Любовник на одно лето - Рина Рэйн

Как оказалось, именно последнее было написано у Алисы в истории болезни, которую он с интересом полистал, пока стоял в пустом обшарпанном коридоре больницы, выкрашенном в какой-то тошнотно-серо-желтый цвет.

Провожатый оставил его тут одного со словами «Ждите!», а сам скрылся за очередной металлической дверью с кодовым замком. И Вик, чтобы не думать о том, не привели ли его сюда специально, чтобы завести за такую вот дверь, да и закрыть там на бесконечное время, внимательно изучал всученную ему папку.

Рост, вес, наличие ребенка…

Странно, что как-то незаметно весь балаган, который Ритер закрутила вокруг сына, сошел на «нет». И, вообще, ребенок словно стал неважен. Вик внимательно посмотрел на группу крови Алисы и мальчика. Усмехнулся. Ну что ж, он не зря подозревал, что Алеша не от него. И вот оно — доказательство. Даже днк-тесты делать не надо.

У их совместного сына просто не могло бы быть такой группы крови. И Алиса это, конечно же, знала! Поэтому-то и боялась теста, как огня. И хотела завладеть его частью отеля в обход визита к врачам.

А, значит, бывшая пассия точно знала, кто настоящий отец ребенка.

Это мысль показалась Вику важной. Но раньше, чем он успел ее обдумать, за дверью послышалось движение. Тут же щелкнул замок и створка из толстого листа металла медленно и тяжело раскрылась.

— Телефон ставь на «бесшумный» и заходи, — без лишних церемоний сказал уже какой-то другой не то санитар, не то врач, кивая Вику.

Давя в себе волну тревоги и мрачных предчувствий, он молча подчинился и вскоре уже шел по коридору отделения мимо закрытых наглухо палат и безразлично заполняющей какие-то бланки медсестры.

***

Последняя палата в коридоре была рассчитана только на одного жильца. Врач, а провожатый Вика, оказался именно врачом, щелкнул выключателем и по казенному обставленную комнату озарил тусклый верхний свет.

— У вас не больше получаса, — сухо сказал врач, заходя с Виком в комнату. — Разговаривать будете при мне. Я не могу рисковать жизнью и здоровьем этой пациентки. Так что не дурите, если не хотите прилечь с ней рядом. Вы меня поняли?

— Да, — кивнул Вик. Что ж, его предупреждали, что будет не просто. Но от того, насколько все на самом деле сложно и рискованно, Вика потряхивало не то от гнева, не то от злости. Анд точно заигрался. И Вик не представлял, что ему делать, чтобы выйти из этого «квеста» с наименьшими потерями. А все почему? Потому что точно недооценивал Анда.

На единственной узкой кровати спала больная. Выглядела женщина ужасно. Вик даже не сразу узнал ее. Шикарные рыжие волосы уродливо коротко остригли, и ему понадобилось несколько секунд, чтобы понять, что эта женщина неопределенного возраста и была Алисой.

Впалые щеки, темные круги под глазами, бледные губы, кожа, цвета серых застиранных простыней и такого же халата… От былого лоска Алисы ни осталось ни следа. И эти изменения напугали Вика еще сильнее. Чем же она «провинилась» перед Андом, что он с ней поступил вот так? И что Николай Дмитриевич уготовил для него самого?

Сперва Вик решил, что Алиса спит, но тут Ритер распахнула глаза и уставилась на него. В ее зрачках, в таком освещении тусклых, темных и лишенных любого цвета, промелькнула какая-то эмоция, которую Вик не понял.

Узнала? Злится? Надеется на что-то?

— Так вот из-за кого мне перестали колоть такую дозу успокоительного, — едва слышно прошептала она. — Хотя, мне кажется, и этих многовато…

— Еще больше снижать никак нельзя, — категорично влез врач.

— Понимаю, — женщина выдавила из себя подобие улыбки и вернулась к разглядываю Вика. — Ну? Что скажешь?

— За что он тебя так?

— А-а-а… Так ты понял, что это он… Не поверил в тот бред, что там написан? — она слабо махнула рукой на ее историю болезни, которую Вик все еще держал в руках.

— Ни слова.

— Это хорошо, — Алиса облизала губы. — Значит, есть шанс, что этой крысе хоть что-то обломается.

— Так за что он тебя так?

Ритер выдала еще одну болезненную усмешку.

— За самоуправство. Я же сделала то, чего он не ждал…

— Ты о суде из-за отеля?

Алиса фыркнула.

— Ну вот. А я уж, было, обрадовалась… Нет, дорогой. Суд и все это вокруг отеля — это просто чтобы тебя отвлечь. Не хотел Анд, чтобы ты по сторонам сильно смотрел. Вот и пытался тебя загрузить тяжбой со мной.

Вик нахмурился. Так на эту ситуацию он не смотрел. Но если суд был запланирован, что тогда вышло из плана? И чего такого Вик не должен был замечать?

— И зачем ему это? — спросил он, приближаясь к Алисе. Но дальше шага подойти не получилось — врач резко тормознул его рукой. Вик дернулся и чуть машинально не выкрутил медику руку, решив, что это нападение. Но тот просто не хотел пускать его к Ритер ближе.

— Мы просто поговорим, — медленно протянул Вик.

— Говорите так. Вы хорошо заплатили мне за сохранение этой тайны. И мы все тут прекрасно понимаем, что если хотя бы информация о том, что вы посещали мою пациентку, выйдет за пределы этой палаты, я и сам прилягу рядом. Если не еще глубже.

— Он прав, — вмешалась Алиса раньше, чем Вик успел ответить врачу. — Так что спрашивай. Я отвечу. Что там ты хотел знать? Зачем это все Анду? Да чтобы сделать тебя крайним, Вик.

Вик сжал челюсть, стараясь унять кипящую внутри злость.

— То есть?

— Выборы. Он же мэром решил стать. Но разве может мэр был владельцем эскорта?

— У него это вполне легальный бизнес.

— Лицевая часть да. Та, что касается просто моделек. Но неужели другие претенденты на кресло главы не знают, чем он на самом деле зарабатывает себе на жизнь? И не смогут использовать это против него? А так — он бы спихнул свои грехи на тебя, тебя бы посадили за решетку, а он пошел бы на выборы. И все.

Вик замер.

Охуеть.

— И как этому можно помешать?

— Сейчас? Я не знаю. Я же не знаю, что он уже сделал, чего нет.

— Но ты ведь как-то же вмешалась, да? Как-то нарушила его планы? — с проклятой надеждой спросил Вик.

— Вмешалась, да… Видишь ли, Анд может и хотел тебя посадить. Да я не хотела.

— Это еще почему?

Алиса горько улыбнулась.

— Наверное, потому, что когда-то тебя действительно любила.

Вик поморщился.

— Только давай не будем про любовь. Не надо этих пошлостей. И сына ты рожала не от меня.

— Хорошо, не будем. А сын… Только благодаря нему я и здесь.

— То есть?

— Ну, мать своего наследника Анд пожалел. Отправил сюда, а не в гроб, как видишь. Чтобы перевоспитывалась и становилась послушной.