Жена на четверых - Ксения Кожина

— Просил же не шевелиться, — довольно промурлыкал муж, навалившись на меня всем телом. — Лекарь запретил. 

Я даже против не была. У меня сейчас состояние было глупой медузы, размазанной по стенке. Ну подумаешь, он мне этот запрет раз двадцать успел на ушко прошептать, так никто и не просил будить меня оргазмом! 

— И поэтому ты решил забраться ко мне между ног, — слабо огрызнулась с закрытыми глазами. 

Открывать их было лень, как и шевелиться. Ругать мужа не хотелось тем более. Сил не хватало на банальное смущение. 

— Не поэтому. Братья занимаются вопросами клана и подготавливают то, что не успели до свадьбы. Меня же отправили тебя будить. 

Ради такого я даже глаза приоткрыла. 

— Разбудил? 

— Не уверен, — он рассмеялся. — А на самом деле у меня для тебя есть две новости. 

— Дай угадаю. Хорошая и плохая? 

— В точку! И если уж меня чему-то научили, так это тому, что плохие новости женщине лучше говорить, когда она расслаблена. Ты же расслаблена? — подозрительно уточнил он. 

— Я не ваша нагаасурия, — напомнила я. — Говори уже. И сколько я спала? 

— Два часа без сознания пока добирались до дома и десять часов принудительного сна, — тут же отрапортовал нагаасур. 

А я приуныла. Не привиделась. Я действительно свалилась с лошади, ударилась головой и видела чудные сны. Жаль конечно, но хорошо хоть живой осталась. Строго, ну насколько это возможно в моем расслабленном состоянии, посмотрела на мужа. 

— Из хороших новостей — мы дома, — Норайо нервно улыбнулся. — Но у тебя сотрясение и перелом ноги. Лекарь сказал, что ты будешь здорова через семьдесят два часа, которые... 

— Которые, что? — поторопила его, потому что говорить дальше мужчине не хотелось. 

— Ты проведёшь их в постели. А если уж точнее в фазе обязательного сна, — кажется, он кого-то передразнил. — Даже с магией переломы у людей быстро не проходят. Лекарь сделал все возможное, но... Кости срастаться будут быстро и болезненно. Обезболивающий настой можно пить не чаще одного раза в десять часов, и действует он не более часа. Я дал его тебе перед тем, как будить.  

— А потом? — я сглотнула. 

Процесс сращивания костей я себе не представляла, но почему-то была твердо уверена, что это будет больно. Очень. 

— Снова принудительный сон. За этот час нужно успеть покушать, сходить в туалет... 

— И помыться, — закончила за него. 

— Злишься? — настороженно уточнил муж, отодвигаясь от меня. Сразу стало холодно, хотя в комнате была жара. 

— Если только на себя, за то, что не могу разобраться, как именно работает моя метка. Я надеюсь, Атсуши с Кэйташи действительно заняты делами, а не зализыванием ран после разборки кто за мной не уследил? — подозрительно вопросила. 

Норайо не ответил и это ещё больше убедило меня в том, что остальным мужьям, как минимум стыдно показаться мне не глаза. За их здоровье я, как ни странно, не переживала. Перед глазами был пример Таши, который выкарабкался с того света отлежавшись в лесу, и этого было достаточно, чтобы убедить себя в неубиваемости нагаасуров.

Спальня впечатляла своим размахом. Поистине громадное помещение, наверное, раза в три больше моей комнаты при храме. А я её, между прочим, делила с сёстрами. Выполненная в светло-бежевых тонах с добавлением элементов жёлтого она производила мягкое и тёплое впечатление. Здесь было уютно. Немного смущала кровать королевских размеров, на такой можно и десятерым уместиться. И я никак не могла понять, то ли братья предпочитают спать в хвостатой форме, то ли рассчитывают на совместные ночёвки впятером. Тумбочка у кровати с торшером, плотно задёрнутые на данный момент шторы и несколько кресел органично вписывались в первую половину спальни. Вторая же половина была поделена на два сектора: небольшая зона с угловым диваном, зеркалом в полный рост и просторным шкафом и пушистая шкурка, судя по размеру сшитая из нескольких особей, около камина с открытой топкой. Живой огонь завораживал, приносил тепло и какое-то щемящее чувство в груди. Хотелось подойти, усесться прямо на шкуру и протянуть к нему руки. 

— Потом. Вот поправишься и будешь огнём любоваться, — вздохнул муж, перехватывая меня поудобнее и с ноги открывая дверь в мыльню, которую я даже не заметила. — Акайо настоял на камине в спальне, когда выбирали интерьер. Хотя по мне ему место в гостиной. 

Прониклась ещё большей симпатией к старшему из мужей. 

Мыльня особо не удивила, разве что всяких баночек было многовато. Но муж тут же успокоил, сказав, что на этаже есть ещё несколько таких комнат и никто меня по утрам выгонять не будет. Поняла, приняла и успокоилась. Тем более Кэйташи мне личную мыльню обещал, а не верить ему причин не было. А вот дальше радужное настроение после осмотра небольшого клочка моего нового дома испарилось под натиском ощущений и информации. 

Вы когда-нибудь пробовали мыться стоя на одной ноге, полностью обнажённой перед мужчиной? Вот и я не пробовала. А Норайо ещё и улыбался, предлагая свою помощь в намыливании моего тела. Благо смущение после сегодняшнего пробуждения меня не посещало. Никак удар по голове подействовал. И так как желания заработать вторую шишку и сломать другую ногу у меня не имелось, я согласилась на помощь в виде поддержки, но никак не намыливания. Глаза мужа жадно скользили по моему телу, и чего ему стоило не накинуться, я не знаю и проверять не хочу. У меня до сих пор коленки подрагивают, стоит вспомнить силу недавнего оргазма. Боюсь ещё одной такой разрядки за один-единственный бодрствующий час, я не переживу. 

А вот с новостями дела предстояли хуже. Если точнее, то их просто не было. Нападение было, "поджаривание тушки" в повозке, как выразился муж, тоже было, а вот информации кто это устроил никакой. Даже по горячим следам разузнать ничего не удалось. Нападавшие или падали навзничь сражённые ответным ударом охраны или скрывались с места преступления. И, к сожалению, совсем не за тем, чтобы укрыться в безопасном месте. От разъярённых мужей, когда они поняли, что я жива, но без сознания так просто не уйдёшь. И они, используя технику перемещений, пытались нагнать противников, потому что отправившаяся с повозкой часть охраны была уже вымотана. У братьев даже получилось, но подоспели нагаасуры уже к захлебывающимся кровавой пеной телам. Поняв, что проиграли, наши враги приняли яд и убегали лишь затем, чтобы дать время ему подействовать. Принимать противоядие, если вдруг оно имеется у Дома Теней и подвергаться пыткам они отказались напрочь. 

— Замёрзли? — сочувственно вопросила, поняв, что мужьям пришлось перекинуться в хвостатую форму. 

Да я готова была спрашивать, о чем угодно лишь бы не думать, сколько нелюдей погибло из-за меня и что именно я должна была поджариться в повозке. И все из-за чего? Из-за того, что в родном мире разыгралась непогода, "товар для торгов" из других храмов привезти не успели, и я, не успевшая рассказать про метку богини, попала под действие древнего договора? Или потому, что вышла замуж за тех, в чьей собственности находятся драгоценные шахты? Меня хотели убить, в этом сомнений не было. Не похитить, чтобы присвоить себе, а именно уничтожить, навлечь позор на Дом Теней. И кто, совет? Других вариантов не было. Именно они задержали Акайо у себя. Зачем? Тут и дураку понятно, для чего это. Во-первых, чтобы оставить в живых и иметь возможность подсунуть нужные документы в момент отчаяния, а может, чтобы шантажировать позором и обещать замять дело, если шахты перейдут совету. Всё-таки родителей братьев убили, а их самих нет. Значит, есть какая-то загвоздка в праве собственности. Вариантов было много, но итог один. И внутри была уверенность в сделанных выводах, как тогда, когда я ощутила чужой взгляд, благодаря своей метке или когда я поняла, что у нас есть противоядие, всего лишь заглянув в глаза. Единственное чего не хватало это жжения, пульсации или хоть какого-то ощутимого давления от знака богини. Давления не было, а уверенность была и в этом мне тоже предстоит разобраться.