Пятьдесят оттенков серого - Эрика Леонард Джеймс

— Как всегда, нетерпеливы, мисс Стил.

— Хотите, поинтересуюсь вашим мнением о сегодняшней погоде?

Он улыбается, берет длинными пальцами оливку и отправляет в рот. Мой взгляд задерживается на этом рте, губах, которые я чувствовала на своем теле… везде-везде. Я вспыхиваю.

— Думаю, что погода сегодня особенно хороша, — самодовольно ухмыляется он.

— Вы смеетесь надо мной, мистер Грей?

— Да, мисс Стил.

— Вы знаете, что этот контракт не имеет юридической силы?

— Конечно, мисс Стил.

— А вы собирались мне об этом сказать?

Он хмурится.

— По-твоему, я бы заставил тебя делать то, что тебе не нравится, а потом бы притворился, что имею на тебя законные права?

— Вообще-то… да.

— Похоже, ты обо мне не слишком высокого мнения.

— Ты не ответил на мой вопрос.

— Анастейша, совершенно неважно, легален этот контракт или нет. Он представляет собой соглашение, которое я хотел бы с тобой заключить — что бы я хотел от тебя и чего тебе ждать от меня. Если тебе не нравится, не подписывай. Если подпишешь, а потом решишь, что он тебя не устраивает, там достаточно отговорок, и ты можешь уйти, когда захочешь. Даже если бы он был законным, неужели ты думаешь, что я затаскал бы тебя по судам?

Я делаю большой глоток вина. Мое подсознание стучит меня по плечу. «Ты должна сохранить здравость рассудка, — говорю я себе. — Не пей слишком много».

— Подобные отношения строятся на честности и доверии, — продолжает он. — Если ты мне не доверяешь — тому, что я с тобой делаю, насколько далеко могу зайти, — если ты не можешь быть со мной откровенной, то нам лучше и не начинать.

Как-то слишком быстро мы перешли к делу. Насколько далеко он может со мной зайти. Черт. Что бы это значило?

— Так что все просто, Анастейша. Ты доверяешь мне или нет? — Его глаза лихорадочно горят.

— А с теми… хм… пятнадцатью ты тоже это обсуждал?

— Нет.

— Почему?

— Потому, что все они уже состоялись как нижние. Они знали, что им нужно от наших отношений и примерно чего жду я. Все обсуждение сводилось к установлению пределов допустимого и прочим мелочам.

— Где ты их находишь? В специальном магазине, где продаются сабы?

Он смеется.

— Не совсем.

— Тогда где?

— Ты это хочешь обсудить? Или все-таки вернемся к сути нашего разговора? Вернее, как ты говоришь, спорным вопросам.

Я сглатываю. Доверяю ли я ему? Неужели все сводится только к доверию? И разве оно не должно быть обоюдным? Я вспоминаю, как разозлился Кристиан, когда я позвонила Хосе.

— Ты голодна? — спрашивает Кристиан, отвлекая меня от моих мыслей.

«О нет… только не еда!»

— Нет.

— Ты ела сегодня?

Я смотрю на него. Черт, мой ответ ему не понравится.

— Нет, — шепчу я.

Он сердито прищуривается.

— Ты должна поесть, Анастейша. Мы можем поужинать здесь или у меня в номере. Что предпочитаешь?

— Предпочитаю остаться там, где людно, на нейтральной территории.

Кристиан сардонически усмехается.

— Думаешь, это меня остановит? — тихо спрашивает он, его чувственный голос звучит предостерегающе.

Я распахиваю глаза и снова сглатываю.

— Надеюсь.

— Идем, я заказал отдельный кабинет, так что никакой публики. — Он загадочно улыбается, выходит из кабинки и протягивает мне руку.

— Возьми свое вино, — говорит Кристиан вполголоса.

Опершись на его руку, я выбираюсь из кабинки и встаю рядом с ним. Он отпускает мою ладонь, берет меня под локоть и ведет через бар, а затем по внушительной лестнице на мансардный этаж. К нам подходит молодой человек в ливрее отеля.

— Мистер Грей, сюда, пожалуйста.

Мы следуем за ним через шикарную зону отдыха в уединенный кабинет. Там только один столик. Комната маленькая, но роскошная. Сверкающая люстра, накрахмаленное столовое белье, хрустальные бокалы, серебряные приборы и букет белых роз. Обшитый деревом кабинет словно пропитан старинным изысканным изяществом. Официант отодвигает стул, и я сажусь. Официант кладет мне на колени салфетку. Кристиан усаживается напротив. Я украдкой поглядываю в его сторону.

— Не кусай губу! — шепчет он.

Я хмурюсь. Вот черт! А я даже не замечаю, как это получается.

— Я уже заказал еду. Надеюсь, ты не против.

Если честно, я рада — не уверена, что могу сейчас принимать решения.

— Нет, все в порядке. — Я согласно киваю.

— Отлично, тебя еще можно исправить. Итак, на чем мы остановились?

— На сути нашего разговора.

Отпиваю еще вина. Оно великолепно. Кристиан знает в нем толк. Я вспоминаю последний глоток вина, которым он поил меня в моей постели, и краснею от навязчивых мыслей.

— Да, твои спорные вопросы. — Он роется во внутреннем кармане пиджака и достает листок бумаги. Мое письмо. — Пункт два. Согласен. Это в наших общих интересах. Я изменю формулировку.

Я смущенно моргаю. Вот черт, мы будем обсуждать все пункты по порядку. Наедине с Кристианом я робею и теряюсь. Он такой серьезный! Я подбадриваю себя еще одним глотком вина. Кристиан продолжает:

— Мое сексуальное здоровье. Ну, все мои предыдущие партнерши делали анализ крови, а я каждые полгода проверяюсь на инфекции, о которых ты упоминаешь. Результаты последних тестов отрицательные. Я никогда не принимал наркотики. Вообще-то я категорический противник наркотиков. В своей компании я провожу политику нетерпимости к любым наркотикам и требую, чтобы сотрудники выборочно проверялись на их употребление.

Ничего себе… его стремление все контролировать уже граничит с помешательством. Ошеломленно моргаю.

— Мне никогда не делали переливания крови. Исчерпывающий ответ?

Я безучастно киваю.

— Следующий пункт мы уже обсуждали. Ты можешь прекратить отношения, когда захочешь, Анастейша. Я не буду тебя удерживать. Но если ты уйдешь, то навсегда. Просто чтобы ты знала.

— Хорошо, — тихо говорю я. Если я уйду, то навсегда. От этой мысли почему-то становится больно.

Официант приносит первое блюдо. Ну и как тут есть? Ох, ни фига себе — Кристиан заказал устриц на льду.

— Надеюсь, ты любишь устриц. — У Кристиана мягкий голос.

— Ни разу их не пробовала.

— Неужели? — Он берет устрицу. — Это легко, просто высасываешь содержимое раковины и глотаешь. Думаю, у тебя получится.