Приманка для демона - Нари Орлан

— А почему мы не в доме? — спросила я, потягиваясь на шезлонге под навесом. Рен лежал на соседнем, подложив руку под голову, и не мигая смотрел на меня. Точно змей.

— Там… генеральная уборка.

Двое суровых мужчин, которые спустились с крыльца дома, мало походили на сотрудников клининговой компании. Скорее на тайных агентов.

— Демоны появлялись? — с испугом спросила я и села, выпутываясь из одеяла. Жарко, между прочим. Но только поняла, что полностью голая, замоталась обратно.

— Да, пока ты спала. Долго спала. Мы с Германом быстро их покарали, и он уехал решать с боссом важные дела.

Грусть навалилась на меня тяжестью, я откинулась на шезлонг. Так хотелось с утра его обнять, поцеловать, увидеть, что в его глазах не появился привычный лед. Надеюсь только, что причина, по которой он уехал, не надумана.

— Он не говорил, когда вернется?

— Не-е-ет. — Рен игриво растянул слово, все так же прожигая меня странным взглядом.

— Что ты на меня смотришь, как на восьмое чудо света? — засмущалась я.

— Не знаю, что такое восьмое чудо света, ты для меня первое чудо и единственное. — Он принял сидячее положение, и я заметила, что вторая его рука, правая, тоже теперь свободна от меча.

— И второй отвалился! — Всплеск радости меня снова поднял. — Когда?

— Когда я вышел из бандита и решил полежать немного с вами в постели. Ты отодвинулась во сне от меня к ищейке, и я понял, что не слишком приятный на ощупь. Тогда я поднялся, а меч остался лежать на одеяле.

В его словах сквозила горькая тоска, и я прямо так, в коконе, перебазировалась на шезлонг к Рену, высунула руку и накрыла ладонью его перчатку, сжатую в кулак.

— Рен… Спящие люди много чего делают неосознанно. Так я бы не отодвинулась от тебя. Я хотела, наоборот, чтобы ты пришел к нам в своем демоническом облике. Хотела, чтобы никто нам не мешал, никто не наблюдал.

— Мне тоже претит то, что бандит был с нами, — с жаром начал Рен. — Эти все люди меня раздражают! — махнул он рукой. — Они тупые и слабые! Я целый час им объяснял, как правильно держать меч и карать демонов! Дай обезьяне меч — она лучше справится, нежели эти…

Не помню, чтобы Рен когда-либо так плохо и зло говорил про людей.

— Но ты не такая, ты особенная, милая Лика. — Он ласково провел пальцами по моей скуле, но по ощущениям это было почти так, будто меня коснулась железная палка, обтянутая грубой кожей. Неважны ощущения… Важен посыл. Я потерлась щекой о его руку. И он продолжил: — Я хочу быть с тобой дольше, чем человеческая жизнь. Я могу создать для нас рай.

Неуютное предчувствие скромно поскребло коготками в груди, словно не решалось разрушить волшебный момент.

— Что ты имеешь в виду?

— Человеческое тело тебя ограничивает, но в раю ты обретаешь все, что пожелаешь.

— Рен, я не понимаю…

Он одной рукой стиснул меня за плечи — не ласково, а больно, меня будто в ледяные тиски засунули.

— Когда увидишь, ты поймешь. Но сначала мне нужно вспомнить, как писать.

— Зачем? — я усмехнулась.

— Я хочу писать на тебе. Твое тело прекрасно. Безупречный холст. Оно меня вдохновляет, и, я уверен, вспомню все намного быстрее, чем если буду марать бумагу.

Рен подхватил меня, ошарашенную, на руки и понес в сторону кузни. Что-то с ним не то. Взгляд изменился, городит какую-то чепуху. И Германа нет рядом. Но вряд ли Рен станет меня обижать. Тем более теперь, когда так открыто восхищается мной. Не стоит волноваться.

— Забавно у тебя безумие проявляется, — улыбнулась я, когда Рен поставил меня на ноги в кузне и принялся наглухо задвигать засов, потом и закрывать окна.

— Безумие?! — воскликнул он и двинулся ко мне. — Что я безумного сказал? По-твоему, желать быть с тобой, это ненормально?

— Нет, но…

— Ты не понимаешь, я вне себя от радости, что избавился от мечей. В Скиалире я тоже без них ходил, но там совершенно другое. Иллюзиями рук было сложно управлять. Ничего, я создам более совершенный рай. Только для нас двоих.