Адвокат Доминанта - Ольга Волкова

— Ева, я отойду в кабинет Вольного, пока составь старику компанию, — улыбнувшись, мой мужчина подмигнул мне и продолжил телефонный разговор, выйдя из спальни.

Я надела свой костюм, который частями был разбросан по пути к кровати. Усталость накатывала, но расслабленное, удовлетворенное тело ликовало от перенасыщения. Я все еще ощущала на себе Льва: он всюду оставил свои следы. Приложив руки к низу ноющего живота, я нахмурилась, припоминая дату своей последней менструации. Из-за постоянной занятости, я совсем перестала отслеживать свой цикл, а ведь все потому, что Ветров отбил мне желание. Но… резко взметнув головой, меня словно током пробило. Мы со Львом совсем не предохраняемся. И после нашего первого секса прошло достаточно времени, больше четырех условных недель. Распереживавшись не на шутку, я метнула глазами на входную дверь, будто Лев мог войти сию секунду. Так, Ева, соберись. Свой дневник я вела в телефоне, а он остался в моей кабинете. Черт, выругалась под нос.

Раздался стук в дверь, и от внезапности меня немного передернуло. Затем в проеме приоткрывшихся дверей появился Эдуард.

— Эй! — возмутилась я, недовольная, что мужчина без моего разрешения уже вошел.

— Да брось, чего я там не видел, — Вольный, как кот довольный, вошел и облокотился спиной о стену. Весь расслабленный, спокойный, и снова в его правой руке уже полный стакан с янтарной жидкостью. Сощурив свой взгляд, я фыркнула.

— Ты хоть когда-нибудь бываешь трезв?

— А что? — с любопытством рассматривал меня, задерживая взгляд на определенных местах. Я пожала плечами, догадавшись, что скорее это был риторический вопрос.

— Очень уютное помещение, — подметила значимость студии, и Вольный закивал. Уголки его губ слегка приподнялись, словно он припомнил моменты из прошлого. Взгляд потускнел и был направлен в никуда. Прокашлявшись, я разорвала тишину и гнетущую обстановку. — Спасибо, что дал нам со Львом время немного побыть наедине. После случившегося такая каша в голове. Особенно у меня, — засмущавшись от своего потока слов, опустила глаза в пол, а затем поднялась и поправила свой пиджак, поднимая руки к волосам.

— Тебе полезно периодически отдавать власть над собой Александрову. Знаю, вы пока что нежничаете, но чем дальше в лес, тем темнее он становится, Ева. Просто помни об этом, — Эдуард сделал дельное замечание, потому что об этом я уже размышляла.

— Да, ты прав, — согласилась я, улыбнувшись хозяину особняка. — Можно задать тебе вопрос? — с тех самых пор, как мужчина отдал мне записи, у меня крутились сотни мыслей, зачем он это сделал. А сейчас появился шанс в приватной обстановке его задать. Кажется, Вольный уже понял, так как захохотал и, попивая виски, ухмылялся.

— Ну, попробуй, — издевательски подначивал.

— С какой целью ты дал мне записи? Ты ведь знал, что Ветров был твоим постоянным клиентом в «666», а Дьякон…, — слегка дезориентированная, я уставилась на Вольного. Я желала знать причину, почему он так легко все выложил, словно на блюдечке. Мужчина с легкостью отпрянул от стены и подошел ко мне. Мы смотрели друг другу в глаза, и до меня дошел запах его алкоголя. Голова мигом закружилась, но я собралась с мыслями, потому что должна выстоять это сопротивление. И несмотря на то, что между нами было достаточно большое расстояние, но Вольный казался чересчур свободно себя чувствующим.

— Собственно для того, чтобы сейчас видеть своего друга счастливым, — протараторил он, осматривая меня с головы до ног. Цыкнул и тут же пригубил пару глотков, шипя от горечи виски. — Хорош, — добавил он, похвалив свой напиток. Эдуард покрутил остатки в стакане, и залпом осушил его до дна. — Ветров меня достал, а больше всего — ты, — указал на меня, и я шокированная опешила от его откровенной наглости.

— Что?

— Не надо смотреть на меня вот так, — рявкнул Вольный. — Я, блядь, работал все эти годы психотерапевтом для Александрова, для Дубровского. Нашли, черт их бы побрал, няньку. Кто бы мне помог, мать вашу?! — воскликнул мужчина. И если честно я его боялась. Мне необходимо срочно покинуть комнату и найти Льва. — Я устал, Ева. Понимаешь? — уныло добавил мужчина, посмотрев на пустой стакан, который сжимал в своей крепкой руке. — Я стал этим, — он приподнял на уровень наших глаз его, — стал именно опустошенным. А алкоголь вроде поддерживает во мне желание продолжить жить. Ради нее, — голос Вольного совсем охрип, словно к его горлу подступили слезы, которые он сдерживал. Глаза мужчины остекленели, наполняясь ими.

— Так почему бы тебе не продолжить жить, хотя бы ради Марианны, Эдуард? — ступив на шаг ближе к нему, я догадалась о ком он говорил.

— Ее нет, Ева. Просто нет и точка. И не вернуть, — безэмоционально ответил он.

— Но, я думаю, твоя жена была бы счастлива, если бы ты начал все с чистого листа, — мне было его жаль, отчасти, я понимала его горе, которое он старался заглушать алкоголем. Так легче переносить сердечную и умственную боль. Разум затуманивался, и потому все казалось менее болезненным.

— Ты так считаешь? — в его вопросе прозвучала надежда. Я закивала, подкрепляя свое действие широкой улыбкой. Вольный тоже взаимно ответил своей ухмылкой. — Лев не должен страдать, и уж тем более отвечать за поступки, которые не совершал, Ева. Уж постарайся вытащить своего клиента. Своего мужчину из ада, — Вольный обрел стал в голосе.

— Ты не ответил на вопрос, — заметила я, и мужчина знающе оскалился.

— Думал, что смог сбить тебя с пути, но удивляешь, Калашникова. Удивляешь, — Эдуард оглянулся по сторонам, затем поднял голову к потолку и долго рассматривал, написанную рукой его жены, красоту. — Всюду тени, — мрачно подытожил. — Так она старалась избавиться от своего прошлого. Марианна никогда не говорила мне, от чего бежит. Но и не нужно было. Я сам узнал, — пристально посмотрев мне в глаза, Эдуард за секунду превратился в разъяренного зверя. Глубоко задышав, мужчина сжал веки с силой, контролируя себя при мне. — Скажем так, Ева: у меня личные счеты с Игнатом и Сухановым.

— Про Лотарёва не догадалась, — нахмурилась я, скрестив руки на груди. — Значит, эта такая тихая месть, да? С моей помощью, ты хочешь, чтобы правда восторжествовала? — стала логически размышлять вслух, а Вольный в подтверждение моих мыслей начал кивать.

— Извини, что так втихую, но иначе не мог.

— Но ты отдаешь отчет в том, что на первом слушании все всплывет? — с подозрением переспросила у мужчины, предупреждая о возможных последствиях.

— Полностью. Я даже приду на заседание, оно будет закрытым, но я ведь главный свидетель, как никак, — лукаво подмигнул мне.

— Льву ничего не говори, — в горле стало сухо, и меня слегка подташнивало. Но это скорее от переживания. Еще раз метнув взглядом на Вольного, я кивнула и оставила мужчину в бывшей студии наедине со своими демонами.

Мне пора к судье, решить главный на повестке дня вопрос. Я заставлю ее пересмотреть дело, и переквалифицировать под другую статью, в которой мой Лев станет пострадавшей стороной.