Жена напрокат - Айрин Лакс

Семён рухнул, как подкошенный. Я бросился на брата, стащил с примерного юриста галстук и связал руки за его спиной.

— Лежи, аферист! — попросил его я, сидя верхом на его спине.

Семён попытался дёрнуться, но я ткнул его лицом в пол. Легонько, но мой брат недовольно застонал.

— Знаешь, Сёма, я никак не мог понять, почему ты был так агрессивно настроен против моей Настеньки. А ты, оказывается, боялся, что я проникнусь к ней чувствами. Ты опасался, что план сорвётся, да?

Семён молчал.

— Слышь, Сём, ты лучше сразу во всём признайся. А то я в полицию пойду с доказательствами.

— У тебя нет состава преступления! — сдавленно прохрипел Семён.

— Там найдут, будь уверен. Так что ты лучше отвечай по-честному. Ты сказал, что я, как баран, подписываю бумаги, не глядя. Ну, ты и сука, Сёма! Я же тебе доверял! Давай, рассказывай, что и когда ты мне успел подсунуть!

Семён упорно сопел, дыша в ковровое покрытие.

Я вдруг вспомнил, как Настя обозвала меня жадным, и сильнее вдавил лицо брата в пол.

— Скотина! В договоре что-то поменял, да? Говори, что именно? Ну же! — рыкнул я.

— Поменял. Панченко твоей по минимуму при разводе досталось бы. Аппетиты у неё такие же большие, как её задница! — прошипел Семён.

Мне не хотелось бить Семёна. Это вышло как-то автоматически.

Я не успел ничего понять, только услышал, как хрустнул его нос, а потом Семён гнусаво захрипел:

— Мой нос! Ты сломал мне нос!

— У моей Настеньки самая красивая в мире попка! А вот ты, Сёма, любитель стиральных досок! Кстати, она скоро появится. Обрадую Надьку тем, что отец её ребёнка скоро станет безработным. А завтра мы поедем в твой офис, ты аннулируешь договор. Он, конечно, в силу не вступил. Но я всё равно не желаю видеть свою подпись на этот дерьмовом подлоге!

— Это не по правилам! Нужно присутствие… — начал Семён.

Я ткнула его лицом в ковёр ещё раз.

— Расскажи мне ещё о правилах, юрист, обманным путём подкладывающий изменённый договор! Пикнешь ещё хотя бы одно слово — я тебе дверью пальцы буду прищемлять. По одному, — пригрозил я расправой брату, чтобы перестал молоть своим языком.

Семён предпочёл молча пачкать мой ковёр своей кровью, дожидаясь приезда Нади.

Раздалась трель домофона.

— Ага, прибыла твоя любимая! Поднимайся, братец!

Я встал и потянул Семёна за собой, поддав ему пинка под зад для ускорения.

Надя стояла у входной двери. Когда я отпёр дверь сам и вытолкнул Семёна, Надя открыла рот и замерла без движения.

— А-а-а-а… — только и смогла вымолвить она.

— Бэ, Надя! Принимай своего сообщника. Ваш гнусный план раскрыт. У вас ничего не получилось.

— Сёма, милый, это правда? — трагическим шёпотом спросила Надя.

— Правда, — ответил я за Семёна. — А скоро ты узнаешь, Надя, что с милым рай и в шалаше. Семён с завтрашнего дня на меня не работает. Ну, или ты можешь обеспечивать сама отца ребёнка и вашу семью.

— Как это? Сёмочка?! — капризно спросила Надя, надув губы. — Что это значит, Сёма? Мы так не договаривались!..

— Помолчи! — недовольно прикрикнул Семён.

— Что значит, помолчи? — визгливо спросила Надя.

— Развяжи лучше мне руки! — попросил Семён.

— Сам и развязывай! Ты меня в это втянул, сам и выкарабкивайся, уродец очкастый!

Надя скривила лицо.

— Я из-за тебя даже волосы перекрасила. Ты не стоил таких жертв!

Надя гордо процокала каблуками в сторону калитки, а потом обернулась и выпалила:

— Ни о каком ребёнке не может быть и речи, Семён. Не надейся! Я буду делать аборт!

— Да пожалуйста! Мне твой ребёнок на хрен не сдался! Дура набитая!

— Идиот! Интриган-неудачник!

Парочка самозабвенно собачилась, бросая друг на друга озлобленные взгляды. Потом Семён обернулся.

— Телефон отдай? — попросил он.

— Вали, Сёма, пока я тебя не сделал инвалидом. Телефон останется у меня некоторое время. Должен же я показать Насте, что я не хотел её обманывать.

— В этом я её ни за что бы не обманул, — сказал я сам себе, оставшись в одиночестве.