Противостояние - Мария Коваленко

- У тебя ремонт был? - только сейчас гостья заметила, что с квартирой что-то не так.

- Капитальный.

- Так может… - взгляд вернулся к резинке штанов, - …экскурсию устроишь?

Если бы настроение у Воинова не было таким скверным, он, возможно, и позволил бы ей визуально ощупывать себя и дальше, но сегодня Анжеле не повезло.

- Экскурсию говоришь… – цокнул языком.

- Не будь букой! Мне ведь интересно.

Романа так и подмывало уточнить, что именно интересно. Однако, рассудив, что ответ может ему не понравиться, миролюбиво махнул рукой в сторону кухни.

- Ну, пошли!

Анжелу дважды приглашать не потребовалось. Воодушевленная радушным жестом хозяина, она вмиг сбросила туфли и изобразила готовность следовать в каком угодно направлении. Удивительная покладистость для настоящей оторвы, какой ее знал Роман. Впору было бежать в лес за медведем, но стоило пройти всего пару шагов, как все встало на свои места.

Погруженный в раздумья, Роман чуть не вписался лбом в стену, услышав за спиной странный шум.

- Черт! - он обернулся.

Позади с извиняющимся лицом стояла гостья.

- Ой, - она указала взглядом на пол. - Сумочка упала.

- Аа… - Роман почесал затылок и, решив, что так и нужно, продолжил путь.

Однако через пару секунд из-за спины донесся еще один странный звук, похожий на хлопок. Если бы не тишина в квартире, он, скорее всего, его и не услышал бы.

- Что на этот раз упало? - вновь разворачиваясь, пробасил Воинов.

Представшая картина оказалась забавнее прошлой: посреди коридора с невинным выражением стояла Анжела, а на полу, поблескивая стразами, сиротливо лежали ее трусики.

- Тоже упали? – у Романа брови взлетели.

- Упали, - с томным вздохом подтвердила его визави.

- Однако! – хмыкнул хозяин.

Установив контакт глазами, Анжела игриво взмахнула ресницами и демонстративно поправила грудь. Красноречивее намека и быть не могло.

- Рома… – видя, что «объект» никак не реагирует на ее старания, девушка насторожилась.

- Что? – спокойно.

- А может, с тебя тоже что-нибудь спадет? – для большей ясности она стрельнула глазами по брюкам.

Воинов посмотрел в район своего паха, потом на гостью и, наконец, бесстрастно выдал:

- Чтобы что-то упало, оно вначале должно подняться.

Не ожидавшая такого расклада Анжела растерялась.

- Совсем? – шепотом, словно боялась, что их подслушают, уточнила она.

Роман оттянул резинку, убедился, что ощущает ситуацию правильно, а потом, пожав плечами, вздохнул.

- На Марсе жизни не обнаружено, - он даже не попытался подсластить пилюлю надеждой на возможное. Безапелляционный ответ прозвучал равнодушным будничным голосом

Анжела не могла в такое поверить. Потрясение читалось в выражении ее лица. Радостная улыбка стала похожа на восковую копию, а глаза остекленели.

Понадобилась целая минута, чтобы прийти в себя. За это время хозяин квартиры, оставив гостью на растерзание мыслям, ушел в кухню и принялся шарить по ящикам.

- Ромочка, - с трусиками в одной руке и сумочкой – в другой девушка последовала за ним. – А может…

- Мм? - не отвлекаясь от поисков, промычал «радушный» хозяин.

- Ээ… – Анжела замялась, - …может, мне с ним поговорить?

Воинов чуть не выпустил из рук кофемолку.

- Ну, - девушка устроилась на жестком табурете рядом с плитой, - ты занимайся, чем занимался, - поспешила она дополнить, - а я буду с ним говорить…

Роман с недоумением посмотрел на гостью через плечо.

- Как с давним другом, - Анжела подняла руки вверх, демонстрируя исключительно мирные намерения. – Просто интересно, что с ним.

У владельца того самого «его», о котором все это время шла речь, были кое-какие предположения по этому поводу. Причина «отсутствия жизни на Марсе» была более-менее ясна, но делиться соображениями он не спешил. Если бы существовал хоть один шанс, что он ошибся… Если бы удалось сорваться с крючка… За такой шанс стоило побороться.

- Давай попробуем, - наконец ответил Роман. – Я буду варить кофе, а ты говори.

- Да-да! – Анжела оптимистично закивала.

- Но штаны не трогать! У нас беседа, а не следственный эксперимент.

Девушка поспешно отмахнулась все теми же трусами, а через минуту, когда Роман водрузил на плиту медную турку, задала первый вопрос.

***

Тот же день. Редакция 

Редакция встретила Воинова привычными галдежом и ароматом кофе. Как пчелы в улье, сотрудники сновали с места на место, попутно разговаривая или друг с другом, или по телефону. Появление Романа никто не заметил. После насыщенного утра такая обстановка показалась Воинову настоящим раем. Он даже готов был простить бухгалтерии ее вечные нападки, а корректорам регулярные обвинение в безграмотности. Воодушевленный и спокойный, Роман подошел к двери своей коморки, приветственно махнул рукой окликнувшему его фотокору, а затем быстро и окончательно попрощался с хорошим настроением.

Дверь оказалась не заперта.

Сам этот факт не был странным, уборщица частенько забывала закрывать его конуру. Но вот гость…

- Роман Геннадьевич, а я уж заждался!

Главный редактор собственной персоной караулил его, развалившись в хозяйском кресле. О том, что Ломоносов не в духе, говорили закинутые на стол ноги, презрительный взгляд и толстая папка с материалами по последнему расследованию. Роман был свято уверен, что накопал столько, что надолго хватит жадному информационному демону, что порой овладевал душой редактора. Оказалось, нет.

- И что это мы на работу явились? - Ломоносов поиграл бровями. - Катерина из кроватки выпустила?

- Я тоже рад тебя видеть, - упоминание Катиного имени уронило планку настроения до самого плинтуса.

- Проходи, раз пришел, - Василий приглашающее взмахнул рукой.

Роман бросил взгляд на пути к отступлению и тут же пересекся глазами как минимум с дюжиной коллег. По всей видимости, сценку “Укрощение зарвавшегося журналиста” публика уже поджидала.

- Понятно… - присвистнул под нос себе Воинов.

- Не знаю, что понятно тебе, а вот я от пояснений не отказался бы, - с видом величайшего облегчения Ломоносов убрал ноги со стола и, важно поправив очки, начал: - Ромка, едрит твою мать, ну день прогула, ну полтора… Я все понимаю, Катерина Дмитриевна знойная особа, но два дня… Меня бухгалтерия покусает за прикрытие твоей задницы!

Ломоносов вскочил с места.

- Ам-ам! - изобразив пальцами собачью пасть, он демонстративно ущипнул себя за зад. - Больно!