибежит ко мне с обвинениями, ну, или улучит любой другой момент наедине.

— Я поговорю с ним, — сказала я, рассмеявшись. — К тому же, я не очень-то разбираюсь в спорте или что там у них идет по телевизору. Готовка куда более приятное занятие.

— Правда? — в ее глазах лучилась благодарность, от этого мне почему-то очень захотелось вновь ее обнять.

— Абсолютная правда, — ответила я и улыбнулась. Как бы странно это ни прозвучало, я хотела быть частью этой семьи, я едва всех их знала, но что-то подсказывало мне, что я принадлежала этому месту. — Если вы не возражаете, я бы хотела быстро сбегать наверх и переодеться. Кажется, я с ног до головы в муке.