Наш грешный сентябрь - Джулия Тард

Саид

Её взгляд прошибал насквозь, словно удар молнии. Огромные бирюзовые глаза прожигали до самой души, выворачивая наизнанку всё его естество. Всю ту гниль и грязь, с которыми он жил столько лет считая нормой.

Она была совсем другой. Какой-то неправильной. Слишком чистой.

И это бесило!

Сводило с ума!

Тем более что всё, что заботило самого Асманова, так это то, как он разорвёт Мелек грудную клетку. Обглодает рёбра и сожрёт сердце сырым!

Переломает пальцы, которыми эта дрянь посмела ударить Еву и затолкает их ей в глотку!

Никогда в жизни он не чувствовал себя в такой ярости! Казалось, ещё немного и он уже не сможет удержать себя в руках! Пришлось до крови прикусить себе внутреннюю часть щеки, чтобы не пустить в ход руки.

Даже сейчас пока он обрабатывал лицо Евы, глаза заливало кровью.

Почему он так зол? Почему бесится, глядя, как кривится от боли его Лягушонок, хотя должен этому радоваться? И почему гордится, когда она пытается незаметно прикусывать губы, пытаясь храбриться в его присутствии?

А ещё было то, что заставляло его нервничать куда сильнее обычного.

Даже сейчас, сквозь кровь и запах подвала он улавливал аромат её тела. Её волос и кожи, от которого мозги сводило набикрень!

Как же сильно он скучал по нему, пытаясь уловить хотя бы крохотные отголоски пиона и белого жасмина на своей подушке. Вминался в неё лицом и набирал полную грудь воздуха, строго-настрого запрещая прислуге менять постельное бельё. Катался по огромной пустой кровати не в состоянии найти себе места.

А сейчас она сидела всего в нескольких сантиметрах от него, словно сочный кусок бифштекса перед умирающим от голода зверем.

 Ещё ни разу с того самого дня как он узнал про смерть Сабины не прикасался к этой девочке. А ведь хотел драть так сильно, что аж зубы сводило.

Снова и снова трахая Зару, натягивая на себя словно резиновую куклу, Асман только и думал, как сбросит пар и снова сможет прикоснуться к своему Лягушонку.

Что не говори, но впервые в жизни секс начал казаться ему чем-то особенным. Чем-то глубоким и интимным. Чем-то, что на самом деле способно принести ему не только физическую разрядку, а и душевное удовольствие.

За свои тридцать с гаком он успел с головой окунуться, в какую только угодно грязь.

Опробовал всё, что только можно. И с двумя. И с тремя. И смотрел и драл их под кайфом. Были и игрушки и наручники и плётки.

А ещё много криков стонов и прочей лицемерной лести, чтобы он мог почувствовать себя особенным. Его и облизывали и сосали заглатывая по самое горло.

Выполняли каждую его прихоть. Вне зависимости от того хотелось или нет. Просто потому что это был он – Саид Асманов. Человек, которого боятся. Человек, которого уважают. Человек, который держит в своих руках столицу. Её серый кардинал и негласный хозяин.

И совсем другое дело спать с Евой. Чувствовать у себя на коже её дыхание и острые края зубов. Стискивать челюсти, когда она царапает спину своими коготками и так искренне стонет от удовольствия что душа наизнанку.

- Ты или слишком добрая или слишком глупая, - хмыкнул Асманов, собирая аптечку. – И ни то, ни другой не пойдёт тебе на пользу. Так что я бы с куда большим энтузиазмом выполнил твоё желание принести её голову, чем слушать всю эту чушь.

- Моё желание? – непонимающе свила Ева брови, нерешительно облизывая губы, словно на самом деле было что-то, о чем она собиралась попросить.

- Если у тебя есть что сказать. Говори. Не бойся.

Было странно  сознаваться, но Асманов на самом деле хотел услышать от неё хоть что-то, чтобы могло запятнать её безупречный образ. Услышать то, что сделает Еву слегка приземлённей.

Доступней….

- И ты это сделаешь? – с такой надеждой во взгляде проговорила Ева, что отступать было некуда. - Сделаешь то, о чём я тебя попрошу?

- Сделаю, - отрезал Саид.

Одному только Аллаху было известно, какие волки грызутся в его теле желая услышать, чего же потребует от него Лягушонок.

Разорвать их помолвку? Отправить Мелек в подвал? Отстегать?

А ведь он бы и сам с радостью выполнил всё это и без её просьбы.

- Отпусти Теунова. Пожалуйста, Саид. Хватит уже с него мучений. Хватит всех этих издевательств. Отпусти его домой. К жене.

Ураган. Самый настоящий ураган в голове и жжение в лёгких. В груди зудело. Не давало покоя. Сводило с ума!

Всё что касалось Евы - сводило его с ума. Вызывало ярость. Дикость. Остервенение.

Настолько сильное и непреодолимое, как и желание прикоснуться. Снова сделать своей.

Взять.

Подмять.

Выпить до дна.

А она, всё так же как и минуту назад, сидела перед ним. Маленькая, соблазнительная, чистая. Будоражащая сознание и тело.

Выдержки не хватило. Терпение закончилось.

Он ненавидел ёё и ненавидел себя. Хотел уничтожить и, в тоже время, держать около себя. Если понадобится, то он посадит её на цепь. Запрёт в четырёх стенах пока она не родит.

Ну а что будет дальше?

Время покажет.