Валерьянка для кота. Вторая книга - Ольга Гринвэлл

— Рит, я боюсь.

Психолог добродушно кивнула:

— Кого на этот раз.

— Господи, всех. Котенкова, Кирилла, этих акционеров, перед которыми я должна буду толкать речь часа через три. А самое главное — себя.

— Ну а себя то что боишься?

— Боюсь, что сорвусь, заистерю, не выдержу до конца и все брошу. — Лера выдохнула, уткнулась лицом в ладони. — С Мишкой поссорилась. Он не знает, но догадывается, что я хочу отобрать его компанию. — Рита подняла брови. — До того как ее отберут другие. Те, на которых работает Кирилл. Но вот здесь, — Лера похлопала по коричневой коже портфеля, который старательно не выпускала из рук, — вот здесь документы, что все в итоге достанется моему мужу.

— Ну так чего же ты боишься?

— Котенкова. Он наверное убьёт меня до того, как узнает правду. Или не захочет выслушать.

— Рано или поздно правда откроется. Сегодня, завтра, послезавтра. Что бы он ни наговорил тебе, Лера, ты должна пропускать мимо ушей. Мужчины плохо владеют разумом, когда они в гневе, и зачастую говорят такое... Он тебя любит.

Лера удивлённо посмотрела на Риту.

— Откуда ты знаешь?

— Если бы он не любил тебя, ты не стала переписывать бизнес на него. А зная тебя, могу с готовностью заявить, что ты не влюбилась бы запросто в какого-то проходимца, не питающего к тебе чувств. Урок с Кириллом ты усвоила отлично.

Лера рассмеялась. На душе как-то стало светлее. Она опустила ноги на пол.

— Ох, Рит, спасибо тебе.

— Погоди, — Рита слегка наклонилась. — Хочу предостеречь тебя. Не нравится мне Кирилл. Что-то он слишком вьётся подле тебя. Он как пиранья — ждёт, когда напасть. Исподтишка.

Лера рассмеялась.

— Учту, — прошла к выходу.

— Удачи, — Рита улыбнулась ей в спину. Молодец, Самойлова Валерия, выкарабкалась из кризиса, из того болота, которое засасывало ее в течение долгих трёх лет.

* * *

Лера растерянно обводила глазами застывшие лица менеджеров и акционеров компании. Уже полчаса она словно на автомате доводила до их сведения все те изменения, которые постигнут корпорацию — детище ее мужа. Она ожидала возмущение, вопросы наперебой, гомон, но в комнате стояла звенящая тишина, и, казалось, пролети муха — ее будет слышно. Но самое странное было то, что Михаил отсутствовал. Сначала Лера подумала, что он опаздывает, потом девушку наполнило раздражение от того, что Котенков нагло игнорирует собрание акционеров, а сейчас она уже не знала что и думать. Он что, не воспринимает ее всерьез? Ей просто необходимо сегодня же передать ему документы, пока Кирилл и эти Озерские не сотворили какую-нибудь пакость.

После полуторачасовой речи, Лера выдохнула, обвела взглядом присутствующих, спросила:

— Если у кого есть вопросы, то я готова на них ответить. — Молчание. Она не могла понять по лицам людей реакцию — согласны они с ее действиями или, наоборот, молчат от недоверия и внутреннего сопротивления. — Ну и отлично. Объявляю собрание законченным, все свободны, можете приступать к делам. Так же хочу поблагодарить за вовремя сделанные отчеты, в ближайшее время я отдельно побеседую с руководителями каждого отдела. Спасибо.

Послышались звуки отодвигаемых стульев, негромкий говор. Лера знала — едва все покинут помещение, там, за дверями, тишина взорвется изумленными, возмущёнными, а может, даже истеричными голосами. Девушка закусила губу. Её обуревало желание набрать номер Котенкова. Почему он не удосужился появиться?

Лере вдруг до дрожи в руках захотелось перенестись в зал Егора и излупить чёртову боксерскую грушу, выпустить раздражение и злость. Плевать, что тренер не велел появляться до окончания беременности. Лера прекрасно себя чувствовала, и даже тошнота почти перестала ее мучить. Кроме того, она в хорошей физической форме, ничего страшного не случилось в прошлый раз, да и в книгах читала, что во время беременности упражнения очень даже полезны.