Мактуб. Принц Анмара - Лана Мейер

Джамаль

В резиденцию премьер-министра меня доставляют на вертолёте, хотя я ожидал, что Дамир аль-Видад отправит за мной охраняемый кортеж, но, видимо, он решил, что воздушный транспорт безопаснее наземного. В этом я с ним солидарен, тем более что время пути значительно уменьшилось. Трястись три часа по пыльной раскаленной трассе даже в охлажденном и шикарном салоне автомобиля — сомнительное удовольствие. Советник обосновался на значительном расстоянии от столицы и далеко за пределами центральной провинции с одноименным названием страны. Живописное тихое место, вдали от шумных городов, рядом залив. С одной стороны, подпирает пустыня, с другой небогатая провинция Зухейр. Высокие каменные стены, из-за которых возвышается величественный дворцовый комплекс с дозорными башнями, надежно защищают периметр владений от любопытных глаз, недоброжелателей и врагов.

На вертолётной площадке меня встречает немногословный мужчина и, не представившись, просит следовать за ним к главному дворцу. Вдыхая горячий воздух, я бегло оглядываюсь по сторонам. Изнутри резиденция напоминает небольшой богатый город, состоящий из множества основных и служебных помещений, построенных в традиционном арабском стиле с взлетной полосой для личных самолетов. Надо отметить, мой художественный вкус приятно поразила утончённая роскошь, которая читается в малейшей детали, но при этом не выглядит вычурно. Дворцы жен и сыновей Видада построены в едином стиле с центральным, и даже служебные здания напоминают произведение искусства. Идеально подстриженные газоны, просторные дворы, утопающие в цветущей зелени, дарящие прохладу фонтаны, увитые цветами мраморные беседки, белокаменная мечеть, способная вмесить в себя не меньше трёхсот человек, частный зоопарк, бассейны с горками, теннисный корт, конюшня… М-да, Видад явно нестеснён в средствах и любит жить на широкую ногу. Мне известно, что за последние двадцать лет его резиденция значительно расстроилась. Это, конечно, может быть связано с увеличением сыновей премьер-министра, но у меня несколько иное мнение относительно источников возросшего богатства советника короля.

Сам дворец встречает меня приятной прохладой и разгуливающими по мраморным полам павлинами, ну и, разумеется, бьющей в глаза роскошью и блеском золота. Молчаливый попутчик сопровождает меня в просторный конференц-зал и благополучно оставляет одного, сообщив, что премьер-министр появится с минуты на минуту. Но проходит десять. Несколько раз ко мне заходит вышколенный лакей, предлагая напитки и закуски на выбор. В итоге я соглашаюсь на чашку крепкого арабского кофе.

Полюбовавшись на семейные портреты на стенах и оценив дорогую эксклюзивную мебель из натуральных материалов, я подхожу к большому скульптурному окну, выходящему на зеленый двор с лазурно-голубым огромным пустующим бассейном в центре с выделенной зоной для детей. Под пальмами в беседках прячутся от солнца две одетые в абайи женщины с закрытыми лицами, а их черноволосые маленькие дочери резвятся рядом, брызгаясь водой из мраморного фонтанчика. Немного странно, что советник назначил встречу в зале, из окон которого посторонний мужчина может увидеть его жен, хотя девушками в никабах вполне могут быть гувернантки дочерей Дамира. Мою догадку подтверждает располагающееся невысокое здание, предназначенное для проживания обслуживающего персонала. Подобный вывод я делаю исходя из скромных размеров и внешнего сдержанного экстерьера.

Звук открывающейся массивной двери, украшенной золотом и резьбой, заставляет меня резко развернуться к решительно направляющемуся в мою сторону Дамиру аль-Видаду. Он уверенно обходит стороной круглый стол для переговоров, сохраняя суровое нечитаемое выражение лица. Стремительный, высокий, крепкий и мужественный, прирожденный хищник. Хитрый, расчётливый, умный. Темные глаза изучающе буравят меня с головы до ног. Взгляд властный, острый, цепкий. Сегодня мы оба в национальных костюмах.