Ловушка джентльмена - Марта Крон

— Да, девочка… вот он какой я… — ему было сложно выдержать мой ошарашенный взгляд, но прятаться уже было поздно. — Лживый, трусливый и никчёмный… Весь состою из слабостей…

— Клим… — рухнуло у меня в груди.

Я будто побывала в его шкуре. Или наоборот. Пустила в свою.

— Теперь ты понимаешь, почему мне всё равно на твоё бесплодие, Полин? — грустно улыбнулся он.

— Зачем ты это сделал? — неверяще осматривала на вид крепкого и здорового мужчину. — Ты… ты не хочешь детей?

— Очень хочу. — шумно сглотнул он и накрыл мою щёку вспотевшей ладонью. — От тебя, Полин, хоть тысячу… — горячие пальцы небрежно заправили мне прядку волос за ухо и в следующее мгновение Клим резко запрокинул голову, сдерживая рвущиеся эмоции. — Но никто бы из них не выжил… — его подбородок задрожал и он нервно прикусил губу.

— Эй, тише-тише… — несвязно зашептала я, обнимая его за шею. — Успокойся… — от волнения у меня у самой хлынули слёзы, но я препятствовала тем чувствам, что могли расстроить моего мужчину ещё больше. — Прости меня, что довела до этого… — влажными губами коснулась вздувшейся венки на его шее и тут же услышала утробный всхлип. — Клим, пожалуйста…

— Я не заслуживаю тебя… — судорожно вздохнув, он стиснул моё тело и прижал мою голову к своей груди.

— Прекрати. — сказала я его вечным останавливающим тоном и дрожащей рукой погладила мужскую грудь, в которой сходило с ума сердце, отбивая такой ритм, что я забеспокоилась, лишь бы не случился приступ. — Давай, садись на кровать… — подтолкнула его к мягкой поверхности и ладонями вытерла слёзы с мужского лица.

Джентльмен нахмурился и отвернулся, считая, что его застали врасплох, но я мягко повернула его голову назад. — Не прячься от меня…

— Мне стыдно таким быть, Полин… — хрипло прошептал он.

— Не бойся суда, а бойся стыда. — промолвила я папины слова и нежно зачесала растрепавшиеся волосы мужчины набок.

Притихнув в ожидании, я просто позволяла Климу внимательно смотреть на меня, надеясь, что так он сможет притупить все реактивные эмоции, что вылились в самое настоящее отчаяние.

— Обними меня… — дрожащим голосом попросил он и раскинул руки, предлагая сесть к нему на колени.

Не мешкая, взобралась на любимого мужчину и притянула к себе, ощущая, как прерывисто он обжигает мне дыханием грудь.

— Все эти годы я носил эту боль внутри и не осмеливался даже думать, не то что говорить это вслух… — еле слышно начал Клим, глотая от напряжения слова.

Моё сердце сжалось от предчувствия горьких воспоминаний и я стала медленно раскачивать нас из стороны в сторону, убаюкивая мужчину, как ребёнка.

— Я тогда был совсем молодым… — прокашлялся он и просунул свои руки под мою майку, суетливо поглаживая кожу на моей спине. — Мне было всего восемнадцать. Я жил тогда с родителями и ни о чём в жизни не заботился. Одна из девчонок, с кем я тогда развлекался вдруг объявила о своей беременности… — рвано выдохнув, Клим уткнулся лбом в область моей ключицы и на время замолчал. — Я и не думал посылать её на аборт… Нет, я не любил её, да я даже имя с трудом вспомнил, но узнав о ребёнке я обрадовался… Правда обрадовался. Это непередаваемое чувство и… — резко подняв на меня глаза и этим напугав, сокрушённо воскликнул. — Прости! Я не так выразился…

— Ничего. — успокоила я его, ласково поцеловав в лоб.

— Я не собирался жениться или что-то в таком роде. Я хотел только ребёнка. Мне пришлось изрядно повоевать с родителями и семьёй девушки, и им оставалось только смириться. Сначала всё было хорошо… — руки на моей спине вздрогнули и стянули больно кожу. — Но на втором узи врач выявил патологию… неправильно формировались некоторые органы, порок сердца и какая-то ещё хрень, которую я даже вспоминать не хочу…

Подозревая, что дальше меня ждёт страшная новость, я инстинктивно обняла Клима сильнее, укрывая от возможной боли.

— Мы решили оставить её… — услышала я надрывный стон и в тот же миг по моей груди потекли обжигающие капли любящего отца. — Нас заверили, что сразу после рождения можно будет провести операцию…

Боже, я не хочу это слышать!!!

— Её маленькое сердечко не выдержало… — рыдания перестали быть тихими и мой дорогой, несчастный и такой страдающий Джентльмен завыл, как раненный зверь. — Она прожила всего восемь дней… — мою спину опалила боль от впивающихся ногтей. — Восемь грёбанных мучительных дней! Она была ангелом, понимаешь, Полин?! Ангелом! Я ничего более хрупкого в жизни не видел…

Господи, просто сердце на разрыв.

— Я смог подержать на руках дочь только после её смерти… — хватая ртом воздух, Клим закрыл лицо руками и горько заплакал.

Мы плакали вместе. Я, что есть силы, прижимала его к себе и осыпала беспорядочными поцелуями.

Какое горе! Это невозможно выдержать, а он смог… стал сильным мужчиной.

Лучшим из всех, кого я встречала.

— Мы назвали её Роксана. — с трепетом прошептал Клим, протерев лицо ладонями и прильнув ко мне ближе. — Означает «рассвет»…

— Красиво… — сквозь слёзы просипела я.

— Я думал, что хуже этой потери ничего быть не может, но врачи прямо мне в глаза сообщили, что виной тому генетическая наследственность… моя, Полин… — посмотрев на меня убитым взглядом, мужчина болезненно поморщился и издал тяжкий стон. — Все анализы показали, что я носитель… я изуродовал маленький плод… я заставил страдать свою девочку… я убил собственного ребёнка!