Ловушка джентльмена - Марта Крон

— Дай сюда, я сразу помою и вытру! — вырвала у него из рук мама и с предельной осторожностью принялась намывать посуду.

Мы с папой насмешливо переглянулись.

— А вообще хорошо иметь свой дом. — почесал он Бушуя за ухом и мечтательно вздохнул. — Своё пространство. Свежий воздух. Собаку во двор выпустил и занимайся чем хочешь… Тебе здесь полезно будет! — посмотрел на меня с теплотой. — Ты вообще рядом с Климом взбодрилась!

— Я тоже это заметила! — поддержала его мама, когда я усмехнулась, но папа всё равно доказывал мне обратное.

— Ты просто этого не замечаешь! Сама посуди! Съездила одна в чужой город! На работе успехи какие! А ведь ты там самая неопытная, да и выдающегося в тебе ничего такого нет…

— Спасибо, пап.

— Идём дальше. — загибал всё новые пальцы мужчина. — Похорошела! Одеваться начала красиво, в платьях вон щеголяешь!

— Тоже мне достижение… — скривила я рот.

— А как же! — возразил он. — Замухрышка такая была, что прям пожалеть хотелось.

— Спасибо ещё раз, пап.

Полное обалдение.

— А когда развелась, так вообще у тебя лицо на маску походило… мать вот не даст соврать…я возвращаться домой боялся, думал, что в петле тебя застану…

— Мам, он это специально что ли? — ошалело моргая, спросила я.

— Я к тому, что какая ты до Клима была и какая сейчас. Небо и земля. — поспешил оправдать себя папа, пока мама его не выгнала с кухни. — Ты даже из кожи вон полезла, но с собакой совладала!

— Хотя об этом тебя просили, Витя! — послышался скрежет маминых зубов.

— Оля! — предупредительно воскликнул мужчина, пытаясь предотвратить новый скандал.

Мама, узнав о случившемся мгновенно выявила инициатора и только по счастливой случайности папа обошёлся без тяжких увечий.

При Климе уж не стала бить, а вот ночью, думаю, пинала мужа без пощады.

Это она на вид только маленькая, пухленькая и с добрыми глазами. А разозли её, так в дикого кабана превратится.

— Времени прошло всего ничего, а тонус он тебе с лихвой повысил! Повзрослела на глазах! В человека превратилась! — внёс позитива папа, отвлекая жену от гневных мыслей. — Я ему прям очень благодарен!

— А он вот тебе навряд ли! — не унималась она, открывая все шкафчики подряд, изучая наличие посуды. — Из-за тебя собаку могут усыпить, а Климу штраф впаять!

— Да ничего из этого не будет! — потряс головой папа. — Договорятся они!

— Конечно! — зло сверкнула взглядом мама. — Этот парень в больнице только и думает о том, чтобы побольше денег с Клима содрать! А по-хорошему это ты обязан раскошеливаться!

— Если придётся, так и сделаю! — раздражённо громыхнул мужчина и я стрельнула в родительницу останавливающим взглядом. — Всех собак на меня повесила!

— Только одну! — выплюнула она напоследок и разглядев то, как из-за этого всего сильно расстроилась я, спрятала свою злость и мягко спросила. — Поль, покажи как этой плитой пользоваться? Я ничего в этих кнопках не понимаю…

— Чушь собачья! — пробубнил под нос папа, покидая кухню и захватывая с собой добермана.

И так они цапаются уже пару дней. Стоило Климу вернуться из больницы и сообщить о нежелании Сани уладить конфликт мирно, вся семья потеряла покой. Папа делает вид, что не нервничает, но заметно для всех не отпускает от себя Бушуя, мама срывается по любому поводу, а я хожу тенью и уже не знаю на что отвлечься.

Мой Джентльмен уехал ещё вчера утром и нескончаемо твердит, что мне не о чем беспокоиться и он уладит все проблемы. Я же понимаю, что вопрос повис в воздухе и меня просто не подпускают к конфликту ближе положенного.

Хотя, мне кажется, что я бы смогла убедить Саню не навлекать на нас беду. Все эти дни я только и размышляла о случившемся.

Виноваты все. И папа, что отказался помочь. И я, что возомнила себя храброй. И сам Саня, что вообще был в зюзю и не контролировал себя. Один Бушуй повёл себя присуще охранной собаке.

Это понимают все.

Кроме Сани, желающего баснословную сумму за моральный и физический ущерб.

За физический-то понятно, насколько мне известно, Клим сразу предложил оплатить лечение и даже сверх этого, но что в голове у того парня никому неизвестно.

Инвалидом он не станет. Рану зашили, курс лечения назначили, но там не настолько всё серьёзно, чтобы вставать в позу и требовать компенсацию, как за пятерых убитых.

Даже я, отойдя от шока, поняла, что шантажист ломает комедию.

Мы с Бушуем никого не трогали. Пёс был на цепи и в наморднике. Саня сам подошёл. Его не остановило даже моё предостережение.

Его вина тоже немаленькая.

Почему-то меня охватывает злоба!

Меньше всего заслуживает этого Клим. Платить за меня дуру и халатность моего отца. Это уже вообще неправильно.

Мой мужчина обещал вернуться в ближайшие дни и добиться уже от пострадавшего осмысленного решения, пусть даже и жёстким путём.

И меня это ни капли не успокаивало. Хоть мне и запретили приближаться к больнице, для себя я решила, что завтра же после работы заеду к Сане и сама с ним поговорю.

Если он не согласится с тем, чтобы урегулировать всё по-человечески, то намекну на заявление в полицию. Представлю всё так, будто мужчина ко мне приставал и Бушуй был вынужден меня защищать.

А что?

Шантаж за шантаж. Так и придём к логическому завершению. Уверена, что он сбавит обороты, будет удовлетворён тем, что Клим ему и так предлагает большие деньги, не считая оплаты реабилитационного периода, и мы разойдёмся, поставив в этом деле точку.

Да! Я хорошо придумала!!

И другие из-за меня не пострадают!

Осталось дождаться завтрашнего вечера и в нашей жизни начнётся белая полоса.

* * *

— Здравствуйте, а как мне можно пройти к Литвинову Александру? — сбивчиво поинтересовалась я на стойке регистрации.

— Вы родственница? — подняла на меня усталый взгляд администратор.

— Э-эм… нет, я знакомая. — растерянно пролепетала я, но прокашлявшись, уверенно исправилась. — В какой палате он лежит?

— Посещать разрешено только родственникам. — потеряв ко мне интерес, ответила женщина и вернула внимание к своему компьютеру.

— А если заплачу? — брякнула я первое, что пришло на ум.

— Всё равно не пущу. — дали мне отпор дежурной фразой.

— А если он сам разрешит, то пустите? — не сдавалась я.

— Вход только для родственников. — монотонно повторила женщина и угрюмо мне указала рукой на вывеску над своей головой.

«Хирургическое отделение № 1».